Истина в пиве, радость — в кабаке04 июля 2011

Марыся Никитюк


In pivo veritas, Раду Поклитару

25 мая 2011пермьера-премьера

Музыкальный театр оперы и балета для детей и юношества

Смешной и остроумный балет In pivo veritas, свою последнюю премьеру, Киев модерн-балет показал под занавес сезона 25-го мая, оставив многих, не попавших на спектакль, в интриге аж до осени. «Истина в пиве» — под таким забавным перифразом остроумного изречения древнеримского историка Плиния Старшего: «истина в вине», Раду Поклитару создал разудалое интеллектуальное зрелище на мотивы ирландского фолька и музыки эпохи Ренессанса.

Первым отделением была миниатюра «Двое на качелях» на музыку Баха по мотивам одноименной пьесы Уильяма Гибсона, уже шедшая в репертуаре театра, ее можно было увидеть и прошлой осенью на Гогольфесте. Здесь эта композиция смотрелась по-новому, более глубоко и чувственно, почти притчевая история отношений в мегаполисе женщины (в исполнении Элины Винниковой) и мужчины (в исполнении Александра Каливод).

Это история одиноких людей, затерянных в своих квартирах, каждый с холодным видом из своего окна. Вначале спектакля герой и героиня съезжаются, а в конце, на заднике сцены появляются сотни одиноких окон, и столько же неразделенной радости, закованной в четыре стены одиночества и непонимания. Эта одноактовка о невозможности взаимопонимания и по сути о ненужности людей друг другу. Средствами современного балета, его нервностью, его аэстетичностью, агрессией, странностью артистам балета удается запечатлеть вечную череду человеческих потерь, показать как теряется счастье, как оно хрупко и мимолетно и как все-таки неизбежно одиночество. Начало любви довольно схематично, по-своему выразительно, в танец вплетены бытовые элементы, характеристика современных людей — герой, уводя героиню, фривольно кладет ей руку ниже талии. Из мелочей рождаются типажи с городских улиц, и их история любви, которая, в принципе, не говорит ничего нового, но вот ад душевных метаний, которые приходят как-то после случайного телефонного звонка, после случайной интрижки на стороне, воссоздан почти идеально. К тому же язык танца позволяет вскрыть раны самых простых ситуаций, самых, казалось, банальных. Герой, после своего проступка, пытается жить с героиней все так же легко, будто бы ничего и не случилось, но вместо энергичного танца, она еле движется — она как кукла. Герой, не замечая этого, подымает ей руки, делая за нее движения, но чем дальше, тем больше становится понятно, что «кукла» сломалась и героиня останавливается в молчании, без движения. Как бы человечество не мечтало о вечной любви и полном взаимопонимании — это невозможно, особенно в городе, где так много одиноких окон.

А после такого размышления, в котором у человека отбирают иллюзию спасительного присутствия «другого» в его жизни, второй акт «Истина в пиве» кардинально меняет настроение зрителя. Ироничная комедия начинается в замке барона, предположительно какого-то МакЛауда из какого-то шотландского клана. Песни, звучащие в «Истине», конечно же ирландские, в основном посвященные выпивке, а вот визуально это не столько Ирландия, сколько Шотландия: кланы, пабы, килты. Наш МакЛауд просыпается от хмельного сна, изгоняя из себя дух тяжелого похмелья, громогласно сотрясает небеса своим, предположительно, родословным мечем, заливается виски и снова уходит в беспробудный высокоградусный сон. А после, действие переходит в паб, от уже законченного пьянства к молодому сильному и безрассудному веселью.

В кабаке бурлит своя жизнь: одни дерутся, другие флиртуют, остроумные танцевальные номера сменяют друг друга. Но что главное, пока в объективе внимания зрителя пара или трое танцующих, на фоне происходит не менее увлекательные события, остальные герои цитируют предыдущие танцы, пьют, веселятся, ругаются — создается идеальная полифоничность. Такой себе кабак, где все пьяницы умилительны и интересны. Сам характер движений артистов ироничный, слегка пошатывающийся. И в завершение старый пьяный МакЛауд пробуждается ото сна, сотрясает героически мечем воздух, пьет и падает сызнова пьяным.

