Бассейн детской поликлиники 68

Станция22 ноября 2011

Баса Джаникашвили

ВНИМАНИЕ! Все авторские права на тексты пьес защищены международным законодательством об авторском праве и смежных правах. Запрещается издание и переиздание, размножение, публичное исполнение, перевод на иностранные языки, постановка спектакля по пьесам без письменного разрешения праводержателей (автора).

По поводу использования текста обращаться: basajanikashvili@yahoo.com

Действующие лица:

Нина, 30–35 лет

Алекс, 30–35 лет

Нугзариус, 50–55 лет

Картина первая.

Метро. Открытый перрон станции. Зима. На часах восемь минут первого. На перроне сидит Нина, ждет электричку. Поезд запаздывает. Тем временем, на станцию заходит Алекс. Прохаживается взад вперед Ниной несколько раз, затем садится рядом с ней на ту же скамью. Нина украдкой смотрит на Алекса. Алекс читает книгу, и не замечает ее взгляда.

Нина. Хотите, я сейчас спрыгну с платформы?

Алекс читает книгу, не слышит ее.

Отвечайте, хотите, я сейчас спрыгну? Прямо на рельсы?

Алекс читает.

Я жду электричку, а она не приходит мне назло. Ни один вагон. А ведь мог бы появиться хоть один? Пусть медленно, ползком, чтобы у меня была возможность прыгнуть, и у этого прыжка был бы какой-то смысл. А так какого рожна прыгать на рельсы? Сломать себе разве руку или ногу.

Алекс упорно не обращает на нее внимания, будто это не к нему обращаются.

Знаете, я и об этом подумала. Думала, спрыгну, поезд-то ведь появиться рано или поздно. Вот так, подошла близко, очень близко, к краю платформы, и задумалась: стоит спрыгнуть сейчас, или потом, когда приедет поезд. И знаешь, что произошло? (Становится на самом краю перрона, раскидывает руки в стороны) Подошла так, встала, и знаешь, что вспомнила? (Смеется, неестественно смеется.) Затем рассмеялась, пришел охранник и сделал мне замечание. Хорошо, мне хватило ума извиниться и сесть на лавку. А он все не отставал, пришлось сказать, что я потеряла кое-что, думала, уронила на рельсы. Мы немного поискали вместе, и когда ничего не нашли, он отстал. С тех пор я жду электричку, а она все не приходит.

Молчание.

Скажи мне, я ошибаюсь, или все вокруг меня сошли с ума? Или это я одна ненормальная и всем вам мешаю?

Алекс кладет книгу в карман, быстро встает и уходит.

Сидеть!

Алекс покорно садится.

Это еще что такое, человек с вами разговаривает, а вы убегаете?

Алекс. Я не убегаю.

Нина. А как это тогда называется?

Алекс. (после длинной паузы) Уход.

Нина. (она уже задумалась о другом) Какой уход?

Алекс. Это называется уход.

Нина. Уходите.

Алекс. Спасибо. (Быстро встает и удаляется.)

Нина остается одна, возвращается Алекс, тихо садится, пристыженный. Нина его не замечает.

Алекс. Я люблю вас. (Пауза) Шутка. (Пауза.) Я хотел вас развеселить. Не вышло.

Нина. вы не замечаете, что ваша шутка неуместна?

Алекс. Замечаю.

Нина. И как?

Алекс. Я больше не буду. Простите.

Нина. «Прости-те», как это по-мужски.

Алекс. Я хотел этим окончанием «-те» выразить к вам большее почтение, я думал, если скажу «простите», а не «прости», то вышло бы так, что более достойным и превосходным образом я смог бы … я бы мог …

Нина. Что вы бы смогли?

Алекс. Уйти отсюда.

Нина. Уйти отсюда? (оглядывается вокруг) Откуда, не понимаю.

Алекс. Отсюда. (После паузы) Домой хочу, но уйти не получается.

Нина. Представьте себе, в некотором смысле, мы с вами в одинаковом положении.

Алекс. Нет, я не это имел в виду. Я хотел сказать, что могу отправиться домой автобусом, пешком, и вообще не ходить. Вернее, я должен идти, потому что, должен, но я другое имею в виду. Я хочу сказать, что не оставлю вас.

Нина. «Не оставите»?! Простите, я случайно вам ничего не должна?

Алекс поднимается.

Нет, отвечайте-ка, не осталось ли у меня в жизни чего-нибудь, что я должна была сделать, но не успела? Куда вы уходите? Сядьте немедленно! (Алекс садится.) Ну, скажите, может быть, я что-то забыла, а вы это помните? Отвечайте, а?! (Пауза. Алекс упрямо молчит.) Я вас спрашиваю!

Алекс. Не понял вопроса.

Нина. Мне ничего не кажется, и то, что сейчас передо мной, ясно, как божий день. Вы, оказывается, трус. Боже мой, в течение этого последнего часа… Как вы были беспомощны, как слабы, к чему вам это ваше хваленое самолюбие, когда в самый ответственный момент вы можете выбросить его в мусор? Знаете, что обидно? Вы позорно убегаете домой, а человек убивает себя, и вы же знаете, что никогда не забудете вот этот, конкретный миг, когда он покончит собой, но убегаете, чтобы снять с себя ответственность, чтобы все забыть, но вы знаете, что ничего не забудете! Всю оставшуюся жизнь вам будет казаться, что вы меня подтолкнули, потому что вы действительно толкаете меня, понятно вам это или нет?

Алекс. Прошу вас, сформулируйте ваш вопрос точно.

Нина. Не понял он вопроса, как же! Вы все прекрасно поняли.

Алекс. Клянусь вам, я клянусь, что не понял, в чем я провинился.

Нина. Скажите-ка, кто вы такой, что не можете уйти отсюда? Неужели вы думаете, что мужчины вообще способны на что-то? Пропадите-ка отсюда пропадом.

Алекс. (встает) Я не хотел злить вас. Я слышал вообще-то, что перед смертью нельзя человеку действовать на нервы…

Нина. Прооочь!

Алекс. Прошу вас, не разговаривайте со мной таким тоном. Я этого не заслужил.

Алекс бесшумно и быстрыми шагами удаляется.

Нина. (в сторону, куда уходит Алекс) Не растеряйте по дороге вашу честь и достоинство! (после паузы) Ваше спокойствие и дар речи! (после паузы) Воспитанность! (после паузы) Ваше «_те» не потеряйте.

