Сотый Макбет12 ноября 2007

Подготовила: Марыся Никитюк
Фото: ЦСМ «ДАХ»

26 июня в «Мистецькому Арсеналі», на улице Январского восстания 28–30 прошел сотый показ «Макбета» в постановке Влада Троицкого и театра «ДАХ»

Мириады событий в нашей жизни в близи кажутся такими хаотичными, такими случайными, со временем они выстраиваются в причудливые, но правильные узоры. Узоры, не имеющие ничего лишнего, ничего случайного.

Макбет Макбет

Три года назад студенты-актеры Карпенка-Карого, изучающие мастерство у Влада Троицкого, на экзамен поставили под его руководством кусочки «Макбета». А позже, уже готового, «Макбета» повезли на фестиваль в «Шешоры» и на «Краину мрий». В сентябре 2004 на сцене «ДАХа» Троицкий сделал премьеру. этим спектаклем молодое поколение актеров вошло в коллектив театра, появилась музыкальная этно-хаус группа «Даха-Браха», сформировался нынешний театральный организм. И актриса Наталья Бида решила считать «Макбетов» — и вот мириады событий сплелись в сотый «пролог к Макбету» … Этот сотый показ будет профессионально ориентированным, для всех культурных и околокультурных детишек, дабы вовлечь их в новый проект Влада Троицкого «Смерть Гоголя». Планируется, что это будет серия проектов в разных жанрах искусства, объединенных фигурой Гоголя, с участием большинства украинских арт-деятелей. А также «Смерть Гоголя» — это новый спектакль Влада Троицкого который будет поставлен на большой сцене «Арсенала» где-то в сентябре.

Мириады событий в нашей жизни в близи кажутся такими хаотичными, такими случайными. Мириады событий в нашей жизни в близи кажутся такими хаотичными, такими случайными.

Нумеруется в «ДАХе» только трилогия трагедий: «Макбет», «Ричард ІІІ» и «Король Лир» — чудная арабеска мистических этно-перепевов Шекспира. Почему только они? Потому что так сложилось, почти случайно, с случайного счета случилась традиция и праздник.

«Макбет», «Ричард ІІІ» и «Король Лир» — чудная арабеска мистических этно-перепевов Шекспира. «Макбет», «Ричард ІІІ» и «Король Лир» — чудная арабеска мистических этно-перепевов Шекспира.

География Макбета обширна: он игрался и в Петербурге, и в Москве в центре Мейерхольда, и в замках Венгрии, в костелах Польши, и на сцене Барбикон-Центра в Лондоне. Барбикон-Центр — это очень престижный мульти-артовый центр Европы, выступить в котором считают за честь коллективы со всего мира, и где график выступлений расписан на год вперед. Самый зловещий «Макбет» игрался в Польше. В Гданьске в недействующем костеле, на настоящих могильных плитах польской шляхты, среди черепов и костей разворачивался кровавый Макбет. «… там огромные плиты, на которых написано покоится такой-то такой-то. И мы босичком по этим могилам, а Даха-Браха сидели прям под алтарем» (Дима Ярошенко, Макбет).

Самый зловещий «Макбет» игрался в Польше. Самый зловещий «Макбет» игрался в Польше.

«Макбет» гипнотизирует. Даха-Браха сидит на вознесенье и отбивает ритмы демиургического хаоса, которым звериным эхом вторит что-то темное в каждом из нас внутри. Мистический водоворот украинской архесимволики и шотландской истории. Слов в спектакле почти нет, только заклинания, ритуалы, жертвоприношения. И всего два монолога актера Марка Галаневича непосредственно и живо рассказывают о том, что было это все, когда еще гусей не было, и о том, что король был хороший, а народ — собака… Действо убаюкивает своими зловещими ритмами, мраком, вводит в транс, а темные и сексуальные ведьмы в мясо сбивают гипотетических детей короля Макбета. Все в этом спектакле пульсирует: атмосфера, Даха-Браха, зритель и его эмоции. это такая вещь, повествующая на самых высоких тонах о наркотике власти, и о том, что этот наркотик сексуален, он пульсирует маточными спазмами в женских амбициях. Шотландия на украинский манер, гипнотическая, мистическая… красивая и кровоточащая трагедия о власти.

«Макбет» гипнотизирует. «Макбет» гипнотизирует.
Даха-Браха сидит на вознесенье и отбивает ритмы демиургического хаоса, которым звериным эхом вторит что-то темное в каждом из нас внутри. Даха-Браха сидит на вознесенье и отбивает ритмы демиургического хаоса, которым звериным эхом вторит что-то темное в каждом из нас внутри.
Слов в спектакле почти нет — только заклинания, ритуалы, жертвоприношения. Слов в спектакле почти нет — только заклинания, ритуалы, жертвоприношения.


Другие статьи из этого раздела
  • Доктор Франкенштейн

    Джонни Ли Миллер и Бенедикт Камбербэтч в известной британской постановке
  • «Город грехов» по-русски

    Русская глубинка в антураже вестерна: народец, изолированный от внешнего мира, от безделья, самогона, импортного героина придумал себе свой Голливуд — играет в стрелков-ковбоев. Схема та же: есть хорошие парни, есть плохие, есть председатель, который следит за тем, чтобы поголовье плохих не превышало хороших, есть фермеры и женщины и есть враги — село каннибалов Акимовка.
  • Волчье танго. Дети-дикари

    Основная художественная задача DEREVO — передать телом любую сущность, любую эмоцию. Техника театра основана на танце «Буто», различных видах пантомимы, на клоунаде, акробатике, балетной технике и танцах народов мира. Вбирая мировой танцевальный опыт, DEREVO обрело свой собственный язык, и у себя на родине воспринималось как чудо и откровение.
  • Львівський карнавал

    Відкривався театральний фестиваль «Золотий Лев» цього року традиційною карнавально ходою. До вашої уваги фотозвіт Максима Казаріна
  • «Олений дом» и олений ум

    «Олений дом» — странное действие, вольно расположившееся на территории безвкусного аматерства. Подобный «сочинительский театр» широко представлен в Северной Европе: режиссер совместно с труппой создает текст на остросоциальную тему, а затем организовывает его в форму песенно-хореографического представления. При такой «творческой свободе» очень кстати приходится контемпорари, стиль, который обязывает танцора безукоризненно владеть своим телом, но часто прикрывает чистое профанство. Тексты для таких представлений являются зачастую чистым полетом произвольных ассоциаций и рефлексий постановщика-графомана.

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?