«Личное дело» Сезона13 ноября 2008

Собирала ─ Леда Тимофеева

В фокусе — личность

25 октября в Москве открылся IV Международный театральный фестиваль «Сезон Станиславского», скромно освещенный в столичной российской прессе, в отличие от «Территории», и лишенный поисков современного героя, коими увлекался фестиваль «Новая драма».

Еще в 1994 году была учреждена Международная премия Станиславского, вручающаяся творческим людям за значительный вклад в развитие театрального искусства и представителям делового мира за активную поддержку театра.

Определяя лауреатов, жюри (О.П. Табаков, М.А. Захаров, Л.В. Максакова, И.Н. Соловьева, Р.П. Должанский) ориентировалось на самобытность, смелость, новаторство в художественном высказывании и собственную линию в искусстве, придерживаясь основного критерия — честности.

Фестивальная рамка появилась несколько лет назад, позволив московскому зрителю познакомиться с самыми значимыми постановками, создающими мировой театральный контекст. Сегодняшняя программа отличается сюжетами, в центре которых — личность. Различными средствами театрального искусства создан этакий архив судеб, зафиксированный историей и временем. Сцена снова захотела увидеть героя и задокументировать факт наличия его в современном театре.

Заслуживает внимания

В программе фестиваля «Сезон Станиславского» 2008 года знаменитые спектакли Европы: «Замужество Марии Браун» Томаса Остермайера (Munchner Kammerspiele) по одноименному сценарию Вернера Фассбиндера, «Квартет: путешествие на север» Амира Реза Кухестани (Mehr Theatre Group) — история расследования жестоких убийств, живая классика ─ «Макбет» Эймунтаса Някрошюса (Meno Fortas). Также уже известные московским зрителям «Бесприданница» П. Фоменко («Мастерская Петра Фоменко»), «Берег утопии» А. Бородина (РАМТ), «Роберто Зукко» К. Гинкаса (МТЮЗ) и самарский театр «СамАрт» с постановками «PALIMPSESTON, или Одно вращение спектакля вокруг своей оси» Константина Богомолова и «Таланты и поклонники» Анатолия Праудина.

Среди лауреатов, значимые, по мнению жюри, имена: «Театральная педагогика» — Л.Е. Хейфец, «Театроведение и театральная критика» — В.М. Гаевский, «Строитель театра» — В.В. Фокин («За возрождение Александринского театра»), «Мастерство актера» — П. Агуреева, М. Игнатова, П. Семак. Лауреатом лучшего «Художественного оформления спектакля» стал А.Д. Боровский («За сценографические работы последних лет и решение пространства Студии театрального искусства»). «Событие театрального года» — спектакль А. Бородина «Берег утопии». Был отмечен «Зарубежный театр» — Алвис Херманис — «За поиски нового театрального языка». Премию «За вклад в развитие российского театра» поделили между Л.А. Додиным и Т. Шестаковой. Официальная церемония награждения состоится 17 ноября.

Событие: Томас Остермайер

Хедлайнером фестиваля и событием этого сезона гастролей стал спектакль Томаса Остермайера «Замужество Марии Браун». По словам режиссера, в одноименном сценарии Фассбиндера ему была интересна история Германии жестокого ХХ века, которая, как в зеркале, отразилась в судьбе немецких женщин. Остермайер долго изучал биографии актрис, самозабвенно принимавших мужественные образы, и драматургию, в которой застыли портреты завораживающе брутальных и холодных Норы и Гедды Габлер. Сталкивая на сцене актрису и четверых актеров, исполняющих остальные женские роли, режиссер иронизирует по поводу эмансипации, указывая на нездоровость этой идеи, на то, как она становится параноидальной, превращая представительниц слабого пола в изнасилованных эпохой чудовищ.

Томас Остермайер. Фото Арно Деклеир Томас Остермайер. Фото Арно Деклеир

Разрабатывая параллели в судьбе одной фрау и в истории одной страны, Остермайер просмотрел множество кадров кинохроники о последних днях Гитлера, о бомбардировках Дрездена, в том числе недавно вышедший на родине режиссера фильм о немецких женщинах, подвергавшихся насилию во время Второй мировой войны. Спектакль начинается с писем фюреру от фанатеющих немок, которые зачитывает актер Стивен Шарф, стыдливо прикрывая рукой свою обнаженную грудь, а в это время на складках задника мелькают слайды с фотографиями Германии 30-х — 40-х гг.: улыбающийся вождь фашизма и обезумевшие от горя немецкие женщины.

