«Кориолан». Еще одна империя, в которой что-то «прогнило»08 февраля 2016

 

Текст Екатерины Макбендер

Фото CoolConnections

 

«Кориолан» – последняя крупная трагедия Шекспира, не самая популярная, но зрелая, политически насыщенная работа, которую легче представить в одном ряду с «Цимбелином» и «Ричардом», чем с «Гамлетом» и «Отелло».

Проект «Британский театр в кино/Тheatre HD» инициирован арт-объединением CoolConnections, при поддержке Британского Совета в Украине и, по хорошей традиции, проходит в сети кинотеатров Kronverk Cinema.

За основу Шекспир взял жизнеописания Кая Марция Кориолана – полулегендарного римского полководца, созданные Плутархом и Титом Ливием. Кай Марций – верный солдат, защищающий Рим от внешнего врага, его тело покрыто шрамами и каждый из них – знак героической кровавой победы. Это сын знатного рода, гордый, сильный и упрямый. Он уверен, что кто-то рожден чтобы управлять, а кто-то – чтобы повиноваться, и равенства в мире нет. Данные убеждения подрывают его авторитет в глазах простых граждан и позволяют трибунам (слабовольным дипломатам) захватить власть. Протагонист – публичная фигура, его личная драма заключается в несоответствии его взглядов с тем, что жаждет слышать общество. Изгнанный из Рима, он вступает в союз с вражескими вольсками и идет в наступление на город. Здесь его настигает внутренний конфликт: любовь к родине и матери против уязвленной гордости и верности военной клятве. Он отдает предпочтение первому и будет убит вольсками за измену. Это трагедия сильной личности, которая превращается в трагедию целого государства. Через борьбу сословий и народов, развитие внешних и внутренних конфликтов, вырисовывается масштабная картина очередной империи, в которой что-то «прогнило».

В своей постановке худрук театра «Донмар» Джози Рурк сделала упор на вопросе народного выбора и гражданской ответственности. Об этом ясно говорится в начале спектакля: «The people must have their voices» («У народа должен быть свой голос»). Премьера постановки состоялась 30 января 2014 и после 70 показов в Лондоне, ее видеоверсия отправилась в мировой прокат в рамках проекта National Theatre Live, в том числе была не единожды показана и в Украине.

Театром «Донмар Уэйрхаус» стал лишь в 1977, прежде здание служило складом для бананов и хранилищем для хмеля, соответственно планировка помещения не похожа на стандартный театральный зал. Из-за отсутствия кулис сценическое пространство кажется несколько грубым и голым, к тому же задник являет собой сплошную кирпичную стену. Действие «Кориолана» происходит в Риме, но не времен Империи, а времен Республики, когда он еще не достиг своего величия и был центром постоянных сражений с племенами вольсков, эквов, герников и сабинян. Макетов композитных колонн и роскошных тог мы здесь не увидим: сценография сведена к минимуму, костюмы неприметны и выполнены в темных тонах. Подмостки одновременно напоминают гладиаторскую арену и современную улицу. Перед началом спектакля сцена обводится красным квадратом, который замыкает пространство, по ходу действия трибуны чертят внутри него еще один, черный квадрат, в котором окажется Кориолан. Этот простой символ позволяет показать, что Кай Марций фактически загнан в угол, зажат, окружен своими противниками.

Учитывая исторические особенности, художник Люси Осборн решила выкрасить и первые пару метров задника в красный. То же использовали и в раннем Риме, поддерживая в гражданах постоянное чувство агрессии и тревоги. На стену нанесены лозунги – нечто среднее между наскальным рисунком и граффити. Это позволяет актуализировать произведение, объединить разные исторические эпохи, показав, что тогда люди также выражали свой протест через послания и слоганы на городских стенах, как сейчас это делают Бенкси или Фейри Шепард. Смена места действия выражается в перемещении черных стульев или манипуляциях со стремянкой, ведущей к колосникам. Что касается натуралистичных описаний кровавых сражений и ран, то они показаны в спектакле максимально реалистично – актеры бьются на мечах и врукопашную, это отработанные, техничные сцены; рубцы и ранения героев имитирует сложный грим. Оставляя шекспировский текст без изменений, режиссер крайне осторожно вводит современный контекст через сценографию, он считывается, но не давит на зрителя.

