«Лісова пісня»: новая драма в классическом сюжете07 июня 2012

Текст Марыси Никитюк

Фото Евгения Рахно



26 мая на малой сцене «Дворца Украины» львовский театр им. Л. Курбаса
Показал спектакль Андрея Приходько по мотивам «Лісової пісні» Леси Украинки



Львовский театр им. Леся Курбаса сегодня является одним из самых сильных театров Украины, его коллектив продемонстрировал в Киеве — талант, органику, остроту. Весенние мини-гастроли театра в Киеве состояли из спектакля «Амнезия, или маленькие супружеские преступления» по пьесе французского драматурга Э. Шмитта и авангардной постановки «Лісової пісні» Леси Украинки.

Особого внимания заслуживает, несомненно, работа Андрея Приходько с классическим материалом «Лісової пісні». Режиссер легко доказал, что в умелых руках отечественная классика имеет огромное очарование, достаточно обратить ее к современной эстетике и к интеллектуальным актерам.

Постановка была создана к 140-летию со дня рождения поэтессы при поддержке фонда «І3». Три части спектакля названы тремя «Колядами»: «Свято», «Клопоты» и «Смерть». Все три части насыщены украинскими народными песнями коллективов «Божичи», «Кросна», «Дерево» в стильной обработке Марьяны Садовской и в исполнении актеров театра. Живой, современный, свободный этнический колорит песни и танца прекрасно дополнялся актерскими импровизациями и интерактивом.

Начало спектакля — театральное рождественское представление — «Вождение козы». Зрители сидят с четырех сторон вокруг сцены, актеры играют и поют в кругу сцены и между рядами, создавая мистический флер живого леса. В козьих шубах, в шапках, в больших длинных угловатых масках появляются на сцене, словно древние языческие боги, собравшиеся погулять на христианском святе, артисты…

Рождественский обряд «Вождение козы»: Хозяин и его Коза Рождественский обряд «Вождение козы»: Хозяин и его Коза

Курбасовцы в этой интермедии представили не только свой мощный комедийный потенциал, исходящий из подлинной органики народных гуляний, но и продемонстрировали смелую работу со зрителем. Актер Олег Цена веселыми шутками-прибаутками вытягивает зрителей с зала петь песни и водить хоровод вокруг козы. Он исполняет в спектакле эпизодические роли и роль Лесовика, но внимание приковывается к его персонажам мгновенно, его дар общения с аудиторией — неповторим и органичен.

Курбасовцы пытаются вмести со зрителем спасти Козу Курбасовцы пытаются вмести со зрителем спасти Козу

Идеологически в своей постановке Андрей Приходько говорит об утрате национальной идентичности. Он противопоставляет былую духовную целостность украинского народа, живущего некогда в гармонии с природой, разложившемуся урбанистическому обществу современной Украины. Настоящая жизнь — это голос сердца. Голоса сопилки молодого мальчика Лукаша (его в первой части исполняет Ярослав Федорчук) достаточно, чтобы природа откликнулась на его песню. Но человеку мало вечно прекрасного, он в плену — стереотипов, навязанных целей, сиюминутной моды, рыночной пошлости. В последнем акте Приходько рисует портрет нации отбросов, потерявших язык, веру, любовь, идентичность, сломанной алкоголем, сигаретами, бранью, ненавистью, ложью.

Первая встреча молодого Лукаша в исполнении Ярослава Федорчука и Мавки — Оксаны Козакевич Первая встреча молодого Лукаша в исполнении Ярослава Федорчука и Мавки — Оксаны Козакевич

В последней части, где Лукаш живет со своей женой Кылыной, Приходько создает из пьесы Леси Украинки «новую драму». Лукаш — в натуралистичном исполнении Андрея Козака — спившийся мужик в фуфайке и сигаретой в зубах. Небритый и сальный, он, как загнанный зверь попал в капкан жизни, застрял между двух склочных женщин — матерью и женой. Классический текст изрядно переделан в русскую местами матерную речь и в суржик, но это, безусловно, оправданная и необходимая метаморфоза поэтической речи Леси Украинки, только так мы отчетливо видим, что случилось с той красивой, нежной Украиной прошлых времен.

Приходько делает то же, что и белорусский драматург Павел Пряжко, он раскрывает деградацию нации посредством драмы языка, показывает людей, вмещающих вселенные смысла в связку «шо, ша, а шо?», людей-зверей утративших возможность к коммуникации.