С противоположного края платформы входит Нугзариус. Пройдется пару раз перед Наной, и сядет рядом.

Нина. (Нугзариусу) Скажите, говорили ли вы хоть раз в жизни женщине «простите»?

Нугзариус. Клянусь всевышним, никогда.

Нина. Я вижу, вы хотите уйти, и не смеете. Можете отправляться за ним следом. Вот, он ушел несколько минут тому назад. Сидел себе тихо, а потом сказал мне «простите» и удалился.

Нугзариус. Я никуда не пойду. Жду электричку. Ничего более. Даже если вы меня будете умолять об этом, никуда не уйду.

Нина. Тогда садись и жди. (После паузы) Сидеть и ждать!

Нугзариус. Да, но я уже и так сижу.

Нина. Нет, я хочу хорошенько дать понять, чтобы ты сидел и ждал!

Нугзариус. Я уже сижу.

Нина. Ну-ка сидеть и ждать, а то я не знаю, что сейчас сделаю!

Нугзариус. (Поднимается.) Ну, хорошо, я встану.

Нина. Хорошо…(после паузы) Испугались?

Нугзариус. С чего бы вдруг?

Нина. Я хочу, чтобы меня кто-нибудь выслушал пару минут.

Нугзариус. Пожалуйста, я здесь, слушаю вас внимательно.

Нина. Можно, я задам вам один вопрос? Только ответьте на него чистосердечно. Что вы предпочитаете, выслушать меня или свалить отсюда?

Нугзариус.Конечно же, выслушать.

Нина. Тогда вы можете уйти.

Нугзариус. Пожалуйста, уйду, как прикажете. (Садится.) Не могу уйти.

Нина. Еще один идиот.

Нугзариус. Не понимаю, почему я должен уйти, когда жду электричку.

Нина. Я тоже.

Нугзариус. Давайте вместе ждать.

Нина. Пожалуйста. Но предупреждаю, потом не говорите, что вы не велели мне прыгнуть под колеса…

Нугзариус. Большое дело.

Нина. Нет, просто не говорите потом.

Нугзариус. Я ничего не скажу, разве что вы силой меня не заставите.

Нина. Ваше имя?

Нугзариус. Очень приятно. Нугзар. Но вообще меня называют Нугзариусом.

Нина. А я не знаю, как меня зовут.

Нугзариус. Это ничего.

Нина. Ах да, вспомнила. Нина.

Нугзариус. Хорошее имя.

Нина. Вам сколько лет?

Нугзариус. Пятьдесят три.

Нина. Мне восемнадцать.

Нугзариус. Отличный возраст.

Нина. Почему?

Нугзариус. Вся жизнь у вас впереди.

Нина. А ваша жизнь кончена?

Нугзариус. Нет, но скоро кончится.

Нина. Мне кажется, я вас перегоню.

Нугзариус. Пожалуйста.

Нина. Сколько у вас детей?

Нугзариус. Трое.

Нина. А у меня одна сестра.

Нугзариус. Это хорошо, что у вас сестра.

Нина. Ваши дети не думали о самоубийстве?

Нугзариус. Если надумают, я их к вам направлю.

Нина. Спасибо за комплимент.

Нугзариус. Не идет поезд, выйду, глотну свежего воздуха.

Нина. Если вы не заметили, то здесь открытый перрон.

Нугзариус. Действительно.

Нина. И вы меня боитесь

Нугзариус. Нет, не боюсь, просто хочу ночью спокойно выспаться, завтра тяжелый день.

Нина. И кто вам мешает? Спите, сколько хотите.

Нугзариус. Если вы покончите собой, я не усну.

Нина. Выходит, я своей смертью нарушу ваш мирный сон?

Нугзариус. Выходит так.

Нина. И это для вас сейчас самое важное? Обо мне вы не думаете? Вам меня не жалко?

Нугзариус. Очень жалко.

Нина. Вранье.

Нугзариус. Я знаю.

Нина. Вам не стыдно?

Нугзариус. Вообще лжи я не люблю. Но случается так, что нужно обмануть. Вам же известно, что бывает ложь во спасение?

Входит Алекс.

Алекс. Я думал вы уже умерли.

Нина. Как видите, поезд пока не пришел.

Алекс. Я вам советую все-таки не кончать собой сегодня.

Нугзариус. Это скрытая камера, так?

Алекс. А я гадаю по руке. Увлекаюсь хиромантией.

Нина. По-моему в ваших услугах здесь никто не нуждается. И так все ясно.

Алекс. Я все-таки вам советую, пока не пришел поезд, дайте я взгляну на вашу ладонь. Любопытно, какая линия жизни бывает у самоубийц.

Нина. Вижу, большим опытом вы похвастаться не можете.

Алекс. А вам не все равно? Не дайте мне потерять такой шанс.

Нугзариус. Можете взглянуть на мою руку.

Алекс. А, вы уже вместе собираетесь? (Смотрит на ладонь Нугзариуса) вы хотели в детстве стать пожарным и все мечтали, чтобы ваш родной братец попал под машину?

Нугзариус. (прячет ладонь) Это скрытая камера, да?

Алекс. В какой-то степени — да.

Нугзариус. Да точно так.

Алекс. (Нине) Знаете, уже поздно, автобусы больше не ходят. И пешком до дому идти как-то далековато.

Нугзариус. Как круто у вас получилось. А я поначалу растерялся, ну а потом-то мелькнула мысль — наверно они из телевизора. Нугзариус. (Смеется.) Как я попался поначалу. Это было хорошо разыграно… А где камеры? (Встает, ищет видеокамеры.)

Нина. Как хотите.

Алекс. (Нине) Большое спасибо. (Садится рядом с ней.)

Нугзариус. А какой-нибудь приз дадут?

Алекс. У меня просьба.

Нина. Так мы уже перешли к просьбам? Ладонь я вам не покажу, я не подопытная.

Нугзариус. (Алексу) Пожалуйста, скажите, а вы с какого канала?

Алекс. А можно, можно, этот ваш прыжок отложить на другое время?

Нина. Нет.

Алекс. Понятно.

Нугзариус. Что еще не кончилось? Что-то еще я должен сделать?

Алекс. Возможно, ну, чуток на попозже?

Нина. вы меня за ненормальную принимаете? Под первый же поезд и брошусь. Я столько времени ждала.

