Дан Воронов. ВОШАУТ

 

 

действующие лица

БЕТ (в паспорте Валентина) – девушка 27-ми лет, средний рост, стройная, спортивное телосложение.

МАША – девушка 30-ти лет. Рыжая, немного полновата. Два высших образования. Дизайнер-фрилансер.

ТЁМА – парень 26 лет. Худой. Цветная татуировка на левой руке.

 

 

Украина Киев,

осень 2013.

1/18. Вход в арт-подвал. закат

 

Разрозненная группа людей стоит курит. Приглушенно снизу играет музыка.

МАША не курит, пьет сок из прозрачного стакана.

 

ТЁМА (поднимаясь из подвала): а где Бет? вы опять ушли!

МАША: я Шевченко люблю, «садок вышнэвый волохатий».

ТЁМА: Маш, ну для кого я их пишу?

МАША: бурная бесполезная деятельность. Для себя, Тём.

ТЁМА: думаешь мне эти стихи нужны?

МАША: думаешь мне эти стихи нужны?

ТЁМА: Маша!

МАША: Тёма!

(пауза)

ТЁМА: так где Бет?

МАША: не знаю, её там нет?

ТЁМА: я не видел. Сейчас еще раз посмотрю.

 

ТЁМА уходит в подвал. МАША достает мобильный и звонит. Никто не берет трубку. 

БЕТ подходит сзади и закрывает глаза МАШЕ. МАША разворачивается и обнимает БЕТ. БЕТ приседает, выскальзывает. Убегает в подвал.

МАША медленно спускается в подвал.

 

 

 

2/18. Квартира. Ночь.

 

МАША (в обнимку с БЕТ): Тём, закрой дверь.

ТЁМА (заходит в коридор): меня отсутствия лифта доконает!

МАША (снимает обувь, идет в свою комнату): а ты спортом начни заниматься.

БЕТ: этот дом похоже еще Ленина живым видел.

ТЁМА (разуваясь): давайте фильм про зомби посмотрим?

БЕТ (переобуваясь): фу.

МАША (возвращаясь в коридор): я лично устала и хочу спать

ТЁМА: про зомби-геев. Идет?

 

БЕТ (идет на кухню): у нас вода закончилась

МАША (заходя на кухню): может хватить чай перед сном пить?

БЕТ: он помогает

МАША: не спать?

ТЁМА (кричит из коридора): там есть новая бутыль, под столом

МАША: а почему она под столом?

ТЁМА (заходя на кухню): а почему бы и нет.

МАША: подключи её в кулер

ТЁМА: я утром сделаю.

МАША: сделай сейчас

БЕТ: да ладно, у меня в термосе еще немного осталось

 

МАША (идет в комнату БЕТ- ТЁМЫ, они идут за ней): я, кстати, прочитала что заниматься сексом ночью это стереотип. В смысле что людям свойственно заниматься сексом ночью вот это стереотип. Ничего им такого

БЕТ: будешь чай?

МАША: не. не свойственно. Конечно мы можем когда угодно, но ночью так не удобно. Уставшие за весь день мы. И стереотип этот из-за того, что почти все работают днем. Общество такое. Свободное время только по ночам. Вот так. А секс ночью не тот.

ТЁМА (садится на свою кровать): я буду спать

МАША: а кино?

БЕТ: идем наверх. Я ноут взяла

ТЁМА: не, я спать.

МАША (берет плед, открывает дверь на балкон): как хочешь.

БЕТ (выходя за МАШЕЙ на балкон, закрывает дверь): как ты думаешь, экспрессионизм - это живопись?

МАША (лезет на крышу по лестнице): ну это по определению живопись. Тут другой вопрос, что нарисовано. Когда нарисована реальность ты легко можно сказать похоже это или нет. (БЕТ лезет за МАШЕЙ) А когда нарисовано эмоциональное состояние автора или мысль ну откуда ты поймешь он честно свое состояние передал или нет. Любой может сотворить объект и сказать, что вот такое у него внутреннее состояние. А оно не такое.

 

Садятся на скат крыши. Укрываются пледом.

 

БЕТ: ну я не знаю. То, что я делаю это похоже на детские рисунки, а не на настоящие картины. Получается мое проявления меня оно в пустую, оно не на что не влияет. Мне кажется это вообще не воспринимается как объект искусства. Вот кому я смогу это продавать?