Сама идея создания из хмельного кабака и его завсегдатаев танцевальную композицию, одноактный балет — довольно смелая, особенно по отношению к самому институту балета. Ведь для этого жанра сценического искусства привычным-то, конечно, является высокий стиль, где превалирует трагедия. И хоть Киев модерн-балет не является классическим балетом, а контемпорари, но они все же пребывают в диалоге с традиционным искусством. В своей хулиганской алко-композиции Поклитару где-то в середине спектакля передает привет классическому балету. На сцену, где все танцуют в чешках, вдруг выходит видение на пуантах, химера в белом, нечто среднее между невестой и лебедем. Она, как добрая фея, приходит восхитить одну из артисток (Анну Герус), отдает ей пуанту и трагически уковыливает со сцены, смешно и пафосно спотыкаясь. Получившая «туфельку», до конца спектакля танцует на одной пуанте и в одной чешке, демонстрируя некий синтез классического балета и контемпорари. В этом разрезе Поклитару хулиганил как мог: и тень классического балета, и пьяницы в кабаке, и виртуозные танцы на одной пуанте, от всего этого было ощущение почти безграничной свободы, того, чего все время не хватает украинскому искусству всех жанров.

Танец на одной пуанте. Фото Константина Гришина Танец на одной пуанте. Фото Константина Гришина

«Истина в пиве» — это выходка самого высокого уровня, ее даже хочется растянуть на танцевальные фразы и повторять где-нибудь на улицах города, в толпе прохожих, на остановке. Заметно, какое огромное удовольствие получали от создание этой «вещицы» автор и его артисты, эта же энергия радости очень быстро овладевает и зрителем.


Другие статьи из этого раздела
  • «Крысолов». Идейный голод

    Сегодня можно сказать, что Дмитрий Богомазов и его театр «Вільна сцена» вошли в череду самоповторений, жаль, что этот театр попал в ловушку безыдейности, не достигнув, своего пика. Это проблема не только Киева, и не только театра, экономический кризис, который повлек за собой идейный застой, не случайно назвали цивилизационным, в результате него — штиль и затишье отчетливо иллюстрирует нам киноиндустрия, визуальное искусство и литература. Понятно, что ребята из  «Вільной сцены» скованы, кроме всеобщего кризиса, еще и камерным помещением, но  «Крысолов» — их последняя премьера — оказался довольно блеклой копией предыдущих камерных спектаклей Д.  Богомазова.
  • «Токіо/Фестиваль». Театр після Фукушіми

    «Токіо/Фестиваль» театральний фестиваль, що проходить в Токіо щорічно з 28 жовтня по 25 листопада з 2009 року. Театре за підтримки Фонду Ріната Ахметова «Розвиток України» мало змогу відвідати другу половину фестивалю, і дізнатися про стан сучасного театру в Японії.
  • Золотий вішак: хореографія

    В Totem Dance School показали прем'єру Ярослава Кайнара на актуальну тему
  • Невыдающийся спектакль по выдающемуся роману

    Сказать, что поляки недопоняли Достоевского,  — ничего не сказать. «Братья Карамазовы» — вершина не только писателя, но и мыслителя Достоевского, это самое зрелое и кульминационное единение его художественных возможностей, философских идей, христианских сомнений, личного покаяния и обретения Бога в слове. В этом произведении художественное и нравственное, общечеловеческое и сугубо личное так тесно связано, что и читать его стоит сразу во многих интерпретационных плоскостях. Нет более сложного для театра произведения, и по объему, и по характеру
  • Возраст музыкального Барокко. Киев. Июль.

    16 июля небольшой захолустный дворик Киево-Печерской Лавры был заполнен музыкой и людьми — под открытым небом был дан концерт барочной музыки и танца. Инициаторы проекта — музыкальный коллектив «Киев-Барокко» при поддержке студии старинного танца «Джойссанс»

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?