Нугзариус. Ясно, еще не кончилось. (Садится с глупой улыбкой.)

Алекс. А если я вас о том очень попрошу?

Нина. Нет-т.

Алекс. Тогда и я прыгну.

Нина. Испугали.

Алекс. Знаете, как получится, если вы прыгнете, то я потом домой вовсе не попаду. Придет полиция, начнется переполох, допрос, третье, десятое, а вы ее знали, а что она вам сказала, потом спросят, почему я вам не помешал, потом меня же и обвинят, скажут мне — это вы ее столкнули.

Нина. А разве здесь нет свидетеля?

Алекс. (Нугзару) Будете моим свидетелем, что я не толкал ее?

(слегка теряется, потом начинает хохотать) Нет, я скажу, что это вы ее убили. Подскажите, что я должен сделать, чтобы не смеяться?

Нина. (Алексу) Выбор за тобой.

Нугзариус. Кончено, больше не смеюсь. Только объясните, что я должен делать?

Алекс. (Нугзару) Сиди и молчи.

Нугзариус. (хихикает) Ладно…

Нина. Кажется, едет.

Алекс. Ну отчего мне так не везет?

Нина. Слышите?

Алекс. Скажите, хотя бы как вас зовут?

Нина. Нина.

Алекс. Меня Алекс. Очень рад знакомству.

Нина. В такое время? Так говорят в таких случаях?

Алекс. Может, вы мне оставите поручение.

Нина. Не стоит, думаю.

Алекс. А если спросят, зачем вы спрыгнули, что я скажу?

Нина. Не интересуюсь.

Алекс. Так и сказать?

Нугзариус. Сейчас должно что-то произойти?

Алекс. (Нугзариусу) Замолчите!

Нина. Не слушайте его, говорите, сколько хотите.

Нугзариус. (смеется) У вас хорошо получается.

Алекс. (Нугзариусу) Не мешайте нам!

Нина. (Нугзариусу) Делайте, что хотите. Не верьте ему.

Нугзариус. А когда меня покажут по телевизору?

Алекс. (Нине) Сейчас я все ему расскажу, так и знайте.

Нина. Кажется, сейчас он и вправду идет. (Встает.)

Алекс. (Нугзариусу) Знаете, что она собирается покончить с собой?

Нугзариус. (еле сдерживаясь от смеха) Знаю.

Алекс. (встает) Чего вы смеетесь? Она хочет броситься под поезд, а вы хихикаете?

Нугзариус. Больше не хихикаю.

Нина. (Нугзариусу) Хихикайте, хихикайте.

Нугзариус. Ну скажите хотя бы, где установлены камеры, куда я должен смотреть?

Алекс. Никаких камер нигде нет, она собирается покончить собой, помогите, один я ее не удержу.

Нина. Не прикасайтесь ко мне, или я не знаю, что с вами сделаю! (Идет к краю перрона.)

Алекс. (идет следом за Ниной, Нугзариусу) Помогите, держите ее с другой стороны, а то убежит!

Нугзариус встает,

Нина. Брошусь все равно!

Нугзариус. Кстати, друзья называют меня Нугзариусом! Приятно с вами познакомиться. В молодости я любил разные проделки. Хотите, покажу фокус? Эти штучки я всегда ношу с собой. (Достает из кармана три красных шарика и жонглирует ими.)

Алекс. Перестаньте, не трогайтесь с места, успокойтесь, потом сами мне спасибо скажете.

Звук поезда уже слегка слышен вдали.

Нугзариус. (продолжает жонглировать) Ну, скажите хоть, в какую сторону я должен повернуться, чтобы было хорошо видно?

Нина. Не подходите.

Нугзариус. Между прочим, я знаю и другие фокусы. Сейчас ничего не захватил с собой. Эх, знал бы…

Звук поезда все ближе.

Алекс. (чуть-чуть приближается к Нине) Я могу быть и печальным. Хотя вообще-то я веселый человек. Стараюсь не зацикливаться на сиюминутных мелочных проблемах, и чаще всего, у меня это получается. Между прочим, во многом помогает чувство юмора. Но в последнее время я понял, что могу быть и печальным.

Нина. Нугзариус! Держи-ка этого парня так, чтоб не убежал!

Алекс. Грустный человек заслуживает большего уважения от общества. Печальный — обычно более сосредоточен, более озабочен, более задумчив, чем обыкновенный, рядовой человек. Так, печальный человек, идя по улице, углубляется в свои мысли и скорбит о миропорядке. Или скорбит о будущем? Впрочем, какая разница. По глазам печального, непонятно, о чем же именно он думает. Мы наблюдаем только его скорбь и взгляд, устремленный в бесконечность, который действует нам на нервы своим однообразием, и все же, мы, все, сообща, отдаем дань уважения печальным людям. Печаль скоро войдет в моду.

Нина. Нугзариус! Хватай этого парня!

Нугзариус перестает жонглировать, подходит к Алексу и обнимает его за плечи. Алекс пытается освободиться.

Алекс. Извольте, я — Алекс, знаю, что не время сейчас, но в подобных условиях я не в состоянии все объяснять, сядем, и так я опоздал домой, вот мы и спокойно можем все обсудить.

Нина. Не отпускай его!

Алекс. Скажи ему, чтоб отпустил, мне он больше не верит.

Нина. И не думай, Нугзар!

Нугзариус. Меня зовут Нугзариус.

Алекс. Нина, не прыгай.

Нина. И не думаю.

Алекс. Тогда скажи, чтоб он отпустил меня.

Нугзариус. Вся наша жизнь — скрытая камера, Алекс.

Нина. (Алексу) Скрытая камера, не понимаешь? (Нугзариусу) И не думай, Нугзариус.

Алекс. Вы смеетесь, вы все насмехаетесь надо мной?

Нина. Так же, как надсмеялись надо мной.

Нугзариус. С какой-то стороны, жизнь одна сплошная насмешка.

Алекс. Нугзариус, оставь эти глупости, звук все равно не записывается. Нина, может вам, чем помочь?

Нугзариус. (Нине) От меня не убежит, не бойся. Ты ступай, бросайся.

Нина. (пятится назад) Не опускай…

Поезд вот-вот заедет на станцию.

Алекс. Выполните хоть мое последнее желание. У всех есть право на последнее желание, в конце концов!

Нина. Смотря какое?

Алекс. Одна сигарета.

Нина. У меня последняя. Не могу отдать.

