Лютый/Февраль’ 2014: диалог состоялся

Короткий огляд VI локального театрального фестивалю

 

Текст: Анастасия Головненко, Марія Костюк

Фото: Slava Mayrain, Эльвина Рзаева, Екатерины Пономаренко

 

6 локальный фестиваль «Лютый/Февраль» был открыт трациционно – в день смерти известного реформатора театра, Всеволода Эмилевича Мейерхольда. В этом году основным направлением фестиваля была Украинская Новая Драма – всеукраинское сообщество драматургов и режиссеров. К открытию, 2 февраля, показали спектакль «Кома» Андрея Мая, в последний раз перед показом его на фестивале «Золотая маска» в Москве. Так же традиционно, в день рождения Мейерхольда состоялся праздничный перформанс, с чтением знаковой для него пьесы «Три сестры» Антона Павловича Чехова и распиванием любимого вина Всеволода Эмилевича – известного немецкого рислинга.

Пожалуй, самыми характерными для фестиваля, стали пьесы херсонских драматургов, Натальи Блок и Евгения Марковского. «Опарыши» – пьеса, читкой которой начался второй день фестиваля, задала ему особого темпа и смысла. Новая драма Натальи Блок откровенно говорит о маргинальном обществе, как одной из составляющих современного контекста. Герои пьесы – то ли среднестатистические, то ли совершенно особенные: говоря о полиамурности и карме, они и не подозревают о так называемой «нормальной» жизни. Вращаясь в ограниченном коллективе, «опарыши» живут по своим правилам и таким же ограниченным «законам». Пьеса напоминает лонг-листы киевского фестиваля «Тыждень актуальной пьесы» и вполне может быть прочитана (поставлена) на современной театральной сцене. Финал же ее, наоборот, нам показался, несколько не характерным для Новой Украинской Драмы, впрочем, при соответствующем режиссерском решении финал пьесы в канве спектакля он сможет читаться иначе.

Пєса Євгена Марковскього, яка в програмному листі фестивалю зазначається як «Текст, назву якого озвучить сам автор» не могла не отримати резонансу під час обговорення. Компанію зовсім різних людей поєднує любов до свята та маріхуани, яку вони дбайливо вирощують на острові у дельті Дніпра під Херсоном. Події довкола героїв змикаються у коло, проте замість відчаю триває свято. Не важливо, чим доведеться за нього платити… Читку розділили на дві частини. Після першої дискусія в основному зосередилась на доцільності використання ненормативної лексики в театрі. Друга частина п’єси навпроти – змінила вектор сприйняття. Глибина «драми низів» полягає в принциповій легкості та жартівливому сприйнятті життя. Дискусія виходить на рівень осмислення життя людей, які здається застрягли в болоті боргів, алкоголю, наркотиків, непорядності та безладних сексуальних зв’язків дивним чином життєстверджуюче борються і виживають переживаючи не за свою шкуру, а за становище іншого.

Особенностью 6-го фестиваля стала высокая степень актуальности выбранной драматургии. За несколько дней были прочитанны две пьесы про события Евромайдана, написанных киевскими драматургами Украинской Новой Драмы. Пьесы совершенно разные, но обе построенны на документальных материалах-интервью участников и очевидцев происходщего в центре Киева.

Читка п’єси Наталії Ворожбит «Щоденники Майдану» також вперше відбулася в рамках фестивалю «Лютый/Февраль». Головна площа Херсона, прикрашена величною статуєю товариша Леніна, в густому тумані досить цікаво відтіняла свідків подій Євромайдану та з сотню учасників місцевого мітингу-глядачів.

Вербатім, написаний на основі рецепцій десятків учасників проекту є досить складною для сприйняття текстовою структурою. Це відчувалося й під час читки. Неформальне місце оприлюднення частини матеріалу хоча й розмивало у певному сенсі рамки між «майданом» і «щоденниками майдану», усе ж глядач постійно перебував напруженим, сприймаючи п’єсу подібно до випуску новин. Емоції збільшуються відповідно до розгорнення основних подій в центрі столиці, і їх віддзеркалення – у «Щоденниках».

За структурою матеріал дійсно нагадуює епістолярні записи, які не мають на меті фіксування лише інформації, новин про майдан і з майдану. Навпроти, текст побудовано на основі суб’єктивних переживань, які з майданом не завжди мають спільне. Однак розповідаючи «про своє», герої п’єси так чи інакше трансформують свою свідомість та розкриваються по новому саме завдяки пережитому на майдані або під час відомих подій.

Читка пьесы «Синий Бус» Дмитрия Левицкого состоялась в достаточно камерной атмосфере. Всего два актера (Елена Роман и Алексей Доричевский) прочли пьесу, сразу же обратив ее в минималистический самодостаточный спектакль. Текст Дмитрия Левицкого, составленный из эмоциональных «впрысков» фактажа, автор преподносит в качестве изображения совершенно реальных переживаний и реплик людей-персонажей пьесы. Пьеса построена на волновом усилении эмоционального напряжения внутри самих цитат, принадлежащих представителям населения Украины разных социальных классов, среди опрошенных: студент, журналист, бизнесмен, поэт, безработная. Всего восемь людей создают значительный исторический потенциал пьесы, что делает ее актуальной не только в художественном, но и в историческом смысле. Сейчас пьеса уже переведена на английский язык.