МАША (показывая вниз на памятник Ленину): смотри я сейчас могу его сфотографировать и кому это интересно? Та никому. У каждого есть инстаграмм. А ты нарисуй весь этот ужас и страх или что там у тебя он вызывает. Желтые листья и внутри пятно отвращения. И лично мне это интересно. Что для тебя ужас.

БЕТ: как-нибудь нарисую. Смотрим фильм?

МАША (обнимает БЕТ): нет. что-то я устала. Я пойду спать.

БЕТ: а я еще посижу. (целуются)

МАША: хочешь колыбельную спою?

БЕТ: хочу

МАША (поет поглаживая БЕТ):

Ой ну, коту, коту,

Та й наробив шкоду.

Заховався в куточок,

Тільки видно хвосточок.

Стала баба кота бить:

- Не вчись, коте, красти,

Та вчися робити,

Черевики шити.

Кота, кота, коточок,

З'їв бабин медочок,

Та ще й каже:

"То не я,

То бабине котеня".

МАША (спускаясь по лестнице): только не сиди долго, потому что ночи уже прохладные

БЕТ (открывая ноут): я не хочу наступление зимы.

 

 

Зима 2013.

3/18. Крыша над квартирой. вечер

 

Звонок мобильного БЕТ.

 

БЕТ (телефону): принять

БЕТ: да мама, я занята.

МАМА: это срочно!

БЕТ (смотрит вниз, где вокруг памятника Ленину толпятся люди): знаю я твое срочно.

МАМА: вот чем ты можешь быть занята?

БЕТ: чай пью, вкусный.

МАМА: это не занятие, это тунеядство. Сколько тебе раз говорила найди себе работу нормальную, учителем иди в школу, у тебя же образование есть.

БЕТ (смотрит как люди накидывают петлю на Ленина): мам, что ты хочешь или я отключаю

МАМА: твой брат в больнице

БЕТ: у меня есть брат?

МАМА: доця, прекрати паясничать. Это серьезно

БЕТ (смотрит как люди тянут за веревку Ленина): и что с ним?

МАМА: да я сама толком не знаю. Друг говорит, что шли они вместе в общагу. Потом он вышел куда-то, то ли

БЕТ (смотрит как люди еще упорнее тянут за веревку Ленина): кто вышел, брат или друг?

МАМА: брат твой, доця, вышел с кем-то поговорить то ли еще что-то. А его встретил кто-то или они давно поругались с кем-то. Я не знаю почему. И звонит он после этого другу, брат твой другу звонит и говорит, что он, брат твой, что ему плохо.

БЕТ (смотрит как памятник шатается, но пока держится): да да продолжай

 

Звонок закончен. БЕТ смотрит на телефон. Звонок.

 

БЕТ (телефону): принять.

МАМА: что-то оборвалось, ты же приедешь, доця? Приезжай мы так давно тебе не видели.

БЕТ (смотрит как памятник падает): что с братом?

МАМА: ничего не слышу. Что у вас там за праздник?

БЕТ (громко): что с братом, спрашиваю?

 

МАМА: он звонит и говорит, он – брат твой. Его ножом ударили. Он в крови весь. Друг говорит, что он не говорит, а мычит. Это он другу звонит. Что он всё понял, он это друг, он сразу вниз. А там уже лужа крови. Забрали его в скорую. Его – брата твоего.

БЕТ: мам, я ничего не понимаю. Это серьезно?

МАМА: я же тебе с самого начала говорю. Серьезно всё. Он в беду попал, не говорит, что-то такое с ним доктора делают. Сначала в одной палате был, потом в другую перевели. Я все свои деньги, что на черный день отложила, отда

БЕТ (внизу люди поют гимн): ой, мам. Давай я перезвоню.

 

МАМА: доця, доця, постой, а у тебя деньги отложенные есть? Как говорил Владимир Ильич «помогай ближнему своему».

БЕТ (наливает с термоса чай): ну как бы как тебе сказать ну да немного да есть, но немного совсем

МАМА: а когда сможешь прислать?

(пауза)

БЕТ (пьет чай): так приезжать или прислать деньги?