Алекс. (Нугзариусу) Отпустите меня. Это не игра. Она по-настоящему собирается убить себя, прочь руки, отцепись от меня! Как ты не понимаешь, что все это происходит взаправду, убери свои руки прочь!

Шум поезда перекрывает голос Алекса. Алекс пытается освободиться. Электричка влетает на станцию. Нина готовится к прыжку. Алекс грубо высвобождается из рук Нугзариуса, и, совершенно случайно, Нугзариус падает на рельсы. Поезд резко тормозит, но уже поздно. Нина и Алекс остаются одни на перроне.

Картина вторая.

Открытый перрон станции метро. Зима. На часах снова восемь минут первого, ночь. На перроне сидит Алекс, видимо, ждет электричку. А она запаздывает. Тем временем, приходит Нина, прохаживается перед Алексом взад вперед и затем садится на ту же скамейку, где сидит она, но поодаль. Несколько раз украдкой бросает на Алекса взгляд, но Алекс не обращает на Нину никакого внимания.

Алекс. (после паузы) А как вы думаете, если я сейчас брошусь под поезд, что будет?

Нина. Что вы сказали?

Алекс. Меня всегда привлекало самоубийство. Нет, не то, чтобы я депрессивный тип, но считаю, что у жизни только в том случае есть смысл, когда ты от нее получаешь удовольствие. И я считаю, что женщины гораздо сильнее мужчин.

Нина. Это зависит, какой мужчина.

Алекс. Все женщины сильные. Вы говорите о физической силе что ли, уж я не знаю, а духовно и морально женщины сильнее нас.

Нина. Я вам снова повторяю, зависит от того, какой мужчина.

Алекс. А что вы хотите этим сказать?

Нина. А вы что хотите сказать?

Алекс. Меня интересует, что вы подразумеваете, когда говорите «зависит от мужчины»?

Нина. Ничего определенного. Что вы слышали, то и подразумеваю.

Алекс. А я остаюсь на своей точке зрения, вы сильнее, чем мы, мужчины.

Нина. Зависит от того, какой мужчина.

Алекс. Ну что вы заладили свое «зависит какой мужчина»?

Нина. А по какому праву вы на меня кричите?

Алекс. Ну что вы тогда заталдычили это свое «зависит какой мужчина», «зависит от мужчины»?

Нина. Чего хочу, то и талдычу!

Алекс. Вижу, вас вежливости никто не обучал. Или учили крайне плохо.

Нина. И на вас нет следов добропорядочного воспитания.

Алекс. С меня не спрашивается. Я собираюсь покончить с собой.

Нина. А я при чем?

Алекс. вы станете соучастницей моего самоубийства.

Нина. Не соучастницей, а свидетелем.

Алекс. Ну, свидетелем, а какая разница?

Нина. Почему все ненормальные постоянно попадаются именно мне?

Алекс. Наверно оттого, что вы всегда так поздно возвращаетесь домой.

Нина. Что вы имеете в виду?

Алекс. А вы?

Нина. Первая я спросила.

Алекс. Разве это сейчас имеет решающее значение?

Нина. Что вы имели в виду, когда сказали «поздно возвращаетесь».

Алекс. Это и больше ничего

Нина. ваш тон мне не понравился.

Алекс. И ваш не совсем приятный.

Нина. Ваша манера говорить не вписывается в рамки приличия!

Алекс. вы к ним и не приближались!

Нина. Ваши замечания бестактны!

Алекс. Ваши замечания неуместны!

Нина. вы, видимо, росли в лесу!

Алекс. А вы в подземелье!

Нина. вас, вас никто не учил уважению к женщине?!

Алекс. Разве все женщины заслуживают уважения?!

Нина. Чем я заслужила такое отношение?

Алекс. А я?! Я чем заслужил?!

Нина. Что вы от меня хотите? Что вы ко мне пристали?

Алекс. Я хочу броситься под поезд метро, неужели так трудно это понять?!

Нина. Да что хотите, то и делайте!

Алекс. Как вы можете быть такой ледяной!

Нина. Я ледяная? Если я холодна, то вы чрезмерно горячи, настолько горячи, что, вскипев от собственного эгоцентризма, пожелали убить себя.

Алекс. И что в этом неприемлемого?

Нина. Напротив.

Алекс. Что значит напротив? Вам кажется совершенно нормальным, что человек идет на такой шаг?

Нина. Теперь уже, кажется приемлемым.

Алекс. Что значит «уже»?

Нина. То, что вы слышите слово в слово, то и значит.

Алекс. Выходит, до того, как вы здесь появились, для вас многое было неприемлемым. Выходит так?

Нина. Как хотите, так и расшифровывайте эту формулу.

Алекс. Нет, здесь ничего не следует расшифровывать. Все для меня ясно как день, вы — убийца.

Нина. Я — убийца?!

Алекс. Да, да, вы — убийца. Разве имеет значение, умру ли я физически или морально? Вы меня уже убили. (Идет к краю перрона.)

Нина. Меня в это не впутывайте.

Алекс. (спрыгивает на рельсы, теперь мы его не видим, после паузы слышен только его голос) Что там еще?

Нина. вас невозможно выносить.

Алекс. А вас никто и не просит.

Нина. И вас никто не останавливает.

Алекс. Чего там про останавливает? Слушайте, а почему вы со мной все время говорите загадками?

Нина. Почему вы задаете мне столько вопросов?

Алекс. Потому что собираюсь покончить с собой. Полчаса жду электричку, а она не приходит.

Нина. И я в этом виновата?!

Алекс. Почему вы кричите на меня?!

Нина. Потому что выносить это более невозможно! (Встает.)

Алекс. А куда вы направляетесь?

Нина. Не ваше это дело.

Алекс. Никуда вы не уйдете!

Нина. Хотела бы я сейчас стать машинистом поезда!

Алекс. Не уходите. Хочу вам что-то поручить.

Нина собирается уходить.

Алекс выкарабкивается на перрон, бежит за ней.

Прошу вас, умоляю, не уходите. (Виснет на ее локте.) Не оставляйте меня одного.

Нина. (вырывается) Отпустите меня! Не прикасайтесь ко мне! (Быстрыми шагами выходит.)

Алекс. (говорит ей вслед) Хотя бы сейчас не оставляйте меня одного. Прошу вас, не оставляйте, это желание так просто исполнить, Хотите, не смотрите, только останьтесь. Я так спрыгну, что вы и не заметите. (Нина не возвращается, Алекс садится на скамейку.) В принципе вы и так ничего не увидите, я спрыгну, и поезд накроет меня.

