Пьеса о пьесе, или Эффекты современной драматургии

Воронова Мальвина

Андрей Коротич

24 апреля в театре «Открытый взгляд» — Ильинская, 9 — состоялась премьера постановки «Американская рулетка» по мотивам популярной современной пьесы Александра Марданя

Режиссер: К. Ромашенко

Сценография: Н. Шило

Музыкальное решение: Д. Солодкий

Актеры: А. Веселова, И. Бовкун, Д. Соловьев, Е. Тертычная, Е. Шверк

Пролог о слиянии жизни и искусства

Если бы всего этого не было, то стоило бы все это сочинить, дабы на скорую руку, как это у нас водится, написать свою пьесу и влиться в авангард продвинутой, коммерческой драматургии.

Воскресный вечер 24-го апреля. Ливень диагональю расчертил сонный Подол. Широкие киевские лужи кипят весенней водой, прижимая друг к другу прохожих. Ильинская, 9. Здесь на втором этаже приютился молодой театр «Открытый взгляд», зажатый узкими коридорами старого здания. У входа под дождем — будем считать, что это начало нашей воображаемой пьесы, — три мужика, закатав штаны, цементируют ступени крыльца. Один выволакивает мешки с цементом, сбивая с ног театралов, словно кегли, двое других — заливают раствор, методично ровняя его лопатами под струями весеннего ливня. А в это же время на первом этаже здания, в правом крыле — свадьба. Там под ритмы несколько постаревших, но все так же зажигательных парней из «Моден Токин», под запах оливье и коньячно-водочных изделий — скрепляется узами застолья союз двух сердец. Свадьба, как водится, и поет, и пляшет, и выскакивает откуда-то из темноты странными личностями, по логичному предположению, — ряжеными. Топчутся на крыльце типичные томные свадебные мужчины с цветами в петлицах, женщины советского образца с высокими прическами, чуток так под хмельком, и дети, тоже с цветами, и тоже немного «подшофе» от музыки, веселья и выпитой «Кока колы». Как лайнер, рассекая гладь устоявшегося праздника, въезжает автомобиль, из которого выходит автор-драматург — сам Александр Мардань, прибывший на премьеру своей пьесы. И дешевенький оливьешно-коньячный дух обнимает липкими объятиями автора, пишущего с особенным шиком о миллионах, — долларов, конечно.

Весь этот антураж стоило бы выдумать, но все это и так выглядит достаточно неправдоподобно, потому что жизнь чертовски любит эффекты. Это в театре должно быть все изысканно: шептать нужно громко, а кричать — беззвучно, потому как здесь важна утонченная образность. А жизни решительно нет дела до искусства, она бьет наотмашь правдой бытия и смеется громко подвыпившим свадебным гоготом, не снисходя до деликатного смешка. И поэтому — и мужики со штанами, и свадьба с цветами — были. И еще узкие коридоры, в которых, если присмотреться к табличкам на дверях, можно, отказавшись от театра, пойти и, например, записаться на курс модного танго или ча-ча-ча.

Здесь отвлечемся на небольшую публицистическую вставочку (драматурги это любят) и скажем, что, если бы мы жили в нормальном государстве, то наши талантливые театральные коллективы имели бы свои (и только для постановок предназначенные) театральные площадки. Но мы живем в Украине — и этим все сказано. Талант здесь прорастает из-под государственного асфальта, как может, протискиваясь в щели, лавируя между бизнесом, энтузиазмом и искусством.

Так вот, значит, оторвавшись от мотивчиков «Моден Токин» и расположившись в зрительном зале (здесь, улавливаете, наметился чертовски модный ход — пьеса в пьесе, так сказать), оказалось, что свадьба пошла по твоим следам. И затянула из динамиков застольную сладковатым голосом Ванессы Паради, а потом и басом Доктора Албана, включенных звукорежиссером (судя по всему, Д. Солодким). Но именно это бесхитростное музыкальное сопровождение как нельзя лучше настроило на спектакль, в котором все было слизано один в один со свадьбы на первом этаже — с нашей неправдоподобной действительности. Списано, запротоколировано, где нужно — подперчено, а где можно — и подсолено, словно свадебный каравай. Так умеет только Александр Мардань — автор пьесы «Американская рулетка». Он-то уж знает своего «петросяновского» зрителя и смешит его напропалую, надрывая его юмористический живот, закаленный «Аншлагами».

Действующее лицо: Александр Мардань

Если верить всезнающему Гуглу, так называемая «антикризисная» комедия Александра Марданя «Американская рулетка» настолько популярна, что идет даже в Киргизии. Можно предположить, что разрез глаз там, судя по фотографиям актеров, немножко уже, а разрез проблем, судя по новостям, — шире. Где Киргизия, а где Украина, но, оказывается, благодаря Александру Марданю, мы нашли общую международную платформу, так сказать, дипломатические точки соприкосновения, одна на двоих у нас интеллектуальная инфантильность, и вкусовая целомудренность, и девственная нетребовательность — одна на двоих. Много общего у нас с братьями киргизами.