«Замужество Марии Браун» — кинематографичный спектакль, в нем слышатся влияние режиссера Фассбиндера и голос сценариста Райнера Вернера. Однако у Остермайера Мария является уроженкой Баварии — одной из самых самостоятельных частей Германии со своей конституцией и законодательно закрепленной автономностью. Остермайер заострил образ Марии и тему свободы: Мария, казалось бы, с молоком матери впитавшая стремление к независимости, становится такой же жертвой последствий фашизма, как и другие немецкие женщины. Едва успев выйти замуж, теряет мужа, становится проституткой, ублажающей американских солдат, и в конце теряет главное — женскую сущность и душу.

«Женитьба Марии Браун». Видео
Загрузите флеш-плеер.
«Женитьба Марии Браун». Видео

«…Настоящую женщину может сыграть лишь настоящий мужчина… «

Создается ощущение, что на сцене пятеро мужчин, эффектная, невероятная красавица Бригитта Хобмайер (Мария), несмотря на свои изящные наряды, играет холодное и жесткое существо, каждым деянием уничтожающее свою истинную природу. Изящное обрамление трех арок в стиле модерн, занавеси приятного голубого цвета, кресла и люстры в «моде» различных лет прошедшей эпохи. В этом антураже актеры в старинном нижнем белье невероятно нежно изображают тоску по ласке, скромность, ранимость, трепетность, стыдливость, распущенность, бескомпромиссность, жеманство — свежими красками мастерски выписана галерея образов, заставляющая восторженно выдохнуть необъяснимый парадокс: настоящую женщину может сыграть лишь настоящий мужчина. Стремительно надев парик и сменив кофточку, переобув туфли и приколов к коротким стрижкам шляпку, четверо представителей сильного пола легко перешагивают из образа в образ.

Вся история рассказана с поразительной легкостью. Развязный стриптиз перед американскими солдатами, соскучившаяся по грубой ласке мать Марии, которую с тончайшей нюансировкой характера сыграл Ханс Кремер, дама в футляре в изящном исполнении Бернда Мосса — все это гиперболизированное лицо последствий войны, в которой смешались трагедии жен, сестер, матерей, женщин, поневоле ставших мужчинами. С ужасающей легкостью рыцари в поиске прекрасной дамы устремились сами перевоплощаться в леди, не находя ее рядом.

В финале Мария окружена своим мещанским счастьем: аккуратно расставлены телевизор, холодильник и радиоприемник. Она, задрав кринолин юбки, чиркнет зажигалкой, и, отраженный видеоинсталляцией огонек, медленно расплавит материю платья — последнее, что осталось от женщины, которая уже давно совершила внутреннее самосожжение.


Другие статьи из этого раздела
  • Кто здесь маньяк?

    В пьесе немецкоязычного автора Лукаса Берфуса «Сексуальные неврозы наших родителей» остро поставлен вопрос двойной морали общества. Это и странный, и магнетический текст о девочке Доре, болезнь которой подавляли таблетками, а потом прекратили и удивились тому, как быстро она схватывает на лету пороки современного мира.
  • «Идеальная пара»: искусство валять дурака

    В киевском Театре на левом берегу Днепра состоялась премьера «пикантной комедии» по пьесе Марка Камолетти «Ох, уж эта Анна!».
  • Іспанці у розмірі м3

    Для пересічного київського глядача, який ще як слід не скуштував європейських театральних марципанів, іспанець Фернандо Санчес Кабезудо (Fernando Sбnchez-Cabezudo) aka Mr. KubiK Producciones може стати новим цікавим досвідом. Вистава, яку привезе його театральний колектив на Гогольфест, являє собою постмодерністський мікс із абсурдизму, кафкіанства та лівої критики під соусом чудернацької кубічної форми.
  • Право уйти

    В национальном театре поставили современную пьесу о морально-этическом выборе
  • «Поздно пугать» в Театре на Левом берегу Днепра

    Сложно и трудно современная проза и драматургия входят в украинские национальные театры. Давно нет советского идеологического заказа или царского запрета на национальный колорит, театры безраздельно владеют творческой свободой. Так, что же им мешает ее реализовать? Почему они угрюмо встречают любую инициативу? Почему творческий поиск в них встречается с заведомо установленным безразличием? По привычке тянут они свой комедийно-водевильный репертуар, лишенный духа, времени, остроты, будто не было в нашей традиции экспериментов Леся Курбаса и поисков 90-х.

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?