Зачем нужны «Долбо*бы» Марковского

 

Текст: Натальи Блок

Фото: Дмитрия Левицкого, Киры Малининой

 

Пьеса имеет емкое нецензурное название, которое можно перевести на русский язык примерно как «глупые и сумасшедшие люди». Ее автор — наш земляк, херсонский драматург Евгений Марковский.

Его персонажи — это, с одной стороны, компания маргиналов, курящая и выращивающая в херсонских плавнях коноплю. А с другой стороны — политики и известные люди города. Сюжет очень даже «традиционен» для нас.

Двух братьев за плантацию с марихуаной задерживает милиция. И привычно требует не соблюдения буквы закона, а 5 тысяч евро. И вот неформалы, кто как может, начинают собирать эти деньги. Для того, чтобы выручить друзей, они продают имущество, шантажируют и.о. мэра города, идут в благотворительные фонды и даже оказывают сексуальные услуги.

В конце концов, нужная сумма собрана, и компания продолжает дальше вольно пить и веселиться. Но, как мы все можем понять — до следующего подобного «залета».

Зачем такая пьеса зрителям

Такой вопрос часто задают обычные люди, которые насмотрелись подобной «чернухи» и в жизни. Но театр все же намного сложнее, чем новости по первому национальному. В нем зрители остаются один на один с событиями и друг с другом. И во время действия можно испытать все — возмущение и отторжение, понимание и узнавание. А в итоге человек получает самый главный урок — у него рождается сопереживание.

Театр объединяет зрителей и дает возможность испытать чувства, от которых обычно люди отмахиваются, перелистывая газетную страницу или переключая канал. И уже после этого приходит понимание.

Конечно, сложно представить, что пьесу Евгения Марковского могут поставить на сцене какого-либо государственного театра Украины. Театр на данный момент остается в том же виде, как и во времена советской власти. Государственные дотации, репертуар, в лучшем случае, из классики и ее интерпретаций, и страхом администрации, что «зритель не пойдет». Тем временем, посещают эти храмы культуры всего 5% процентов всего населения станы. И этот процент падает, так как главные посетители — пенсионеры. А они, как все мы понимаем, не вечны.

 

Увидеть и понять

В последние несколько лет во всем мире и Украине в частности, идет огромная работа по созданию новых форм театра, поиску новых авторов, необычного, сложного и вообще ни на что не похожего драматургического материала.

Развитие техники позволяет режиссерам ставить то, что не было возможным ранее. К примеру, использовать, как в Национальном театре им. Франка, огромные плазмы с видео. В мире идут спектакли из одной фразы. Постановки, которые диктуются в наушник зрителю, пока он гуляет по специально созданному пространству. Спектакли, где главную роль играет зритель и все происходит прямо среди города, в окружении прохожих. Действия на огромных площадях, происходящие одновременно и составляющие одно целое.

Это очень необычно и интересно. Частично подобные спектакли уже есть и у нас. Но вне стен и без участия академических театров. При этом любой театр не может существовать без зрителей. Но далеко не каждый человек готов воспринимать новое искусство. К этому тоже нужно подготовиться.

В европейской части мира режиссеры только три месяца в году работают непосредственно над подготовкой спектакля. Остальное свое время они посвящают театральной педагогике. Эта наука, которая помогает людям научиться понимать условность театра, принимать и чувствовать его силу и энергию, осознавать, что все происходит именно сейчас и здесь, поэтому, возможно, другого шанса не будет. И получается — 9 месяцев в году режиссер, а часто и драматург, работают над тем, чтобы зритель, пришедший на их постановку, смог ее воспринять.

Будущее рождается сегодня

Всеукраинский фестиваль «Неделя актуальной пьесы» так же, как и Херсонский ежегодный театральный фестиваль «Лютый-Февраль», дает возможность людям прикоснуться к формированию театра будущего.

Я заметила, что в самые первые дни читок современной драматургии, во время обсуждения пьес со зрителями, многие вопросы относились к форме пьесы, ее языку. Были претензии к словам и персонажам. А через неделю фомат обусждения перешел на новый уровень — люди стали говорить о том, какие чувства вызвал текст, что родилось у них во время читки. И это было намного важнее, так как задача любого искусства — в первую очередь вызвать эмоции. И пусть формат фестиваля — не полноценные спектакли, как на «Золотой Маске» в Москве, но Херсон делает свой посильный вклад в формирование нового современного украинского театра.

Оригинал.


Другие статьи из этого раздела
  • Go-Go Гоголь. Интервью с Владом Троицким о «Гоголь фесте»

    С 7 по 14 сентября в Киеве прошел мультикультурный фестиваль европейского уровня — «Гоголь Fest», цель которого — объединение украинского искусства вокруг образа Н.В.Гоголя. Интервью с Владом Троицким.
  • «ЁЛКИ — 7»

    «Ёлки» в театре — это длительная пауза в репертуаре, которая начинается в День Святого Николая и длится вплоть до Старого Нового года. В это время театральные залы заполняются детской аудиторией, а сцены — Пиратами, Змеями Горынычами, Шоколадными Сырками и прочими персонажами. Для каждого актера «Елки» — это свой «праздник»: возможность пообщаться с детьми, заработать немного денег или сыграть неожиданный юмористический экспромт, пользуясь тем, что дети не искушены во взрослых шутках.
  • Максим Курочкин: «Неочевидные возможности драматургии»

    Мне повезло увлечься драматургией, когда доминировало мнение: «современной драматургии нет». Пьесы писали отборные безумцы, которые не могли без этого. А сейчас видим расцвет и огромное количество новых интересных авторов. Уже никто, даже самый неадекватный критик не сможет сказать, что современной драматургии нет. Но безумцев стало меньше, как ни странно, тоскую по ним
  • Киевская Пектораль 2011

    В 19-ый раз в Киеве вручили театральную премию «Киевская Пектораль», сделав это современно, и даже изыскано. Не было ни традиционных украинских песен и плясок, ни подслащенных баритонов ведущих, ни самодеятельных номеров. В этом году, за исключением нескольких стихотворных эпизодов (с участием Богдана Бенюка), артисты театра им. Франко не сотрясали сцену патетическими ямбами и хореями.
  • Максим Курочкин: «Столкновения с новой киевской энергией я жду с нетерпением»

    Проблема глобального характера заключается в том, что у украинского общества и театра нет запроса на встречу с реальным человеком сегодняшнего дня. Герой, которого хотят видеть на сцене, должен быть с литературной гнильцой, ему в помощь должна быть выстроена система интерпретаций, он должен быть сегодняшний, но через Шекспира, Достоевского, Карпенко-Карого. Это все совершенно понятно, но основа этого явления, вызывает во мне мало уважения: это и лень, и слабость, и просто отказ от жизни. Люди отказываются жить: я ставлю Шекспира — я не живу.

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?