Вне знаковой системы2 недели, 4 дня назад


Текст Ксении Реутовой и Елены Мигашко (курсив)

Фото Сергія Єфанова

Почти одиннадцатилетнее детище украинского хореографа молдавского происхождения Раду Поклитару в дополнительных представлениях не нуждается. Открывшись в далеком уже для многих 2006-м триумфальной «Кармен-ТВ», Киев Модерн балет продолжает держать высокую планку на ниве современной хореографии и сюжетного танца. Месяц назад в помещении Национального академического драматического театра имени И. Франко состоялся вечер одноактных балетов в постановке самого Раду Витальевича и талантливой примы его танцевальной труппы Анны Герус. Три коротких, но проникновенных зарисовки о вечном: жизни, любви, смерти и течении времени.

«Вариации жизни» Анны Герус «Вариации жизни» Анны Герус

«Квартет-а-тет» — уже знакомая и полюбившаяся многим постановка, созданная еще в 2010 году по заказу Ейндховенского «Парктеатра». Нидерландский композитор Ад Маас специально для балета написал музыку — легкую, сбивчивую и лирически-атональную, насыщенную всплесками и извилистыми диссонансами. Квартет для четырех виолончелей «отзеркаливает» группа из четырех танцоров. «Мне, поклоннику сюжетного балета, вдруг непреодолимо захотелось поставить абстрактный спектакль» — признавался в пресс-анонсе Раду Поклитару.

Из сценических декораций здесь — только свисающее с колосников легкое полотно цвета молока. С его помощью, ближе к финалу одноактного балета, танцоры устраивают графически точный «театр теней»: играя с софитом, установленным позади, и с расстоянием до разделяющего зрителей и сцену молочного занавеса, они исполняют эдакие пляски античных и несколько непропорциональных фигурок на этрусской вазе. Их тела, вытянутые и точеные, дополнительно удлиняет и «скульптурирует» свет.

«Вариации жизни» Анны Герус «Вариации жизни» Анны Герус

«Квартет-А-Тет», поставленный Раду Поклитару на музыку голландского композитора, в котором слово «квартет» играет символическую и смыслообразующую роль: четверо исполнителей, четыре виолончели и приставка «тет-а-тет», то есть «один-на-один» — друг с другом, со зрителями и с самими собой. Две пары танцовщиков под беспокойные и стремительные пассажи с легким намеком на танго, поэтическим языком танца говорят со зрителем о разных формах любви и о «побочных её эффектах» — ревности, страсти, одиночестве, исступлении.

Первая часть балета начинается одиночным женским танцем на фоне белого тканевого задника. Задник то неподвижен, то вдруг «рождает» пространства и фактуры. Так в текучести ткани появляется «дверь», которая ускользает от сжатой в кулак руки, дверь, в которую невозможно достучаться. То вдруг проступает фигура человека, его призывно тянущиеся руки и голова, опутанная тканью, как на картинах Рене Магритта. То вдруг, подсвеченный из глубины сцены, тканевый задник становится «экраном» для танца теней. И здесь рождается танцевальный канон, по аналогии с каноном музыкальным, когда одна мелодия сама с собой образует контрапункт: одна и та же танцевальная фраза, повторяемая каждым из танцовщиков, в общей совокупности превращается в сложную хореографическую химеру, разновеликую и многорукую, которая, снова распадается на четыре человеческие фигуры.

«Вариации жизни» Анны Герус «Вариации жизни» Анны Герус

Несколько комично выглядит мужской дуэт под звуки младенческого плача и агуканья, когда через пластику и текучесть тела танцовщики передают каждый звуковой нюанс детского голоса и в то же время детскую игру и соперничество. И все завершается хореографически сложным квартетом, когда четверо танцовщиков сплетаются воедино буквально привязывая себя друг к другу по рукам и ногам полосками широкого толстого скотча.