Поначалу внимание зала сосредоточено исключительно на личности Кориолана. Это не просто центральный персонаж, а заметная историческая фигура. Также как Макбет, Ричард III или Гамлет он замыкает вокруг себя все действие. По мере развития событий, однако, становится понятно, что режиссера, как и драматурга, интересует не судьба одного человека, а законы существования некой системы. Кориолан действует в рамках определенной модели государственного управления, в рамках этой модели он борется, побеждает, проигрывает и погибает. Учитывая, с каким пиететом британцы относятся к Шекспиру, неудивительно, что роль Кориолана досталась Тому Хиддлстону. Он учился в Кембридже и Королевской Академии Искусств, успел сыграть в «Отелло» и «Цимбелине», за который получил премию Лоуренса Оливье, сняться в телефильме «Загадка сонетов Шекспира» и историческом сериале BBC «Пустая Корона», где исполнил роль Генриха V. Конечно, его коммерческий успех в киновселенной Marvel также имеет значение, однако за ним стоят классическое образование и действенный драматический талант. Роль Кая Марция далеко не однозначна. Он своенравен и горд, но честен, он груб и деспотичен, но смел и силен. Молодой, энергичный, мужественный – при всех недостатках герой Хиддлстона не может не нравиться, мы прощаем ему все как мать непослушному ребенку. В данном случае, привлекательность актера лишь заостряет противостояние.

В «Кориолане» все грешны и несовершенны, каждый из героев идет на поводу у своей гордыни, через которую в итоге должен переступить. Марций отринет амбиции завоевателя, его мать – мечту о консульстве сына, трибуны и народ Рима будут молить врага о прощении. Элементы государства, которые должны быть едины, действуют друг против друга и, в итоге, проигрывают внешнему врагу. Конфликт многослойный и сложный, Джози Рурк несколько отстраняется и не спешит с личными оценками, однако ответственность за происходящее возлагает именно на народ, по мнению режиссера именно простые граждане подталкивают страну к разрухе, следуя за льстецами-политиканами. Жаждущие уважения к своему мнению, они сами к нему относятся безответственно и беспрестанно готовы его менять. Авторская позиция понятна, но высказана она крайне деликатно. Никакого эпатажа и агрессии, спектакль ясный и простой, в оформлении преобладает минимализм и строгость, текстуальная и сюжетная основы не менялись. Все направлено на то, чтобы зритель сосредоточился на словах и действиях героя, а не на его внешнем виде и сценическом окружении. Здесь мало лирики и поэтичности, пространство сцены холодное и аскетичное, компенсирует эту холодность энергичное, глубоко эмоциональное актерское исполнение, это не эксцентрика, а выдержанная эмоция, прорывающаяся в моменты особых потрясений. Здесь личное вступает в диссонанс с общественным, человеческое, интимное – с массивным, системным. Нелегко передать масштаб трагедии, не перегнув с гражданским пафосом, возможно, удача Джози Рурк как раз в ее ненавязчивом, осторожном подходе, при наличии собственной интерпретации, она оставляет достаточно места для личных выводов и размышлений, заставляет искать ответы на вопросы, которые коллизии Древнего Рима не дают нам и сопоставить с сегодняшним днем. 


Другие статьи из этого раздела
  • Милая Мила

    Меня лично никогда не интересовали женщины, живущие для любви, пребывающие в ожидании любви, плавающие в собственной сентиментальной патоке. В отличие от женщин думающих и создающих себя, меня не интересовали женственные судьбы просто женщин. Постановка об Эмили Дикинсон могла бы стать выражением приглушенной боли поэта, столкнувшегося с миром. Поэтессу Эмили Дикинсон сравнивали с Цветаевой, ставили вровень с Уолтом Уитменом, ее судьба ─ это судьба творца, а в постановке центральную роль сыграла женственность, что, вероятно, и обусловило слащавость спектакля
  • Актер — иероглиф

    В китайском, японском и корейском языке слово «каллиграфия» записывается двумя иероглифами, буквальный перевод которых — «путь пишущего». «Путь» читается как духовный выбор, внутреннее стремление обнаружить в искусстве письма философию жизни. Именно ее предложил познать танцовщикам хореограф Лин Хвай-мин. Он долго изучал китайскую каллиграфию, пока не обнаружил в ней «предельно сфокусированную энергетику»
  • ГогольFest: ожидаемое

    Конец апреля — преддверие большого праздника, во всяком случае, праздника культуры. ГогольFest, бывший до недавнего времени под угрозой срыва, из-за начавшихся робот по реконструкции Арсенала, перешел со стадии организационного планирования в стадию активной подготовки. Работники загружены: пространство Арсенала подготавливается к вмещению разных видов искусств. Идейный инициатор Влад Троицкий назвал свое детище «культурным моллом», где, как в огромном супермаркете, можно найти все: литературу, музыку, театр, изобразительное искусство и даже другие фестивали (в рамках Гогольфеста пройдут дни анимационного «Крока», киношной «Молодости», Джаз-Коктебеля и т.д.).
  • Неправдоподобие будущего

    После «Трансформеров», «Матрицы», 3-D технологий наблюдать за маломасштабным действием, где бегает несколько роботов-ходулистов и люди в костюмах из папье-маше не очень интересно. Ты ждешь от уличного представления чуда,  — а чуда не происходит. Вероятно, реальность будущего тяжело и дорого создать средствами уличного зрелищного театра. Ведь, по большому счету-то, должны летать машины над головами, вестись перестрелки лазерным оружием, а мега-мозг должен парить над площадью, нависая над нею своими липкими щупальцами.

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?