МАМА: прислать же быстрее. Давай присылай. Это же жизнь. Жизнь твоего брат.

БЕТ (пьет чай): нет, это взятка докторам, которые и так должны свою работу делать.

МАМА: ты пришлешь?

БЕТ: я перезвоню. (отмена звонка)

 

 

4/18. Квартира. Ночь.

 

Комната тускло освещена лампой у кровати Тёмы.

БЕТ лежит, привстает и включает лампу у своей кровати. Машет ТЁМЕ.

 

ТЁМА (снимая наушники): посмотри Громадське, никакое кино в сравнение не идет.

БЕТ: звонила моя мама, сказала брат ранен.

ТЁМА: сочувствую. Смотри, сейчас много такого.

БЕТ: я не знаю, она денег у меня просит.

ТЁМА: раз просит, значит надо

БЕТ: а ты бы дал?

ТЁМА: если бы были, то дал. Ты знаешь я однажды в классе, когда в школе еще малой был, в десятом классе у нас один лежал в больнице. Как-то он попал туда по болезни. Уже не помню, что с ним. Я с ним не часто общался. Даже сейчас не вспомню как он выглядел. Но я пришел к старосте и сказал «давайте ему сюрприз сделаем». И она согласилась. Я купил ватман - на классном часе мы нарисовали солнце. Цветы. Пожелание написали. До сих пор приятно. Хотя он не выздоровел.

БЕТ: так тебя деньги есть?

ТЁМА: нет, Бет. Денег нет. Ты же знаешь. Вон что в стране происходит.

БЕТ: я как-то не замечаю когда ты работаешь, а когда нет. Всё это так незаметно происходит. Может всё-таки немного есть? Или продай ноутбук.

ТЁМА: Сама продай. Деньги у нас только у Маши. Я даже ей долю за квартиру за последние два месяца должен. Она тебе даст.

БЕТ (выключая лампу): хорошо б.

 

БЕТ ложится.

 

ТЁМА (смотрит на БЕТ): Вообще про Машу поговорить надо. Дизайн - бизнес, а не искусство. Это мы тут творческие люди, а она…

 

МАША (заходя): а она что?

БЕТ: мы тебя разбудили?

МАША: Решила узнать у нашего незаслуженного деятеля искусств когда он деньги за квартиру отдаст.

ТЁМА: отдам.

МАША: давай.

ТЁМА: даю. (Становится на кровать) "уж ночь, темно...". - "Так что же, что темно?" "Меня друзья давно уж ожидают, И я, бредя во тьме, могу упасть". В ответ она: "Во тьме лишь зорче страсть. А упадешь, то знай: земля, наверно, К тебе в любви пытается прильнуть...

 

БЕТ (садясь): хватит!

ТЁМА (опускаясь на свою кровать): это не я, это Шекспир

БЕТ: Маш, ты нас слышала?

МАША (садясь на кровать БЕТ рядом): что-то про деньги вы говорили. Родители что в этом месяце тебе не прислали?

БЕТ: не, и похоже, что не пришлют.

МАША: да уж. А куда сбежал заграничный бойфренд?

БЕТ: никуда. Мы, правда, давно не созванивались.

МАША: вот есть повод. Напиши, что тебе нужна небольшая помощь.

БЕТ: Маш, он такой же как мы. Даже хуже - еще работает с утра до вечера. Не хочу ему звонить.

ТЁМА: правильно, раз не звонишь - продай ноутбук.

МАША: Иван на меня давит, чтоб я к нему побыстрее. Да немного денег присылал, чтоб мне легче было накопить на билет. Он совок вообще ненавидит и считает, что нет тут будущего.

ТЁМА: Бет, а там будущее? Ты же его неделю всего видела. Год тому и уже придумали себе до гроба. Скайп этот не считается. Может у него член маленький, или вообще, да ну не знаю, он инопланетянин. Он зомби.

БЕТ: он русский.

ТЁМА: он хоть современные танцы видел? Наверно думает, что ты балет какой-то или латину танцуешь. Что он о тебе знает? Он вообще творчеством занимается?

МАША: Тёма, невлазь!

ТЁМА: была у меня в институте такая одногруппница, которая курса с третьего захомутала там кого-то и свалила. А к пятому курсу вернулась и на любые вопросы мычала «никогда больше». Видимо думала, что в рай едет, что работать ей не придётся.