В балете нет конкретной истории или однозначного сюжета, он скорее выражает некий круговорот жизни человеческих чувств, человеческих исканий и стремлений к любви и взаимопониманию. Главной сложностью и достоинством его являются не только технически сложные и красивые танцевальные фигуры, но и игра с тканью и светом, которые рождают на сцене фантасмагорию.

«Вверх по реке» Раду Поклитару «Вверх по реке» Раду Поклитару

«Вариации жизни» — хореографический дебют 2017 года Анны Герус, постоянной артистки Киев-Модерн Балета. Здесь для музыки Альфреда Шнитке, Макса Рихтера, Генри Пёрселла, с вкраплениями цветаевской поэзии и с участием голоса Аллы Демидовой, изобретена хореография экспрессивных массовых сцен и драматически подчеркнутых фигур-одиночек — Жизни и Времени. Все танцоры, вышедшие на сцену в неприметных костюмах из серого батиста или шёлка, разбиты на пары: внутри каждой из них разворачивается своя микро-драматургия. Контрастной линией цвета, нарушающей темное и полностью оголенное пространство сцены, пересекает площадку по диагонали сама Жизнь (Анна Герус). За ней — Время, строгий мужчина в классическом костюме (Петр Наку). Красная юбка ведущей артистки (А. Герус), натянутый где-нибудь за сценой шлейф которой, кажется, не имеет конца, «разрезает» сцену, как готовая лопнуть, туго натянутая струна виолончели. Вместе с точечными светодиодными фонарями, до умиления просто имитирующими затухающее звездное небо на заднике, эта алая ткань становится основным элементом сценографии.

Идея балета кажется очень знакомой, затрагивая волнующие того же Раду Поклитару рассуждения о человеке в присущей ему лаконичной, чисто отточенной, но поэтичной форме. Используя широко распространенные образы — женщины в красном (Жизнь), мужчины в белом (Время), группы людей (массовки) в темно-сером, Анна Герус выстраивает свое повествование, начиная с зарождения Жизни. Они с Временем — главная пара танцовщиков, пара страстных влюбленных и неистовых соперников, которые властвуют над группками суетливых людей, так похожих друг на друга в своих обыденных делах и устремлениях.

«Вверх по реке» Раду Поклитару «Вверх по реке» Раду Поклитару

Кроме самого танца и драматически насыщенной музыки, здесь важным контрапунктом выступают свет, цвет и сценические эффекты, с помощью которых на сцене создаются эпические полотна. Так клубы дыма над пустынной бескрайностью черного задника ассоциируются с ночным горным ландшафтом, и мужское соло на фоне величия бесконечности природы напоминает о том, что Время бессильно перед вечностью и о том, как ничтожно человеческое существо по сравнению с масштабами Вселенной, но как прекрасно его существование, его борьба за жизнь, за роль песчинки в огромном и необъятном мире.

Вариации суетливой жизни серых людей заканчиваются всеобщим успокоением, когда Жизнь, воссоединяясь со Временем, превращается в жизнь вечную — так балет завершала красивая и живописная картина: женщина в красном с длинным шлейфом платьем воссоединяется с мужчиной в белом костюме на фоне звездного неба. А после того, Жизнь снова под оглушающие стуки сердца возвращалась в свой красный кокон, и это давало надежду на возможность перерождения или существование новой, другой жизни.

В целом балет являет собой светлый гуманистический постулат, исполненный любви к человеку и вселенной, который зачем-то еще и резюмируется поверх всего стихотворением Марины Цветаевой, что кажется совсем излишним, но буквально отражает всю суть балета:

«Уж сколько их упало в эту бездну

Разверстую вдали!

