Фантасмагории чешского театра03 октября 2011

Текст Марыси Никитюк

Фото Цитобор Бачраты

Постановка: «Вайсенштайн»

Чешский Театр Комедии Праги

Режиссер: Давид Яраб

Автор: Иоганнес Урцидиль

Показан на фестивале «Театральная Нитра» 24 сентября 2011 года

Пражская литературная школа наиболее известна в мире мрачной мистикой Франца Кафки, а также магической готикой Густафа Майринка. Одним из представителей этой условной группы был и чешский немец Иоганнес Урцидиль, менее известный русскоязычному читателю. Широкая популярность к Урцидилю как к поэту и новеллисту, автору коротких рассказов пришла в 1950-м году.

Чехи, хорошо прочувствовав природу своего литературного наследия, а также мистический дух Праги, воплощают его в театре, основные черты которого: интеллектуальность, фантасмагория, примат темного сюрреалистического начала.

«Вайсенштайн» — это рассказ о неудачнике, о маленьком человеке, который оправдывает свою нерешительность и страх ничтожностью других. Представление Театра Комедии Праги «Вайсенштайн», созданное в кафкианском духе, ярко демонстрирует современную чешскую театральную школу. Это соединение минималистического звукового ряда с роскошной игрой актеров и оптическими иллюзиями декораций, фактура которых оформляла появление героев из ниоткуда и поддерживала их исчезновение — в никуда.

В начале постановки тон задает мелкое царапание ногтем по ткани. Узор обоев на стене мелкий-мелкий, свет мрачный, с боку стоит пианино, а подле него — женщина в черной вуали поет прекрасным вокалом, а потом вдруг нашептывает тихим сумасшедшим голоском. Три актера, играющие сознание Карла Вайсенштайна, одеты в одинаковые серые костюмы, и у них огромные лысеющие головы. Кроме них в истории принимают участие две испуганные и странные женщины — проститутка, которая повесится на галстуке, и девушка из добропорядочной семьи в белом платье, осторожно блуждающая по сцене. Во всем — атмосфера страха и надзора, крупно обрисовывающая внутреннюю несостоятельность героя.

Вайсенштайны разговаривают о женщинах, о своей жизни, сами с собой спорят. У них не получается выбрать между любовницей-проституткой и девушкой из добропорядочной семьи, хотя правда и вопрос-то не стоит четко, а есть ли выбор? Поэтому сначала проститутка вешается на его галстуке, подаренном другой. А затем и «соперница», которую он вел на аборт, бросается под машину. А Вайсенштайн бежит от всего на поезде — в «свое никуда». Безысходность, замкнутость жизни, помещенная в колбу пражского алхимика, обрывается тем, что третья женщина в спектакле, певица, выходит из своего угла и укладывается мертвой к уже лежащим двум.

Смерть здесь тихая, безмолвная, безропотная. Смерть, жизнь, безумие — все меркнет в маленьком мире. Маленькая смерть маленьких людей. Были люди? А люди ли? Были или нет?


Другие статьи из этого раздела
  • Театр і революція. творчість познанських «вісімок»

    У Польщі Театр Восьмого Дня вже став класичним, пройшовши довгий шлях від студентського театру поезії до театру європейського рівня. «Вісімки» спробували вдосталь різноманітних технік та напрямків (включно із методою містеріального театру Гротовського) до того, як зрозуміли, що саме вони прагнуть доносити людям. Цей театр можна назвати послідовником театру Ервіна Піскатора та в дечому навіть Мейєрхольда.
  • Містична Ірен та духи

    У квітні в Центрі Леся Курбаса відбувся показ постановки Харківського національного театру «Ірен та духи» за мотивами п’єси Н.Коляди «Америка Росії подарувала пароплав» у режисурі О.Ковшуна
  • А Міллер-то закоханий!

    Своєрідна рецензія на виставу Андрія Білоуса «Підступність і кохання»
  • «Жінка з минулого»

    Одна з тих вистав київської «Вільної сцени», через яку сповнюєшся глибокою симпатією до театру. Це історія, що спершу маскується під любовну драму, а потім обертається на моторошну казочку в стилі «Кумедних ігор» Ханеке.

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?