Мастерство на подушечках пальцев*15 апреля 2008

беседовал Сергей Васильев

Андрей Жолдак, потеряв три года назад пост руководителя Харьковского театра имени Тараса Шевченко, по сути, превратился в режиссера-гастролера. За последний год он поставил «Жизнь с идиотом» в Сибиу (спектакль номинирован на высшую театральную награду Румынии в категориях «Лучшая постановка года» и «Лучшая режиссура») и «Кармен. Исход» в Москве, готовит для Берлинского фестиваля «Сексус» Генри Миллера, собирается репетировать в захаровском «Ленкоме»«Андромаху». Его спектакли приглашают на престижные фестивали, он номинирован на премию «Театр Европы», второй год подряд включается в список тысячи самых влиятельных личностей (ха-ха!) России. Но самый известный в мире украинский режиссер мечтает ставить дома.

А. Ж.: Естественно, я хочу ставить и в Киеве. Хотя бы раз в год, раз в два года. Это ненормально, что с 2000 года, после «Идиота» в Театре на Подоле, я здесь не работал. А в Украине последний мой проект был в 2005-м — «Ромео и Джульетта». Конечно, Украину трясет, как какой-то агрегат, а политическая нестабильность, что бы там ни говорили, искусству не способствует. Сравни Россию сегодня и пять лет назад. Сегодня в Москве много вменяемых людей, дающих деньги на кино, на театр, на современную живопись. На этом фоне мы выглядим просто безобразно. Ну, ладно, были бы мы совсем маленькая страна, как Болгария. Но мы страна с такими огромными ресурсами и территориями — и так мелко мыслящая. Такое впечатление, что здесь работает только одна половина полушария мозга, которая связана с функциями глотания, поедания, жевания, захвата, а часть мозга, которая отвечает за утонченность, в Украине атрофирована. И об этом надо говорить, спокойно объясняя, что таланты не часто рождаются, поэтому, если талант появляется, надо стараться его как-то поддерживать. Я не хочу повторяться со своей занудной мелодией, но мне кажется, что страну узнают и отличают по ее культурному продукту. Фильм, спектакль, книга, фестиваль — это конкретная, зримая, осязаемая вещь. Сравнивая Киев с другими столицами, где я работаю или просто бываю, могу констатировать, что наша проблема состоит именно в отсутствии качественного и, что важно, своеобычного продукта.

С. В.: В Харькове тебе удалось создать такие спектакли.

А.Ж. Да, это был для меня божественный период. Я овладел там такими формальными задачами, столько постиг в сути взаимоотношений сценического времени и пространства, человека-марионетки и актера, что сегодня у меня мастерство как бы сконцентрировано в подушечках пальцев. После Харькова моя рука будто бы сама непринужденно рисует. Я могу самые простые вещи делать, как гамму играть. Мне кажется, что я могу сегодня взять хороших актеров, посадить их за стол, поставить перед ними бутылку вина, проделать дырочку для зрителей в четвертой стене — и пусть они наблюдают, как пьют вино и о чем-то беседуют грустные люди, как два писателя или философа. Разломили кусок хлеба, налили в стаканы вина — и пошли говорить. О мире, о себе, о женщине, о смысле жизни. В моей теории «Как убить плохого артиста» есть пункт, который называется «Эхо». Или records, «запись». Условно говоря, надо понять: все, что мы произносим или о чем думаем, где-то записывается. Наша жизнь у Бога на ладони. И если постоянно ощущаешь этот зонд, который в нас проникает, нас сканирует, снимает с нас информацию, влезая в самую нашу суть, то тогда, конечно, начинаешь и существовать как-то по-другому. Я сегодня очень оптимистически настроен. Нет внутренних угрызений и обид. У меня много идей. И я очень хочу работать. Буду ли ставить в Киеве? Скрестим пальцы, чтобы не сглазить, но, кажется, это может случиться. Ко «Дням немецкой культуры в Украине» мне заказали постановку «Войцека». Художник, композитор, литературный редактор — из Германии. Актеры — наши. Премьера — в октябре. В одном из павильонов киностудии имени Довженко. Ну, тут уж я, конечно, оторвусь.

*Впервые опубликовано в журнале культурного сопротивления «ШО» № 4 (30), март 2008


Другие статьи из этого раздела
  • Наталья Ворожбит

    Наталья Ворожбит — украинский драматург. В 1995–2000-х гг. училась в Литературном институте в Москве, с 2004-го живет в Киеве. В сентябре этого года ожидается премьера постановки по ее пьесе «Зернохранилище» (о голодоморе) на сцене Королевского Шекспировского театра в Лондоне в рамках программы «Русские сезоны в Шекспировском королевском». В Украине с ее творчеством почти не знакомы.
  • На пам’ять про Олександра Абдулова

    3 січня о 7:20 ранку в Центрі серцево-судинної хірургії імені Бакулєва помер народний артист Росії Олександр Абдулов Абдулову було 54. Потрапивши в лікарню в серпні 2007 року з загостренням виразки шлунку, актор після операції поїхав в Ізраїль на консультацію. Медики знайшли у нього рак легень четвертої стадії. Хвороба вразила й інші внутрішні органи: печінку, підшлункову залозу, нирки. Четверта стадія раку вважається невиліковною, але існують новітні засоби, завдяки яким роками можна стримувати хворобу, а то й дати їй відсіч. Відома, наприклад, неймовірна перемога над раком латино-американського письменника Гарсіа Маркеса.
  • Алла Рыбикова: «Важен театральный процесс. А он — идет»

    «Волнуют немецких авторов преимущественно социальные темы, много жестокости. Весь „ШАГ 3“ посвящен теме насилия и терроризма, тому, что очень тревожит немцев. В Германии, как и во Франции, остро стоит проблема второго этноса. Другая, не менее важная для немцев тема, это — неонацизм.»
  • Любимовка — значит год прошел не зря

    Есть такие тексты, которые не производят революций, не тянут на манифест. Еще много всяческих «не». Их нужно просто брать и ставить.
  • Эдуард Митницкий: «…строить из последних сил, из последних надежд, из последней мечты»

    Эдуард Митницкий — не часть эпохи, а сама эпоха — советского и украинского театра. Он работает в театре более полувека, поставил огромное число спектаклей-событий в Киеве и за рубежом, был свидетелем легендарных спектаклей Товстоногова, Эфроса, Ефремова, Любимова. Он создал один из лучших театров Киева — Театр на левом берегу Днепра, художественным руководителем которого является сегодня. Последняя премьера Эдуарда Митницкого «Три сестры» вызвала много споров в театральной среде, став при этом ярким событием года.

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?