Настанет день, когда и я исчезну

С поверхности земли

«Вверх по реке» Раду Поклитару «Вверх по реке» Раду Поклитару

«Вверх по реке» это фантазия Раду Поклитару по мотивам фицжеральдовской «Странной истории Бенджамина Баттона», с легкой примесью «Фауста» Гёте. В ней отражена история о времени, обращенном вспять. Умирающий старик, заключив контракт с неким Черным Человеком (будь то дьявол, Мефистофель или кто-либо еще из прославленных деятелей темных и загадочных сил), начинает стремительно молодеть. Жизнь его бьет ключом. Он заводит семью, он успешен и богат. Но его желание помолодеть доведено до абсурда и, пройдя поэтапно всю жизнь в семи актах- от старчества к младенчеству — герой превращается в прах, который в финале развевает по ветру лукавый Мефистофель.

Этот балет, в отличие от двух предыдущих, является красочным примером сюжетного балета. Здесь все подчинено фабуле (как в драматическом спектакле) и все работает на неё — музыка (струнный квартет украинского композитора Александра Родина), стилизованные костюмы буржуа XIX века, мобильные театральные знаки. Например, большой, в человеческий рост, короб-трансформер, который превращается то в смертный одр, то в брачное ложе, то в стол для пиршества, то в дверь. Особой декоративной изюминкой являются видеопроекции, которые дополняют сценическую среду красочными иллюстрациями — то лунной ночи, то солнечного дня, то времени, отраженного в бесконечности часовых механизмов.

«Вверх по реке» Раду Поклитару «Вверх по реке» Раду Поклитару

С уверенностью сказать, о чем же на самом деле поставлены одноактные балеты Герус и Поклитару — невозможно. На каждую из постановок можно разве только «примерять» свою конструкцию «воздушного замка»: рационализировать балетные «па», излагая сюжет о Жизни и Времени, углубляться в психологию конфликта, вспоминая об экспрессивно-интуитивных жестах участников «Квартета…». Но сколько ни пытайся найти эквивалент в языке формальной логики, перед глазами все равно останется стоять изящное красное пятно, оканчивающееся белой шеей, или тень, чья голова напоминает ореол растаявшей свечи.

К примеру, известный Жан-Поль Сартр считал, что «мир знаков — это проза, поэзия же находится там, где и живопись, и скульптура, и музыка». «И танец» — хочется добавить к высказыванию французского экзистенциалиста. Так нужно ли рассказывать то, что можно только станцевать?..

«Вверх по реке» Раду Поклитару «Вверх по реке» Раду Поклитару


Другие статьи из этого раздела
  • Помста (не) без моралі

    В Молодому театрі показали оновлену виставу «Альберт. Найвища форма страти» за Юрієм Андруховичем. За участі автора
  • Сны на воде

    Дождавшись полной темноты, когда ночь жадно поглотила день, на неспокойную гладь Днепра осторожно выплыли чудаковатые персонажи. На средине условной водной сцены было установлено дерево, к нему подъехала желтая машинка, в которой нервничал сгорбленный водитель. Затем появилась дама-пирожное в розовом пышном платье, гротескно сюсюкаясь со своим малышом. Река постепенно превращалась в маленький закоулок конфетно-пирожного Парижа.
  • «Войцек». Готическая сказка

    Эстетика Дмитрия Богомазова интересна не только для украинского, но и для мирового театрального пространства. Неудивительно, что сочетание магнетической пьесы Бюхнера «Войцек», самобытной режиссуры и творческого потенциала актеров Театра на левом берегу Днепра дало ожидаемо качественный результат
  • Толерантсвующая оргия и бельгийские кокетки

    Когда спектакль, а, точнее, постмодернистский перформанс «Оргия толерантности» бельгийского художника, скульптора, режиссера Яна Фабра закончился, чувства остались неопределенными. С одной стороны, смешно и забавно, а с другой — непонятно, так все-таки «за» или «против» констатируемой псевдотолерантности и общества потребления выступает Ян Фабр? Его постановка, состоящая из этюдных эскизов на тему «типажи и штампы современного мира», скорее заставляет мило потешаться над «глупышкой-потребителем», нежели испытывать к нему отвращение.

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?