Французы в Киеве: наши подозрения оправдались20 февраля 2010

Текст Марыси Никитюк

Фото Андрея Коротича

Молодой театр — Премьера — 12 февраля

Досье на режиссера:

Кристоф Фетрие — французский режиссер, работающий преимущественно с текстами абсурдистов. Продюсировал гастроли Анатолия Васильева в Париже в 2005–2007 годах, преподавал в центральной театральной школе Пекина, ставил всевозможные постановки с древними текстами и текстами модернистов в Таджикистане, Казахстане, много работал в России.

В Молодом театре совместно с Французским культурным центром осуществили довольно большой международный проект. А именно — поставили текст современного французского автора Реми де Воса в режиссуре Кристофа Фетрие. Будто бы солидное событие в театральном мире столицы, надо бы радоваться, но не тут-то было. К сожалению, в Киев редко когда удается заманить птицу высокого полета, и, если иностранцы что-то у нас в театре и делают, то это, как правило, вызывает подозрение. И оно, как правило, оправдывается.

Пресс-конференция в Молодом театре по случаю тотально французской премьеры. Матье Ардэн — директор французского культурного центра, Анн Дюрюфлэ — советник по вопросам культуры и сотрудничества Посольства Франции в Украине и Кристоф Фетрие режиссер спектакля Пресс-конференция в Молодом театре по случаю тотально французской премьеры. Матье Ардэн — директор французского культурного центра, Анн Дюрюфлэ — советник по вопросам культуры и сотрудничества Посольства Франции в Украине и Кристоф Фетрие режиссер спектакля

В случае с премьерой «Пока мама не пришла» — в оригинале пьеса называется «Пока смерть не разлучит нас» — подозрения начались с самой пьесы. Почему-то режиссер Кристоф Фетрие, будучи влюбленным в тексты известного французского драматурга Валера Новарина, решил поставить в Киеве сомнительную черную комедию Реми де Воса. Это очень популярный во Франции автор, но современная французская пьеса на фоне социальной европейской драмы весьма специфична: ничего социального, ничего общественно конфликтного, ничего острого. Доминирующий контекст французской драмы — помесь метафизического и сексуального, однообразие конфликта «мужчина-женщина» делает ее малоинтересной.

Реми де Вос, французский драматург, автор пьесы «Пока смерть не разлучит нас», вмести с театральным медведем Нафаней Реми де Вос, французский драматург, автор пьесы «Пока смерть не разлучит нас», вмести с театральным медведем Нафаней

Основная идея пьесы «Пока смерть не разлучит нас» современна и актуальна, но она теряется в бессодержательных и повторяемых псевдоабсурдистских разговорах ни о чем, и это в самом буквальном смысле: добрая половина текста пьесы — это служебные части речи и бесконечные повторы реплик друг друга. По сюжету перед нами вполне обыденные персонажи — мать, сын и его бывшая девушка, — но почему-то они разговаривают ионесковским стилем и так, будто подражают героям «В ожидании Годо». На всю пьесу — одно событие: разбили урну с прахом покойной бабушки, и все действие это пытаются скрыть от матери, которая знает все с самого начала, но хочет посмотреть, к чему это все приведет двух взрослых вралей. Они же не очень изобретательно, по вине автора, врут, и вранье их не слишком захватывает зрителей. Да и интрига столь очевидна, что и ребенку ясно: прах бабушки в сумке.

Римма Зюбина в роли Анны и Кирилл Бин — Симон. В руках у Зюбиной заветная урна с прахом Римма Зюбина в роли Анны и Кирилл Бин — Симон. В руках у Зюбиной заветная урна с прахом

Самое ценное в этой пьесе — это безжалостная констатация того факта, что мужчина и женщина живут, покорно исполняя свои роли. Цикличность жизни разворачивается в проекцию безысходности, напоминая дом без окон, бесконечное повторение участи первозданных Адама и Евы. Соотношение любви и законов, которым подчиняется наше тело, — вот центральный вопрос постановки. Современный человек разучился слышать и понимать свою природу. Мы все, подобно отстраненным персонажам Кирилла Бина и Риммы Зюбиной, не знаем ответов на ключевые вопросы. Возможно, окончательный жизненный выбор — это смерть миллиона других выборов, а любовь и смерть — суть одно и тоже. Но найти этот смысловой «изюм» возможно только при условии умелого абстрагирования от того, что собственно происходит на сцене. Бессодержательность и однообразие диалогов, наивность и непродуманность интриги, примитивность сюжетных поворотов, — все это перечеркнуло те смысловые «сливки», которые можно было бы извлечь из общего идейного замысла.

Кирилл Бин время от времени «отстранялся» для того чтобы поговорить с мобильным телефоном Кирилл Бин время от времени «отстранялся» для того чтобы поговорить с мобильным телефоном

Виктория Авдиенко в роли матери Симона Виктория Авдиенко в роли матери Симона


Другие статьи из этого раздела
  • Мовою Ритму

    З 22 по 25 квітня в Києві в Жовтневому палаці зіграє свою останню шоу-програму легендарний театралізований шум-ритм колектив STOMP, вистави якого багато років не сходять зі сцен Лондонських театрів, а шоу занесені до списку must see столиці Англії. «Я скажу так, що навіть середньостатистичний українець може вступити до лав STOMP, якщо у нього правильно „здвинуте“ мислення, якщо він по своєму характеру STOMP-івець»
  • «Эдип»: печальная стая

    Работать с таким материалом, как древнегреческая трагедия, чрезвычайно сложно в современных условиях: пафос высокой трагедии напоминает о былом величии греческого театра, но имеет мало общего со зрителем двадцать первого века, диссонируя с ним, и оставляя его по большому счету равнодушным. Владу Троицкому удалось сделать из практически неодушевленного для современности материала шепчущую драму живой боли
  • Китч — очаровательный и беспощадный

    Гастроли Алексея Коломийцева в «Диком театре»
  • Про що говорять і про що мовчать вагіни

    «Монологи вагіни» Джуліано ді Капуа в концерт-холі «Фрідом» виявилися вишуканою пікантною виставою — в міру комічною, в міру повчальною і в міру сумною. Абсолютно в міру спонукали вони замислитися глядачів над тим, що жінку було би непогано принаймні намагатися розуміти (це не архіскладно), і що насильство над жінками з боку чоловіків калічить не одну конкретну людину, а цілі світи
  • Світлий театр. Київ-Львів

    Львівський театр ім. Леся Курбаса традиційно приїхав святкувати до Києва свій ювілей, 20-ліття. Це унікальний театр-пошук, театр як сакралізована територія, що стоїть на перетині систем Анатолія Васильєва та Єжи Гротовського, ігрового театру, імпровізації, та ритуалу. Історія театру, відбір матеріалу для постановок, актори, атмосфера — все говорить за те, що театр імені Леся Курбаса — світлий і здоровий організм.

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?