С другой стороны, не той, куда ушла Нина, входит Нугзариус, садится на ту же скамейку, на которой сидит Алекс.

Алекс. (вслед Нине) Спросила бы, хоть как меня зовут, чтобы знать, кто я. Потому что завтра, возможно, меня никто и не узнает.

Нугзаурис читает газету и старается не выдать чувство неловкости, которое у него вызвали слова Алекса. Пока это у него хорошо получается.

Алекс. (только сейчас замечает Нугзариуса) Знаете ли вы, почему Бог создал сначала мужчину и потом женщину?

Нугзариус. вы что, из «60 минут»?

Алекс. Потому что мужчины гораздо слабее женщин.

Нугзариус встает, затем собирается уходить.

вы меня не поняли.

Нугзариус. Я все прекрасно понял. Там в кармане у вас спрятан микрофон, а в пуговицу вмонтирована микрокамера.

Алекс. Потому что мужчины слабее женщин.

Нугзариус встает, собирается выйти.

Недавно, несколько минут назад я это же сказал женщине, и знаете, что она мне сказала?

Нугзариус. Что вы от меня хотите?

Алекс. Сказала «зависит от мужчины». Я вот похож на слабого мужчину?

Нугзариус. Кто вам позволил меня снимать?

Алекс. Не снимаю я вас, дело совсем в другом!

Нугзариус. Знаю я, что вы мне сказать хотите.

Алекс. В принципе, я слаб, собираюсь свести счеты с жизнью, и наверно, сильные люди так не поступают.

Нугзариус. И что, вы хотите теперь навесить на меня ваше убийство?

Алекс. Никто вас ни в чем не обвинит. Хочу, чтоб кто-то это видел, чтоб кто-то сообщил об этом…

Нугзариус. Не выйдет у вас. Знаю, что вы задумали. Кто вас послал?

Алекс. … в иных условиях я не смогу!

Нугзариус. А я могу существовать в таких условиях?

Алекс. А я? Мне нужно, чтобы кто-то мне просто сказал «не прыгай».

Нугзариус. Этого не просите.

Алекс. Вам так тяжело понять, что мне нужна помощь.

Нугзариус. У меня нет ни денег, ни вкладов, ни долгов, кто вас послал?

Алекс. вы кровопийца, вы вампир. Вы старый вампир.

Нугзариус. А вы провокатор.

Встает, заглядывает в тоннель, откуда должен появиться поезд. Тихо. Входит Нина. И показывая всем видом, будто ничего и не произошло, садится на скамейку.

Алекс.Меня зовут Алекс.

Нина. Нет, я на себя разозлилась! Почему я должна идти домой в эту позднюю ночь одна по улице, только потому, что некто вздумал покончить с собой?

Нугзариус. Ага, теперь как будто вы не поделили между собой и я вроде должен скинуть на рельсы интригана?

Алекс. (Нине) Я не некто.

Нина. (Нугзариусу) вы не бойтесь, он сам спрыгнет.

Нугзариус. (Нине) Если бы он захотел спрыгнуть, уже спрыгнул бы за такое количество времени.

Нина. (Алексу) Я вам больше скажу, вы не некто, а нечто худшее.

Нугзариус. (Нине) И я ему тоже говорю, а он не верит.

Нина. (Алексу) Знаешь, было б отлично, чтоб ты, наконец, сбросился под эту твою электричку (становится рядом с Нугзариусом.) С удовольствием полюбуюсь, как поезд переедет вас.

Алекс. Поверьте, ничего вы не увидите.

Нина. Тем более.

Алекс остается сидеть на скамье один.

Нина и Нугзариус стоят рядом в ожидание поезда.

Алекс. А вы как думаете, в начале было слово или пение?

Нина. Я бы в вашем положении раздумывала над более серьезными вещами. Но я не удивляюсь, по-видимому, вы не в себе слегка, иначе, за столько времени не нашли хотя бы один вагон?

Алекс. (Нугзариусу) А вы что думаете по этому поводу, сударь?

Нугзариус. Между прочим, я в этом глубоко убежден, вы знаете мое имя, так что не трудитесь понапрасну, все равно ничего я вам не отвечу.

Алекс. Перед смертью я хочу, чтоб вы ответили мне на несколько вопросов.

Нина. Если это ускорит вашу смерть, то — с удовольствием!

Алекс. Взгляните на меня, нет, правда, поглядите, как будто я не урод, не так ли?

Нина.Ну, я не сказала бы, что вижу перед собой мужчину своей мечты.

Нугзариус. Не отвечайте ему, он нас снимает, откуда узнаешь, что он потом из этой пленки смонтирует! (Натягивает на себя шапку, поднимает воротник, лица его становится совершенно не видно.)

Алекс. Отчего так, что женщины обычно предпочитают уродов симпатичным.

Нина. А вы себя к кому относите? Смею надеяться, что не в симпатичных значитесь!

Алекс. Оставьте эти ваши колкие выпады.

Нина. вы эти выпады сами себе вообразили.

Нугзариус. Скажите, объясните, к чему так, что женщина и только она одна может перейти с закрытыми глазами самый перегруженный транспортом перекресток? (Ждет ответа, но напрасно.) Почему так получилось, что Бог вначале создал мужичину, а затем женщину? (Нет ответа.) Почему так, что женщины сначала говорят, что им делать, а потом это делают? Не можете сказать? Почему так, что женщина более догадлива, чем мужчина?

Никто не собирается ему отвечать. Алекс встает, идет к Нине. Почему все женщины хотят выйти замуж? Почему невеста ведет себя не так, как будущая жена? Что в ней изменяется? Почему вы мне не отвечаете? Почему вы молчите?

Нугзариус. (Нине) Никогда не мог себе представить, что «60 минут» интересуются такими темами.

Алекс. (Нине) Почему так, что женщина всегда стремиться изменить мужчину? Почему так, что вы никогда не бываете довольны? Почему вы хотите всегда большего, чем у вас есть? Почему вы такие?

Нугзариус. Меня зовут Нугзариус. И хоть я вам не доверяю, все-таки, поделюсь с вами накопленным опытом — мужчине следует относиться к женщине с большим почтением, чем вы тут продемонстрировали перед телевизором, кем бы вы там в нем ни были.

