Мастерство на подушечках пальцев*15 апреля 2008

беседовал Сергей Васильев

Андрей Жолдак, потеряв три года назад пост руководителя Харьковского театра имени Тараса Шевченко, по сути, превратился в режиссера-гастролера. За последний год он поставил «Жизнь с идиотом» в Сибиу (спектакль номинирован на высшую театральную награду Румынии в категориях «Лучшая постановка года» и «Лучшая режиссура») и «Кармен. Исход» в Москве, готовит для Берлинского фестиваля «Сексус» Генри Миллера, собирается репетировать в захаровском «Ленкоме»«Андромаху». Его спектакли приглашают на престижные фестивали, он номинирован на премию «Театр Европы», второй год подряд включается в список тысячи самых влиятельных личностей (ха-ха!) России. Но самый известный в мире украинский режиссер мечтает ставить дома.

А. Ж.: Естественно, я хочу ставить и в Киеве. Хотя бы раз в год, раз в два года. Это ненормально, что с 2000 года, после «Идиота» в Театре на Подоле, я здесь не работал. А в Украине последний мой проект был в 2005-м — «Ромео и Джульетта». Конечно, Украину трясет, как какой-то агрегат, а политическая нестабильность, что бы там ни говорили, искусству не способствует. Сравни Россию сегодня и пять лет назад. Сегодня в Москве много вменяемых людей, дающих деньги на кино, на театр, на современную живопись. На этом фоне мы выглядим просто безобразно. Ну, ладно, были бы мы совсем маленькая страна, как Болгария. Но мы страна с такими огромными ресурсами и территориями — и так мелко мыслящая. Такое впечатление, что здесь работает только одна половина полушария мозга, которая связана с функциями глотания, поедания, жевания, захвата, а часть мозга, которая отвечает за утонченность, в Украине атрофирована. И об этом надо говорить, спокойно объясняя, что таланты не часто рождаются, поэтому, если талант появляется, надо стараться его как-то поддерживать. Я не хочу повторяться со своей занудной мелодией, но мне кажется, что страну узнают и отличают по ее культурному продукту. Фильм, спектакль, книга, фестиваль — это конкретная, зримая, осязаемая вещь. Сравнивая Киев с другими столицами, где я работаю или просто бываю, могу констатировать, что наша проблема состоит именно в отсутствии качественного и, что важно, своеобычного продукта.

С. В.: В Харькове тебе удалось создать такие спектакли.

А.Ж. Да, это был для меня божественный период. Я овладел там такими формальными задачами, столько постиг в сути взаимоотношений сценического времени и пространства, человека-марионетки и актера, что сегодня у меня мастерство как бы сконцентрировано в подушечках пальцев. После Харькова моя рука будто бы сама непринужденно рисует. Я могу самые простые вещи делать, как гамму играть. Мне кажется, что я могу сегодня взять хороших актеров, посадить их за стол, поставить перед ними бутылку вина, проделать дырочку для зрителей в четвертой стене — и пусть они наблюдают, как пьют вино и о чем-то беседуют грустные люди, как два писателя или философа. Разломили кусок хлеба, налили в стаканы вина — и пошли говорить. О мире, о себе, о женщине, о смысле жизни. В моей теории «Как убить плохого артиста» есть пункт, который называется «Эхо». Или records, «запись». Условно говоря, надо понять: все, что мы произносим или о чем думаем, где-то записывается. Наша жизнь у Бога на ладони. И если постоянно ощущаешь этот зонд, который в нас проникает, нас сканирует, снимает с нас информацию, влезая в самую нашу суть, то тогда, конечно, начинаешь и существовать как-то по-другому. Я сегодня очень оптимистически настроен. Нет внутренних угрызений и обид. У меня много идей. И я очень хочу работать. Буду ли ставить в Киеве? Скрестим пальцы, чтобы не сглазить, но, кажется, это может случиться. Ко «Дням немецкой культуры в Украине» мне заказали постановку «Войцека». Художник, композитор, литературный редактор — из Германии. Актеры — наши. Премьера — в октябре. В одном из павильонов киностудии имени Довженко. Ну, тут уж я, конечно, оторвусь.

*Впервые опубликовано в журнале культурного сопротивления «ШО» № 4 (30), март 2008


Другие статьи из этого раздела
  • Ольга Лукьяненко: «Я — режиссер своей роли!»

    Понимание того, что я — актриса, пришло ко мне только на первом курсе университета. Именно тогда я поняла, что хочу посвятить актерской профессии свою жизнь. А в детстве я просто переиграла всех девчонок из фильма «А зори здесь тихие
  • Антон Адасинский о философии жизни DEREVO

    Артисты этого театра придерживаются жесткого распорядка дня, соблюдают диеты, проводят все свое время в тренировках, чаще всего, молчат, а когда говорят — делают это с помощью танца. Театр DEREVO — уникальный коллектив, обращенный к так называемому физическому театру, театру тела. В основе техники DEREVOяпонский танец буто («танец темноты», его основатель Татцуми Хиджиката), а также пантомима, клоунада, фламенко, балет и другие техники танца. Зная множество языков движения, DEREVOговорит на своем.
  • Театр соціального дослідження і терапії

    Театрознавчо-історичний нарис про соціальний театр та інші угруповання сучасного Києва
  • «Тиждень актуальної п’єси» запрошує до участі у фестивалі акторів, режисерів, волонтерів

    З 22 по 30-е жовтня в київських театрах пройде другий драматургічний фестиваль «Тиждень актуальної п’єси». Мета фестивалю стимулювання та розвиток сучасної української драматургії, пошук нових авторів та текстів для нашого театру. Також в цілі проекту входить зорганізувати ознайомлення потенційних постановників, режисерів, художніх керівників, директорів театрів та глядачів з драматичними текстами, які існують на сьогодні у вітчизняному просторі

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?