Чтобы понять, о чем речь, достаточно пересказать сюжет «Американской рулетки». Большая семья ютится в маленькой квартирке бабы Оли: ее племянница Ирина — распорядитель фирмы «Собачьи свадьбы», муж Ирины — Сергей — бизнесмен-неудачник, их восемнадцатилетний сынок, Олик, фантазер, который ищет в квартире клад. Вся интрига сводится к тому, что сынок находит клад именно в тот момент, когда коллекторы готовы отобрать квартиру, дабы покрыть просроченные кредиты папаши-бизнесмена. Деньги, конечно, оказываются фальшивыми, но тут — о чудо развязки — из Америки появляются неожиданно два миллиона от матери Ирины. Медоточивый этот сюжет приправлен перчинкой эротизма и фривольности, правда, во вкусе советских любовных водевилей — с намеками и смачными эвфемизмами.

«Американская рулетка» — развернутый рецепт «как за один день создать коммерческую пьесу». Берешь актуальную тему — кризис, кредиты, коллекторы, берешь типичных героев — бизнесмен, бабка, ясновидящая (учитывая популярные шоу об экстрасенсах), стряпаешь комедию положений (герои в неловких ситуациях и благополучный их исход), немного завуалированного эротизма, а также не забываешь заложить ожидания зрителей — каждый хочет просто так рассчитывать на миллион из Америки. В кульминационный момент (телеграмма из Америки, возвещающая о царском подарке) зал просто ревет от восторга, будто купюры уже у них, зрителей, в кармане. Всё — пьеса готова.

Когда режиссер не верит актеру — это значит, что работа еще сыровата, когда зритель не верит актеру, это значит, что актер так и не понял своего персонажа, когда драматург не верит своему герою, это значит, что он не драматург. И никому из вышеперечисленных не стоило браться за материал. Персонажи А. Марданя — это не образы и не типы, это — газетно-журнальные клише о современных образах и типах. Сам автор вряд ли верит в то, что написал, ибо современность с ее текущими проблемами, в том числе и заслуживающими осмеяниями куда разнообразнее, сложнее, интереснее и веселее, нежели эта пластмассовая история с горсткой глянцевых и поверхностных типажей.

Пьеса своевременна не тогда, когда она похожа на новость из газеты, а тогда, когда она попадает в самую точку общественного переживания, называет вещи своими именами, когда смех помогает обществу познать себя и в какой-то мере, очистившись с его помощью, себя простить. В противном случае — это смех примитивный и бессодержательный, а что может быть хуже плоского комизма и глупого юмора? Пьеса современна не тогда, когда она является отпечатком текущей действительности, а тогда, когда она содержит ее обобщенный образ. Иначе смело можно поворачивать направо и вместо постановки лицезреть свадьбу — там, во всяком случае, никто не фальшивил. А чтобы не слышать фальши в тексте «Американской рулетки», во всем этом современном «мясе» стереотипов, нужно, либо не иметь слуха, либо не иметь вкуса.

Два действия и, собственно, — развязка

Коллектив «Открытого взгляда» вне всякого сомнения — одарен, и тем обиднее, что в данном конкретном случае талант работал вхолостую, что весь тот запас энергии, фантазии, веселья и куража пошел на нечто второсортное. Ребята из «Открытого взгляда» отмечены непринужденностью, харизматичностью и увлеченностью своим делом. Невозможно не любоваться тем, как они любуются самим процессом игры — перед нами настоящие актеры и настоящий режиссер.

Играя, веселятся искренне, заразительно. И хотя не так много естественных интонаций и жестов у их персонажей, все же они были найдены, а, значит, перед нами — коллектив думающий, ищущий.

Ксения Ромашенко — режиссер постановки и художественный руководитель театра — уже обладает своим почерком. Это видно в ее работе с текстом пьесы — он был частично изменен, и это его улучшило. Ею удачно были использованы элементы театра теней, что заострило ситуации, придав им большего гротеска. В том, как работают ребята, — видна ее рука, а в самом отношении к театру — выражена ее культурная и социальная позиция.

Чрезвычайно радует слух хороший украинский перевод текста и отличное произношение ребят, совершенно естественным образом они прививают своему зрителю вкус к стильной украинской речи, и одно это заслуживает большого уважения.

Правда, пока еще очень ощутимы и промахи коллектива. Самый очевидный из них — это, конечно, выбор безвкусного драматичного материала. Есть прекрасные тексты, подходящие коллективу по возрасту и стилю, в том числе и комедийные — это пьесы, например, веселого и умного Евгения Шварца или сатирические тексты Григория Горина. С их азартом и куражом можно воплотить, адаптировав, некоторые поэмы Вл. Маяковского, которые соответствуют их разудалому веселью и размаху. Даже осовремененный Островский (да еще переведенный на качественный украинский) был бы этим ребятам к лицу.