Нина. (Нугзариусу) Видимо у него было тяжелое детство. Поэтому здесь выражение — сел на осла — самое подходящее. Вот я и не обижаюсь.

Алекс. Почему так всегда складывается, что красивая женщина выбирает уродливого мужчину?

Нина. вы уже спрашивали, поэтому ответ стребуйте с вагоновожатого.

Нина и Нугзариус смеются.

Алекс. Почему вы насмехаетесь?

Нина. Если у вас нет ответа на все эти вопросы, то лучше бросайтесь под поезд.

Нугзариус. Такие под поезд не бросаются.

Алекс. (садится на скамью) Неужели, это так смешно?

Нугзариус. (Нине) И это все из-за вас?

Нина. Нет, я его впервые вижу. Пришла в метро, и он пристал ко мне, во что бы то ни стало, хочу, мол, с собой покончить.

Нугзариус. (удостоверяется, что Алексу не до него, снимает шапку, и опускает воротник) Вообще я Нугзар. Это друзья меня называют Нугзариусом. По профессии я геолог, но очень увлекаюсь поэзией. Вы любите поэзию?

Нина. С ума по ней схожу.

Алекс. Почему так, что женщины любят стихи, сходят с ума по фильмам, любовными романами бредят, по сплетням офигевают, телесериалы высмеивают, но глаз не отрывают с экрана, когда они в эфире.

Нугзариус. (Нине) Не обращайте на него внимания.

Нина. Меня зовут Нина. У меня длинные волосы, сейчас они просто спрятаны под шапку, не могу вам показать.

Нугзариус. Любопытно.

Нина. Я изумительная хозяйка, люблю готовить, но мама, к сожалению, не подпускает меня к плите, говорит, выйдешь замуж, наготовишься еще.

Нугзариус. А где вы работаете?

Нина. Нигде, сижу дома. Сейчас начала посещать базовые компьютерные курсы и поэтому запоздала с английским.

Нугзариус. Да, компьютер и английский необходимы.

Нина. Мне сказали, если не будешь их знать, заграницей нигде не сможешь найти работу.

Нина. Да, будете знать, без труда заграницей найдете работу. Нугзариус. Хотите уехать?

Нина. Да, хочу в Англию, буду там бебиситер.

Нугзариус. Какого поэта более всего любите?

Нина. Александра Блока.

Нугзариус. Я — Нугзариус.

Нина. Да, вы уже мне говорили.

Нугзариус. Да, простите, забываю порой. Вы ровесница моей дочки. А вообще их у меня трое. Два мальчика и одна девочка. Дочь такая, как вы.

Нина. Неужели?.. Как интересно?

Пауза.

Электричка запаздывает.

Нугзариус. Да, запаздывает.

Пауза.

Нина. Как рано похолодало?

Нугзариус. А еще, современного, какого поэта вы любите.

Алекс. Наверно, Дмитрия Воденникова.

Нина зло смотрит ему в лицо, запаздывая с ответом Нугзариусу.

Нугзариус. Хороший поэт.

Нина. И вам нравится? Один мой друг ужасно похож на Диму. Однажды мы сидели с ним в кафе, и подошла какая-то женщина, стала тыкать в него книжкой Димы, и просить автограф. Мой приятель взял у нее книжку и собирался было подписать — тут я не выдержала. И сказала ей, а он вовсе не Воденников. (Смеется.) Потом мы столько смеялись.

Нугзариус. Хочу вам прочесть свои стихи. (Достает из кармана свои стихи.)

Нина.Не утруждайте себя.

Нугзариус. Дома я все равно не могу их никому прочесть, давайте, прочту вам в две минуты.

Нина. Как-то мне неловко, что я у вас время отнимаю.

Нугзариус. Наоборот. (читает)

Прежде чем взлететь, желательно подумать о прошлом

А при взлете, когда самолет взревет напоследок,

Ты вспомнишь часовщика с нашей улицы, который читал стихи

Но до этого,

Купив кофе, выкурив сигарету, прочти газету и выбери рейс,

На котором ты с удовольствием улетел бы, если б не родина.

И тогда ты вспомнишь торговца с Дезертирки,

Который в свободное от работы время любил рисовать.

Но до этого,

Проснись на бледных простынях и будь спящим в кровати один.

Скучающая ванна пригласит тебя в жаркие объятия,

Обнимет, к сердцу прижмет.

И ты вспомнишь фотографа из Кечхоби

Который в свободное от работы время играл в футбол.

Но до этого,

В твою честь устроят прощальный ужин, на котором

Ты почувствуешь себя лишним,

И ты вспомнишь знакомую актрису из труппы театра Руставели,

Которая в свободное от работы время продавала газеты.

Но до этого,

Спустись туда, откуда ты должен отправится,

И от вереницы витрин пусть своротит с души, оттого

Что ты вспомнишь врача, который в свободное от работы время,

Занимался самоубийством, и до того, пока все это случится,

Ты понимаешь, что ты обыкновенный билет авиакомпании,

Заполненный с тщательной аккуратностью и ты дата,

Которая напоминает тебе будущее.

Поэтому, тебе то и остается, что пройти регистрацию, и ждать

Всего того, что должно произойти, так как тебя в конце

Все равно ожидает возвращение и написание этих строк.

(После паузы) Мне кажется, не самые плохие стихи. Конечно, не Воденников, но думаю, у этих строк есть право на существование.

Нина. вы мне сейчас напоминаете Вронского.

Нугзариус. А, значит, вам понравилось?

Издали доносится гул поезда.

Нина. Очень.

Нугзариус. У меня есть и другие стихи. Хотите, еще почитаю?

Нина. Не стоит!

Алекс. (встает) Едет. (Подходит к краю платформы.) Наконец-то

Нугзариус. Не подумайте, что мне трудно!

Нина. Зато мне трудно. Вернее, сейчас мы не успеваем, отложим на другое время.

Нугзариус. Как скажете, пожалуйста.

Алекс. Меня зовут Алекс. Я знаю, что вы не уснете сегодня. Знаю, что вы будете думать обо мне, и тех словах, которые вы мне сказали. Я сегодня не кончаю собой, это вы меня убиваете. Если бы вы произнесли одно слово, единственное слово, я мог бы передумать. Я не совсем уверен, но знаю, что хотя бы задумался над тем, что есть еще на свете люди, в которых сохранилась простая человечность. Которым не чуждо элементарное утешение, ободрение, терпение, бескорыстная любовь и сочувствие к ближнему. Но сейчас, сейчас я хочу… чтобы… вы окончательно поняли, что в сложившейся ситуации мой поступок — единственный правильный шаг.

