Гример без грима27 мая 2012

Диалог с Верой Кухтериной

За кулисами Молодого театра. Часть третья

Общалась Анна Андрусенко

Фото Евгения Рахно

Вступление

Часть 1.

Часть 2.

Часть 4.

Часть 5.

Вера Кухтерина, заведующая цехом по гриму киевского Молодого театра, работает в этой профессии уже много лет. Она согласилась рассказать нам о тонкостях своей любимой работы…

Сколько лет вы работаете в Молодом театре?

Здесь я работаю больше 25 лет.

Помните свой первый рабочий день? Расскажите о нем…

Помню, скорее, своё первое посещение Молодого театра. Меня пригласили сюда (я тогда работала гримёром в другом театре) заведовать цехом. И я еще не знала, хочу ли менять место работы. В тот день шел спектакль «За двома зайцями». Когда я увидела, в каком состоянии находится парик главной актрисы, я не выдержала и предложила ей свои услуги. Это была Тома Яценко. И она так трогательно меня благодарила, что я подумала: если незнающие меня актеры могут быть столь благодарными за мою работу… наверное, стоит остаться. И я осталась.

Как вы пришли к своей профессии?

До того, как я попала в театр, у меня было несколько профессий. А, когда я пришла в театр и начала работать художником-гримёром, поняла — я на своём месте. Ещё со школы я занималась в театральных кружках, участвовала в спектаклях. Режиссёры советовали идти учиться, но что-то меня останавливало. Я понимала, что театр заберёт слишком много моего личного пространства, именно поэтому я не попала в театральный институт.

вы сказали, что театр заберет много вашего пространства…

Дело в том, что актрисы проживают очень много жизней, расходуя энергию. Мы знаем — не все актрисы могут восстановиться. Очевидно, с одной стороны, я не чувствовала, что смогу восстановиться, а, с другой стороны, вероятно, не хотела переживать. Ведь переживать нужно не только на сцене, но и вне её. Этого я боялась. Боялась, что эта чужая жизнь будет занимать все моё время. До конца я не могла пожертвовать собой, мне кажется, что актрисы и актёры в театре очень многим жертвуют: личной жизнью, временем…

Кем Вы работали до того, как стали гримёром?

Работала художником декоративной росписи, закончила педагогическое училище. Психология — это то, что мне впоследствии пригодилось в работе с актерами, которые порой, словно маленькие дети. Мы, обслуживающий персонал (гримёры, костюмеры), с актерами очень тесно работаем, становимся близкими им людьми. Они — вторая семья. Она чуть дальше от твоей родной семьи, но тоже очень близкая. Мы контактируем изо дня в день. Устанавливаются различные связи, с кем-то ближе, с кем-то очень близко…

Сколько времени уходит на грим?

Разные есть гримы. Всё зависит от сложности. На сложную причёску может уйти до 3 часов. Для меня, чем сложнее работа, тем интереснее. Нравятся сказочные, фантазийные гримы и причёски. В Молодом театре грим приближен к жизненному, но нужно придумать, как сделать его выразительным.

Какие образы вам наиболее запомнились?

Это исторические личности: Ленин, Крупская, Шевченко, Сталин. Очень интересно делать портретный грим совершенно другому человеку.

Что вас может разозлить на работе?

Это, скорее, касается внутрицехового. Злит небрежность в отношении к своим обязанностям.

Есть у вас любимые актёры?

Я не могу об этом говорить. Я очень уважаю всех, но действительно есть те люди, с которыми я очень близка духовно. Однако было бы некорректно их озвучивать.

А любимые спектакли?..

Когда ты стоишь у истоков какого-либо спектакля, сидишь в зале вместе с режиссёром… Это, словно общее рождение ребёнка. Вот он рождается, и каждый вносит какую-то свою лепту в это. В том числе и гример. Нужно разработать прическу, грим, макияж, во все это ты вносишь частичку себя. Естественно, какой-то ребёнок тебе нравится больше, какой-то меньше (смеется).

Но все равно, ты уже внёс себя в спектакль, и это ценно. Но самое ценное то, что ты получаешь от актёра.