Открытием этого спектакля является актриса Оксана Козакевич, исполнившая роль Мавки. Белокурая, безгранично щедрая на эмоции, ее Мавка — девочка-зверек. Она как ребенок прыгает, забавляется, искренне смеется и радуется любви, солнцу, лесу. Козакевич светится изнутри детской радостью. И тем печальнее провожать ее в небытие, когда, бросившись последний раз с надеждой к любимому, она разбивается о холодную стену безразличия и умирает.

Пробуждение Мавки от зимнего сна Пробуждение Мавки от зимнего сна

Примечательно, что Андрей Приходько сдваивает образ Мавки и Кылыны, ее соперницы. Оксана Козакевич играет, и Мавку-белочку, и пролетарского духа Кылыну с серпом в руке и в мужских штанах. Возможно, если бы эта среда людей приняла бы Мавку к себе, она неизбежно поддалась ее губительному влиянию. А, может, Кылына — это и есть Мавка, которая, подняв руку на своих сестер, — полевых мавок — теряет свое сердце, и тогда приговор режиссера очень жесток: нет никакого спасения, невозможно обратиться к истокам, наши истоки — это мы и есть. А пришедшая к Лукашу в финале Мавка — это его предсмертная мечта и наша иллюзия, будто бы жизнь могла бы быть лучше без наших усилий.

Лукаш в первой части спектакля — Ярослав Федорчук Лукаш в первой части спектакля — Ярослав Федорчук

Дядько Лев — Олег Стефан Дядько Лев — Олег Стефан

Русалка — Тамара Горгишели Русалка — Тамара Горгишели

Лукаш и Мавка — непосредственные дети Лукаш и Мавка — непосредственные дети

Мавка пытается вырваться из объятий Перелесника — Андрей Водичев Мавка пытается вырваться из объятий Перелесника — Андрей Водичев


Другие статьи из этого раздела
  • Последнее пристанище европейцев

    В Европе Кристофа Марталера почитают как гения театрального дела и уверены, что его творческий почерк уникален и неподражаем. Его приглашают для постановок во многие театры Европы, а часть его спектаклей — специальные фестивальные проекты, где он всегда желанный гость. Его творчество уже не столько объект для оттачивания острот театральными критиками, сколько предмет серьезных исследований театроведов со всего мира, в частности: Джорджа Баню, Эрики Фишер-Лихте, Девида Рёснера, Ганса-Тиза Леманна — как проявления театра музыкального и театра постдраматического
  • «Спектакли всякие нужны, спектакли всякие важны»

    Без складних шокуючих постановок в театрі не буде висоти польоту, власне мистецтва. А без маскультних зрозумілих і смішних спектаклів в театрі не буде глядача. Дмитро Богомазов, як ніхто, вибалансовує між химерними важкими постановками і легкими масовими спектаклями.
  • Неистовая нежность Медеи

    Еще романтики в ХVIII веке в жабо да с пышными манжетами считали, что искусственность это не просто хорошо, а только так может быть красиво. Вот этот постулат, подхваченный позже Оскаром Уайльдом, и продемонстрировала 25 октября в театре «Сузір’я» изысканная и искусственная Лариса Парис в роле зловещей Медеи, создав ее совсем Инной. Тихо шепчущей, подлой и любящей с картинными жестами, нарочитыми движениями, инопланетной.
  • «Экспонаты»: Ничего лишнего

    Как послесловие ГогольFestа и в завершение проекта по созданию современной украинской драматургии ЛСД в ДАХе показали спектакль «Экспонаты» по пьесе Вячеслава Дурненкова. Эту совместную постановку Театра Док. и  «Центра драматургии, режиссуры Рощина и Казанцева» совершил молодой режиссер Алексей Жиряков. И сделал это, надо заметить, очень чисто, поставив современный текст без какой-либо претензии на режиссерское первенство в постановке.
  • ГогольFest 2010: особенности

    Вот уже несколько лет подряд киевский сентябрь был тождественен, прежде всего,  — ГогольFestу — яркому, едва ли не единственному стоящему культурному событию года. Осень. Киев. Гогольфест. Искусство. Радость. — Такова была ассоциативная цепочка. Но в этом году радость была омрачена: стало ясно, что Арсенал для фестиваля закрыт

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?