Рев поезда все ближе.

Хорошенько взгляните на меня, убийцы. Хорошенько посмотрите — вы видите меня сегодня последний раз.

Нугзариус. Давайте сядем в другой вагон. Не исключено, что он не отстанет от нас.

Нина. В конце концов, и моему терпению есть предел. Все имеет свои границы!

Нугзариус. Не надо, не поддавайтесь ему!

Нина. Нет, знаете, я-то думала он, наконец, заткнется, а он все никак не прекратит свое? Вы хотите вывести меня из себя?

Нугзариус. Оставьте его, видите, он какой-то провоцирующий тип.

Нина. Он не провоцирующий, а душевнобольной. То, что я от него натерпелась, кто бы вытерпел?

Нугзариус. Поймите, все, кто работает на телевидении, такие.

Звук поезда все ближе.

Нина. Нет, ты знаешь, и ты не без греха! А не отвечаешь теперь, на нервы действуешь. Если тебя беспокоят проблемы с психикой, лучше всего сначала обратиться к врачу, а потом прыгать под поезд. Так лучше для вас и тех, кто вам встретится в метро в дальнейшем. Нет, и он еще озабочен будущим спокойствием нашего сна! Я не засну? Ну да, я постоянно буду думать о вас, все представлять ваш необыкновенно светлый взгляд и прелестные черты. Глаза испуганного олененка, готового к прыжку, и вставшие дыбом волосы! Псих!

Нугзариус. Оставьте его, как бы он не сделал нам чего-нибудь.

Поезд готов заехать на станцию, и, несмотря на то, что разговор Нины, Алекса и Нугзариуса продолжается далее в крайне высоких тонах его заглушает шум приближающегося поезда.

Алекс. Взгляните на меня и запомните, вы видите меня в последний раз, будьте счастливыми и откровенными, будьте живыми, если это принесет вам покой! И знайте, вы видите меня в последний раз и к этому приложено и ваше старание.

Нина. (Нугзариусу, который старается не подпускать Нину к Алексу) Пустите, пустите меня к нему, чтоб я сама его столкнуть на рельсы, чтоб он успокоился, и я больше не слышала ни одного его слова! Уберите вашу руку, не удерживайте меня!

Нугзариус. (не отпускает Нину) Не обращайте на него внимания, он и так бросится, почему вина должна упасть на вас, оставьте, не знаете вы, что ли журналистов?

Алекс. Окажите мне уважение, не подпускайте ее ко мне.

Нина. вы не броситесь сами, я хочу вас сбросить собственной рукой, чтобы вы успокоились и удостоверились, что большего не достойны. (Нугзариусу.) Уберите ваши руки!

Электричка влетает на станцию. Алекс готовится к прыжку.

Алекс. И не мечтайте, итак — смотрите на меня, смотрите и запоминайте! (Готовится к прыжку.)

Нина совершенно нечаянно толкает рукой Нугзариуса, и он падает на рельсы. Поезд резко тормозит, но уже поздно. Нина и Алекс остаются на перроне одни.

Картина третья

Мне необходимо сказать вам нечто важное. Вас наверно интересует, зачем я решил написать эту пьесу. Если это для вас не важно, мой текст случайно попал вам в руки, вы читаете его просто так, и в вашу голову не приходил вопрос «зачем», то вас хотя бы заинтересует, почему я написал эту пьесу.

Не менее вероятно, что и этот вопрос вас не интересует. Выходит, вы просто совершили ритуал — элементарно взяли пьесу и прочли. Тогда вопрос у меня — а что именно я хотел сказать этой пьесой, вас не интересует? Понятно. Тогда можете запросто прочитать последние два предложения в конце третьей картины, и будет вам финал. А теперь позвольте обратиться к тем, кого из трех перечисленных выше вопросов интересует ответ хотя бы на один из них. А также к тем читателям, которым не нужен ответ на что-либо, и единственное их желание — целиком и полностью прочесть пьесу до конца. Напоминаю вопросы:

1. зачем я начал писать эту пьесу.

2. почему я написал эту пьесу.

3. что я хотел этой пьесой сказать.

Меня давно интересовала тема, которой я коснулся в этой пьесе. Это фактор времени. Вы наверно заметили, что в двух первых картинах время на часах одинаковое. Время в этой пьесе остановилось. Вернее драматическое время движется. Но второй картина начинается с того, что на часах пятнадцать минут первого, то есть столько же, сколько в начале пьесы. К тому же вы, как внимательные читатели видели, как в конце первой картины погиб Нукгзариус, и было бы логично, чтоб во второй картине его не было. Так дважды в этой пьесе дает о себе знать отсутствие времени. Время между первой и второй картиной не проходит, а значит, и Нугзариус не попал под поезд. Он жив, но Нина и Алекс поменялись ролями. Гибель Нугзариуса совершенно случайна, поверьте мне. Об этом я еще скажу чуть позже, до того же, наконец, коснусь той темы, которая меня давно волнует.

Каждый из нас не раз оказывался перед выбором и перед принятием решения ставил самому себе вопрос — так мне поступить или иначе? Таким образом, каждый из нас на протяжении всей жизни попадал на перепутье времен и редко кто из нас задумывался, что время в ту секунду, когда мы ставим себя перед выбором, останавливается. Это ощущение особенно актуально, и я бы сказал даже болезненно тогда, когда по прошествии времени мы обнаруживаем, что совершили неверный поступок и пожинаем его плоды. Бывают, конечно, и эпизоды, припоминаемые с гордостью о том, как правильно мы себя повели.

Если вы меня так долго терпели и продолжаете читать эти слова, скажу вам откровенно, что приведенным выше примером ситуации выбора, я хотел вам напомнить, как часто мы задумывались над тем, что случилось бы в том или ином случае, если бы нами не был предпринят тот или другой шаг.

Так и в этой пьесе. Меня интересовало, как все происходило бы при условии, когда время не двигалось, и хотя бы на этой странице я мог бы разыграть судьбу придуманных мной персонажей и потом перевернуть ее перед вашими глазами. Это обычный прием. Придуманный не мной, многократно использованный, рядовой литературный ход, чтобы часы читающего пьесу с начала ее чтения далеко ушли вперед, а на часах внутри пьесы по-прежнему восемь минут первого.