По словам автора, сегодня в Украине существует два совершенно разных медиа-пространства, и пьеса призвана показать точку зрения «живых» участников евромайдана. Возможно, благодаря «Синему Бусу», предполагает автор, диалог между этими медиа-сферами все-таки состоится.

Вистава «Хазяїн кав'ярні» (постановка центру «Текст», режисер Андрій Май) побудована у формі розмови. Актор (Олексій Дорічевський) веде єдиний монолог про щирість та самореалізацію, нормальність та аномальність. Драматург перетворює глядача в слухача, немов впускаючи в свою голову, за куліси драматургічного сприйняття реальності. П. Пряжко, ніби розкриває перед глядачем свій усний щоденник, себе того, з 2010 року. Розповідає свою історію роздумів, без виправлень та спланованої структури. Він просто говорить.

Зрозуміло чому Павло Пряжко приходить до, що «нормальна», тобто справжня людина мовчить. «Вона з’являється на мить, освітлює собою простір та звертає дискурс».

Проте, найцікавіше в цьому показі вистави – усе ж, обговорення. Херсонці неоднозначно поставились до того, що побачили. Хтось настільки повірив високопрофесійній грі актора, що сприйняв це як своєрідний постмодерністський розіграш, як експромт. Дехто навіть виходив під час вистави, щоб «прогулятися», але повертався досиджувати, бо заплатив гроші. Інших не здивувала спланована «експромтність», але все ж обурила форма вистави.

В рамках фестиваля также состоялся класс-акт Киры Малининой «Для юных и взрослых драматургов». Хочется отметить его универсальность и интерактивность. В рамках этого мастер-класса, построенного подобно школьному занятию, в совершенно доступной и игровой форме участники написали свою пьесу и даже в некотором смысле, достаточно поверхностно, но попробовали ее анализировать. В целом, на первый взгляд, упрощенный до детского восприятия, мастер-класс был построен педагогически и драматургически целостно и полезно, для обеих сторон: Киры Малининой и участников. В любом случае, доступность этого мероприятия и есть его основной ценностью, потому как в числе ее участников большинство составляли не «профессиональные» драматурги, а практически случайные зрители и посетители фестиваля.

Именно на посетителях, как основном атмосферном элементе фестиваля нам также хотелось бы остановиться более подробно. «Лютый/Февраль» один из немногочисленных в Украине театральных фестивалей, посвященных современной драматургии и отчасти, режиссуре. Именно поэтому, сразу в прямое сравнение приходят такие фестивали как «Неделя актуальной пьесы» и «Драма.ЮА». Казалось бы, отличительной чертой «Лютого» от вышеперечисленных является ориентирование на локальность драмы, так как остальные фестивали, все-таки, международные. Между тем, наиболее ценным как показалось, на фестивале является именно херсонский колорит и незаурядный зритель. Без всякого сарказма хочется отметить последнего: в смысле большей открытости и самоотдачи, по сравнению с более пресыщенным киевским или львовским театралом. Не беря во внимание некоторые внештатные ситуации, мы хотим обратить свет на более открытую к обсуждению спектакля публику и критику. Возможно, именно благодаря этому фактору, диалог между совершенно разными медиасферами (киевской и херсонской, например), все-таки состоялся.


Другие статьи из этого раздела
  • Обрано тексти до читань на  «Тиждень актуальної п’єси»

    Драматургічний фестиваль «Тиждень актуальної п’єси» завершив відбірковий етап. П’єси українських драматургів приймалися з п’ятнадцятого липня до першого жовтня 2011-го року. На адресу фестивалю ukrainplay@gmail.com надійшло 147 оригінальних текстів українською та російською мовами. Фестиваль висловлює подяку авторам за те що надіслали свої тексти і підтвердили свою участь у проекті. Всі відібрані п’єси будуть викладені в рубриці УкрДрама журналу про театр в інтернеті Teatre.com.ua по завершенню фестивалю.
  • Александр Друганов: Художник сцены.Часть 1

    Александр Друганов — светлый и притягательный человек. Его тембр голоса и неспешные интонации влекут вглубь его иссиня-светящихся глаз. И пока мы с фотографом аккуратно располагаемся в его мастерской, где законченные полотна соседствуют с только начатыми картинами, и свободно лежит десяток одинаковых очков, Александр неспешно рассказывает о временах, когда фотографии приходилось проявлять вручную
  • Голос суфлера

    До появи професії режисера та репертуарного театру, вистави могли ставити днів за десять, актори легко вдавалися до таких авантюр, покладаючись на приховану в спеціальній будці на сцені людину, яка у будь-який момент могла підказати текст чи дію. Зрештою, в усьому театрі була лише одна особа, яка знала всі тексти «на зубок» і не мала права на помилку,  — це суфлер
  • Максим Курочкин: «Неочевидные возможности драматургии»

    Мне повезло увлечься драматургией, когда доминировало мнение: «современной драматургии нет». Пьесы писали отборные безумцы, которые не могли без этого. А сейчас видим расцвет и огромное количество новых интересных авторов. Уже никто, даже самый неадекватный критик не сможет сказать, что современной драматургии нет. Но безумцев стало меньше, как ни странно, тоскую по ним

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?