Тем более, что театр акцентирует внимание на своей просветительской деятельности, значит, ему и никому другому впору открывать украинскому зрителю тексты С. Моэма, А. Камю, театральные зарисовки Марины Цветаевой, экспериментальную драматургию М. Булгакова. Но, если они всего этого не знают, то о просветительстве не может быть и речи. Просвещать о существовании господина Марданя — излишне, его знает даже Киргизия.

Промахи есть и в актерской работе. Образ старухи Ольги (Анна Веселова) чрезмерно типажен, его гротеск ненатурален, в нем слишком очевидны поверхностно юношеские представления о старости. Баба Ольга поставлена на «рипит» старческих охов и оговорок, но «рипит» этот неестественен и утомителен. Этот образ — скроенный по вкусу студенческих зарисовок — смешон только для тех, кто сопоставляет возрастной разрыв между героиней и актрисой, но не эта платформа должна быть основой для юмора.

Трудное, тяжеловесное, наигранное начало спектакля: актеры слишком долго идут к своим героям, не сразу в них входят, и зрителю неловко за этим наблюдать. Еще и еще стоит искать натуральный жест, наблюдая за поведением реальных людей, изучая разные типы и их поведенческие модели. Естественность и пластичность — это то, чему ребятам еще нужно учиться.

Театру «Открытый взгляд» стоит остерегаться двух вещей: некачественной драматургии и «своего зрителя». Работая с плохими текстами, каждый раз будет понижаться интеллектуальная планка, и это (учитывая опыт подобных коллективов) скажется на уровне режиссерского и актерского мышления. Театр также существенно потеряет, зазывая на свои постановки «нужных» зрителей (друзей, знакомых и знакомых-знакомых), которые своим вниманием к личностям актеров, задают тон студенческих этюдов, когда все довольны друг другом. Получить реального и своего по духу зрителя поможет хороший репертуар и рекламные акции, позволяющие прийти в театр заинтересованной молодежи (возможно, в какие-то дни — бесплатно). Только качественный текст и требовательный зритель помогут этой труппе реализоваться. Не хотелось бы, чтобы они превратились в малоформатные, узкопопулярные коллективы по типу театра «Черный квадрат» и т.д. Но хотелось бы, чтобы этот высокий потенциал, который угадывается и в режиссере, и в актерах, реализовался со временем в полноценный, современный, яркий театр со своим качественным, интересным репертуаром, почерком и стилем. К тому есть все предпосылки.


Другие статьи из этого раздела
  • «Механічна симфонія»

    «Механічна симфонія» — це майстерня, завод із виготовлення незвичної, але оригінальної музики, в якій какофонія сучасності зливається із гармонією Всесвіту. Її творять всі присутні — класичні музиканти, інженери, машини і навіть глядачі. Прийшовши на черговий концерт, публіка сподівається просто відпочити, розважитись, послухавши музику, яку для неї виконуватимуть. Але несподівано для самих себе глядачі опиняються на сцені, стають персонажами власної вистави, творцями власної симфонії.
  • Игры Олигархов: Двойной прицел

    Политику и меценату Александру Прогнимаку пока высказываться — рано, ибо его совместное с режиссером Виталием Малаховым творение «Игры олигархов» — чудовищная помесь КВН-шаржей на тему отечественного телевидения, политической рекламы и бородатых анекдотов. И, что хуже всего, шарж поверхностный, неглубокий и достойный в свою очередь шаржей на самое себя
  • Гамлет эпохи

    «Гамлет» Томаса Остермайера открывал Венецианскую театральную биеннале. Он же получил главный приз фестиваля — Золотого Льва. Немецкий режиссер со своим театром «Шаубюне», худруком которого он стал в 29 лет, побывал на массе фестивалей, и в октябре этого года приехал на престижную Театральную Венецианскую биеннале со своим «Гамлетом». Самому значительному немецкому режиссеру современности, удалось то, о чем многие только мечтают,  — создать «Гамлета» своей эпохи. Это не очередная версия бессмертного текста Шекспира, это — жесткий приговор современному миру.
  • Прочный хребет «Бесхребетности»

    Воспитанницы Эдуарда Митницкого — Анастасия Осмоловская и Тамара Антропова — впервые заявили о себе как о начинающих режиссерах год назад постановкой «Поздно пугать». В этом году Анастасия Осмаловская выступила как самостоятельный режиссер. Она взялась повторить «Бесхребетность» несмотря на то, что постановка Влада Троицкого в театре «ДАХ» была (и есть) довольно сильной
  • «Квітка Будяк»: у пошуках українських реалій

    Станіслав Мойсеєв ввічливо пропонує подивитися на себе зі сторони

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?