К этому прибавлено обстоятельство, что погибший персонаж, спустя несколько страниц вновь оказывается жив. А еще через несколько страниц или в конце второй картины еще раз трагически погибает, но простите меня, что я повторяюсь, время не двигается, и в этом нет ничего удивительного.

Между прочим, в начале третьей картины вновь восемь минут первого. Разница лишь в том, что на скамейке метро на этот раз сидит Нугзариус. Затем входит и Алекс.

А теперь, прежде чем закончилась пьеса, кратко скажу вам, что обещал: почему случайно погибает Нугзариус, или почему я дважды убил этого в высшей степени порядочного человека?

Пьеса была написана мной быстро, буквально за пару дней, так как литературный прием, о котором я веду речь, дал ее написанию весомый толчок. Раздумывать особо было некогда, в первой картине решение Нины непоколебимо и она прощается с жизнью. Алекс безуспешно старается переубедить ее и спасти, но чем ближе слышался звук приближающейся электрички метро, чем больше занимал он мое внимание, тем больше претила мне беспощадность финала — бросить молодую, красивую женщины на рельсы. В конце концов, кто из нас не бывал в депрессии. Не все же кончали собой. Поэтому решение было прямолинейно — Нина не может умереть! И оставим в покое мою субъективную пристрастность, да, наконец, разве интересно было бы вам, и мне тем более, чтобы персонаж, первые слова которого — «хотите, я сейчас спрыгну с платформы», так и поступил?

Что касается Алекса. И он молод, спешит домой. Совру, если скажу вам, что ему незнакомо понятие «кризис». Я не имел права убивать подобного мужчину. Присовокупим к тому аргумент, что в случае смерти Нины и Алекса, я оставался без главного героя, а такой человек как Нугзариус, написать пьесу мне бы было затруднительно. Да простит меня Нугзариус, он также необыкновенная личность и моей целью, разумеется, не было убить его. Я вообще не ставил целью убить кого-нибудь, да простит меня Господь. Это было чистой случайностью, что сначала Алекс в потасовке нечаянно сильно толкнул его рукой, и как говорится, волей судьбы Нугзариус попал под колеса только въехавшего на станцию поезда. Обратите внимание на одну значительную деталь. В сцене возни Алекса с Нугзариусом по ходу поезда находились сначала они, а затем уж по пути поезда стояла Нина. А во второй сцене наоборот. На линии прибывающего поезда стояли сначала Нина и Нугзариус, а затем Алекс. Выходит, что когда рассерженная Нина пытается сама столкнуть с платформы Алекса, сердобольность Нугзариуса оказалась совершенно излишней и поезд не пощадил его. Как всегда бывает, разнимающему достается больше, чем дерущимся. Поэтому не вините меня в невезучести Нугзариуса. Как видите, все дело случая.

Проще говоря, мне хотелось не раз проиграть один конкретный промежуток времени, чтобы отчетливо доказать, что каждому из нас может пристать одна из этих трех ролей. Можем быть Ниной, или Алексом, и, в крайнем случае, Нугзариусом.

И прежде, чем вы прочтете, что произойдет в третьей картине, добавлю, что теперь, когда вы прочли все это, финал вам не покажется неожиданным. Но я прошу вас вспомнить, что при чтении первой картины, вы не представляли себе, чем разрешится конфликт. В начале второй картины вы, возможно, растерялись, и не обратили внимание на часы, которые вновь показывали восемь минут первого. Возможно, после того как в первой картине Нина рисовала свое будущее в черно-белых тонах, суицидальное устремление Алекса вам показалось избитым и использованным приемом. И, представляю себе, как вы были рассержены потом, увидев человека, который по правилам не должен был оказаться в списке живых.

Все же встало на свои места, когда Нугзариус еще раз случайно стал жертвой, и вы окончательно убедились, что время в пьесе не двигается. Обратите вновь внимание на часы, и не считайте это ошибкой автора или издателя.

И так, что происходит во второй картине? Так же, как и в предыдущих двух картинах на часах восемь минут первого, меняется «первая скрипка» и на сцене только Нугзариус. Естественно, ждет электричку. Входит Алекс. Его взгляд устремлен к туннелю, откуда должен прибыть поезд. Садится на скамью. Мы ждем, что Нугзариус произнесет магическое заклинание «хотите, я сейчас спрыгну с платформы». Но он ничего не говорит, молчит себе, ждем, что случится далее. Неужели третья картина отличается от предваряющих? Неужели все не будет таким прямолинейным, как было до сих пор и мы очевидцы интересной пьесы? Неужели драматург сумеет предложить такой головокружительный сюжетный ход, дабы потом у нас возникало острое желание делиться впечатлениями с другими? Вопросов много, а Нугзариус все сидит.

И вот отсюда у меня возникли две версии продолжения пьесы, одну я уж не знаю, а вторую предлагаю.

Алекс читает книгу. Диалог между ними исключен, ведь все уже прекрасно понимают, что теперь Нугзариус желает убить себя. Поэтому здесь слова ничего уж не могут сказать, каждое новое слово только трата картриджа, и более ничего. Новый диалог загонит в тупик, из которого невозможно выбраться. Вы все уже хорошо знаете, что Нугзариус собирается покончить собой, но не знаете, чем все-таки окончательно закончится пьеса. Хотя опыт вам подсказывает, что кто-то попадет под поезд. Поэтому Нугзариус и Алекс тихо ожидают прихода поезда, входит Нина, и вновь бросает взгляд в туннель. Алекс уступает ей место, Нина садится. Здесь вполне возможен диалог такого рода.

(встает) Садитесь, пожалуйста.

Ничего, я постою.

Садитесь, садитесь.

Благодарю вас.

Хватит. Мы ждем, что произойдет далее. Слышим шум поезда. Он приближается. Как это было в предыдущих картинах, звук его стремительно нарастает, быть может, в этот момент Нина украдкой бросит взгляд на Алекса, который стоит на краю платформы, готовясь первым войти в вагон. Сказать по правде я написал столько потому, что крайне коротким получается у меня третья картина.

Электричка влетает на станцию. Нугзариус встает, бежит навстречу поезду и прыгает на рельсы. Поезд резко тормозит, но уже поздно. Нина и Алекс остаются на перроне одни.


Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?