Тургенев по Фрейду24 января 2012

Текст Марыси Никитюк

Фото Геннадия

По традиции, название пьесы в Театре на левом берегу Днепра изменили. Был «Месяц в деревне» господина Тургенева, а вышло… «Высшее благо на свете» господина Билоуса.

В «Месяце» была типичная тургеневская элегия, граничащая с наивной сладковатой сентиментальностью, а в «Высшем благе» получилось море зловещей любви. Здесь все любят друг друга и все — не взаимно, а посему — воспламеняются, бьются в конвульсиях, сходят с ума, погибая от страсти.

По сюжету, в имение Натальи Петровны и ее мужа Аркадия приезжает студент Алексей Николаевич Беляев — заниматься с их малолетним сыном. У Натальи Петровны есть воспитанница — молоденькая Верочка и старый друг-воздыхатель — Ракитин. Обе дамы влюбляются в молодого учителя, который является довольно поверхностным типом, и не любит ни одну из них. А муж и Ракитин жестоко страдают от ревности.

Во втором составе спектакля роль студента Беляева играет мощный во всех смыслах Алексей Тритенко, который на фоне остальных тонко организованных невротичных персонажей являет собой нерефлексирующую грубую личность, берущую все, что ей нужно, не особо переживая о нравственном аспекте. Фрейдистская история получается в его брутальном исполнении: оказывается, всю эту нежизнеспособную интеллигенцию подминает под себя жесткая витальная энергия мужчины-завоевателя. Впрочем, и Наталье Петровне, оказывается, нужна грубая мужская сила, ее влечет прямолинейный альфа-самец, а не хозяйственный муж — Михаил Кукуюк или заикающийся интеллигент Ракитин — Александр Кобзарь. В невинном тексте был еще девятилетний сын Натальи Петровны, но в постановке режиссер упразднил его, очевидно, как фигуру для разыгравшихся страстей инфантильную и обременительную.

Дом Натальи Петровны, шаткий фундамент которого (а он являет собой лаконичную декорацию спектакля) не так сложно разрушить. Сиделка Лизавета влюблена в мужа Натальи Петровны — Аркадия, его мать все время твердит ему об отношениях жены с его лучшим другом — Ракитиным. Ракитин тоже страдает… потому, что зрит свою вину перед другом. И все вместе они — непрочный мир человеческих отношений, — фундамент которых почти всегда иллюзорен. И все было бы хорошо в постановке, если бы эта генеральная мысль не была погружена в омут сексуальной энергии, уже не первый раз захватывающий Андрея Билоуса.

Актеры честно пытаются жить в предложенных обстоятельствах, совершая немыслимые подвиги в рамках создания своих персонажей. Например, Александр Кобзарь тонко работает над образом Ракитина, глубоко воспроизводя и переживая чувства любимой женщины к недостойному мужчине. Он создает образ человека рефлексируещего и осознающего, что его мнущаяся интеллигентность мешает ему завладеть чувствами Натальи Петровны, сделав ее счастливой.

Правда, сама Наталья Петровна — односложна и прямолинейна, — режиссер снабдил героиню Анастасии Тритенко половой агонией, не дав ничего более. Та же проблема — отсутствие стоящего конфликта — у Ольги Лукьяненко, которая энный год подряд честно отыгрывает инфантильных девочек.

Целые тонны возможных смыслов режиссер отсек, отстаивая свою сексуальную волну. И в результате легкий, целомудренный Тургенев в интерпретации Андрея Билоуса приобрел мрачные, сладострастные черты Федора Михайловича Достоевского, поданного в эстетике Эдуарда Митницкого.


Другие статьи из этого раздела
  • МегаФауст

    Я, Иоганн Фауст, собственной рукой отдаю Мефистофелю: душу, тело, машину перед театром, квартиру в центре города, детскую игрушку Чебурашка (со слезами), театральные награды и серию постеров Мадонны… ─ дополненный и адаптированный к условиям современности договор Фауста с Мефистофелем
  • «Распутник»

    Театр на Печерске, спрятавшийся в дворах Шелковичной улицы, где он обитает с 2000-го года, пополнил в завершающемся сезоне свой непогрешимый с позиции качества репертуар очаровательной философской комедией. Эта постановка из ряда тех, что окрыляют зрителя, одаривают неисчерпаемой харизмой, блестящим дарованием и фантастической энергией исполнителей. Спектакль воспроизводит один день из жизни выдающегося мыслителя Дени Дидро, будто Шмитт придерживался при написании пьесы давно забытого закона классической драматургии: один спектакль — одни сутки
  • Київська Пектораль 2007

    27 березня у Міжнародний день театру вшістнадцяте вручили премію «Київська Пектораль» — статуетки пекторальних півмісяців і п’ять тисяч гривень на лауреата. Стосовно об’єктивності цьогорічної Премії сумніватися важко: 18 діючих театральних критиків видивлялися з маси київських прем’єр 2007-го року адекватних номінантів і чітко фіксували свої враження. Те, що остаточне рішення приймали не вони, а оргкомітет у складі чотирьох осіб, на результати суттєво не вплинуло, а ось останні суперечки між експетрами та організаторами матимуть продовження в переорганізації роботи експертного комітету. До того ж фінішував цьогорічний комітет без трьох експертів: В. Заболотня, А. Липківська та Котеленець на останньому етапі голосувань участі не брали.
  • Черное сердце тоже болит

    Говоря о любви, о долге, о роке, о власти ─ обо все том, что будет грызть человеческое сердце до скончания мира, шекспировская драматургия действительно никогда не утратит своей актуальности. Чем дальше мы уходим от «золотого века Англии», тем ближе и понятнее нам становятся ее неумирающие страсти. Сколько бы ни было написано прекрасных новых текстов, шекспировские навсегда останутся объектом вожделения для театральных режиссеров, они же будут их испытанием на зрелость. Андрей Билоус в постановке «Ричарда» сделал ставку на психологический анализ первоисточника и неожиданно гуманистическое прочтение характеров.
  • Не любовь не людей

    Пьесу «Любовь людей» белорусского автора Дмитрия Богославского, заслужившую всевозможные похвалы на драматических фестивалях, в ближайшее время можно будет увидеть только на сцене Московского академического театра им. Маяковского. Но киевляне имели возможность прослушать ее 10 апреля в букарне «Бабуин» в исполнении актёров Театра драмы и комедии на Левом берегу Днепра и выпускников театрального института им. Карпенко-Карого. Читка состоялась в рамках проекта фестиваля «Неделя актуальной пьесы» и букарни «Бабуина — Актуальный вторник»

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?