Есть очень и очень благодарные актёры. Они взамен отдают тебе свою любовь. И это очень важно. Ты тоже делаешь своё дело с любовью, ты тоже даешь им любовь. Ты идешь, а навстречу тебе идёт актёр или актриса, спрашивают: «Как вы там?». Это дорогого стоит. Именно это стимулирует, побуждает с удовольствием заниматься этой работой.

Переживаете, когда актёры приходят с плохим настроением?

Переживаю, потому что я очень чувствительна к этому, часто хочется отнестись к актеру по-матерински, как к ребёнку. Очевидно, моя прошлая профессия накладывает свой отпечаток, и мне хочется приголубить, успокоить, и многие актёры, которые знают эти мои способности, приходят ко мне, может быть, и за этим…

Поменялось ли ваше отношение к театру после того, как вы пришли сюда работать?

Не поменялось. Дело в том, что во всем есть плюсы и минусы, безусловно. Но, когда человек попадает в свою родную стихию, он не чувствует дискомфорта. Я по гороскопу водолей, театр — это моя родная стихия. Как и везде, есть сложности в отношениях с людьми. Но работа моя — самая любимая, и о другой — не помышляю. Я не мыслила даже, когда у меня были неприятности со связками рук, и врачи говорили, что я должна уйти с профессии. Тогда я им мысленно ответила, что этого никогда не будет, я все ровно буду работать. И, будучи на больничном, я ходила на роботу…

Что вам больше всего нравится в вашей работе?

Если ты исполнил то, что хотел. И это совпало с замыслами режиссёра, художника по спектаклю, актёра. Когда все довольны, вот это «совпадение» самое классное. Радует когда вношу свой нюанс в актёрскую игру, когда слышу: «Под эту прическу я буду играть иначе».

Значит, и вам тоже аплодирует зритель…

Никогда об этом не задумывалась. Я всегда себя считала частью начального процесса, образа… Но, наверное, в конечном результате есть и моя лепта.


Другие статьи из этого раздела
  • Юрий Клавдиев. Фрагменты

    Юрий Клавдиев — российский драматург, работающий в направлении «новая драма». Наряду с такими драматургами как Максим Курочкин, братья Пресняковы, братья Дурненковы, Наталия Ворожбит он является одним из самых интересных современных авторов. Должно пройти время, чтобы оглянуться назад и с хирургическим беспристрастием аналитика дать оценку «новой драмы» как культурному феномену, но уже сейчас следует приобретать бесценный опыт общения с его представителями. Читая пьесы Клавдиева, соприкасаешься с жестким и некрасивым Урбаном.
  • Баса Джаникашвили. О грузинском театре

    Театральная Грузия сегодня чрезвычайно зависима от зрителя. Предлагая прямолинейные и пошлые постановки, отмеченные вульгарным юмором «ниже пояса», режиссеры утверждают, что их основной задачей является — вернуть зрителя в театр.
  • Лабораторным способом: Серия Современная драматургия

    В Украине тоже пишут современные пьесы, но слишком мало и неинтересно — с проекцией «на века», что губительно и наивно. И все же в последнее время появился некий свет в конце туннеля. Влад Троицкий, создав мощный фестиваль ГогольFest, потенциально объединяющий все лучшее в театре, резонно пытается подверстать под него театральный авангад. Вместе с российскими идеологами «новой драмы» под маркой ГогольFest’а он организовал Лабораторию современной драматургии (ЛСД).
  • Влад Троицкий. Комплексный подход

    В Украине почти никто не занимается современной драматургией, в частности и русской «новой драмой». Есть что-то в Харькове, но этого мало для всей страны. Сейчас опыты в этом направлении проводит Русская драма. Гете-институт регулярно проводит читки современной немецкой драматургии. Но современная драматургия должна быть такой, чтобы о ней говорили, если это не так — значит, ее нет
  • «Тиждень актуальної п’єси» запрошує до участі у фестивалі акторів, режисерів, волонтерів

    З 22 по 30-е жовтня в київських театрах пройде другий драматургічний фестиваль «Тиждень актуальної п’єси». Мета фестивалю стимулювання та розвиток сучасної української драматургії, пошук нових авторів та текстів для нашого театру. Також в цілі проекту входить зорганізувати ознайомлення потенційних постановників, режисерів, художніх керівників, директорів театрів та глядачів з драматичними текстами, які існують на сьогодні у вітчизняному просторі

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?