МАША: Тёма, хватит.

 

БЕТ: мне не на квартиру надо. Даже не так - не только на квартиру. Маш, у меня брата подрезали, он в больнице

МАША: о боже

БЕТ: вот деньги и нужны

МАША: у меня честно нет, я честно помогла бы, я честно хочу помочь. Бет. Я хочу помочь. Но в этом месяце у меня нет даже и за квартиру заплатить. Мне за последний проект так и не заплатили. Кинули уроды. Слышишь, Тём, сам будешь с хозяйкой говорить. Прошлый раз она мне такой разнос устроила когда мы месяц задержали.

ТЁМА: «сам будешь с хозяйкой говорить», не ну не выселит же она нас на мороз.

МАША: по-моему, мы её уже сильно достали.

ТЁМА: может тебе что-нибудь продать?

МАША: может тебя на органы продать?

ТЁМА: ну как вариант. Я помню, у нас в институте одна девушка продавала свою девственность. В итоге на пати по пьянее её кто-то оприходовал и так и не признался. Вот интересно, сколько крови и спермы сдать на квартиру надо?

МАША: ты кончишься

 

БЕТ (включает лампу у своей кровати): а можно маме не посылать.

МАША: что? Не, ну ты что, это же брат!

ТЁМА (подходя к кровати БЕТ): говорят, раньше вон молитвой спасали.

БЕТ: я даже не знаю, что с ним, может они всё врут или всё само решится. Происходят же чудеса сами по себе. Без денег.

МАША: давай ты перестанешь паниковать, а ты стебаться. Молитва не молитва, а у меня было несколько знакомых, которые благодаря рейки-помощи заживляли раны куда быстрее и таким образом, что для докторов это было как чудо. Это практически у меня на глазах было, так что хотя б посылать добрые мысли твоему брату мы можем. Помочь мы ему можем и без денег и никого не продавая.

 

ТЁМА садится на свою кровать, одевает наушники.

 

БЕТ: короче, ты не поможешь.

МАША: Бет, я помогу чем могу. Скинь мне его профиль.

БЕТ (встает с кровати, ходит): ты не поможешь. Я еще не отдала деньги за следующее полугодие занятий.

МАША (вставая): как ты без них?

БЕТ: я вообще Ивану не говорила, но денег на билет мне давно хватает. Просто он каждый раз спрашивает, он давит приезжай и приезжай. Ну бесит меня это. Что я не могу сама выбрать?

ТЁМА (приподнимая наушники): раз уж он не знает, да и твоя мама не знает, а мы знаем давай из них заплатим за квартиру, а тебе Маша через месяц со следующего проекта вернет? И потом ты отдаешь брату. А потом Иван пришлет денег и ты улетишь. Вы соединитесь в единое вечное. И жизнь удалась.

МАША: Тёма!

БЕТ (присаживаясь на кровать): я подумаю.

МАША: ты много не думай. Спи, а утром виднее будет. (выходит)

БЕТ (выключая свет): обычно утром только хуже становится, мне часто так страшно что день заканчивается.

 

МАША возвращается - поднимает ТЁМУ с кровати. ТЁМА с ноутом и в наушниках выходит из комнаты. МАША выключает свет у его кровати и уходит.

 

 

 

5/18. Квартира. день.

 

ТЁМА сидит в наушниках и с ноута смотрит трансляцию.

 

БЕТ (достает из тумбочки у кровати конверт): Тём, где копилка на квартиру?

БЕТ (поднимая взгляд): Тёма!

 

ТЁМА снимает наушники. Звонит мобильник БЕТ.

 

БЕТ (вынимает деньги из конверта): Тём, где копилка?

ТЁМА: что?

БЕТ: на квартиру

ТЁМА: а.

 

Телефон БЕТ перестает играть. ТЁМА достает из-за своей кровати помятый хэнд-мейд домик.

 

БЕТ (подходя забирая домик): что с ним произошло?

ТЁМА: его штурмовали

 

Телефон БЕТ звонит еще раз.

 

БЕТ (телефону): принять

МАМА: доця, ты деньги отправила?

БЕТ (считая деньги): здравствуй мама. Я тоже рада тебя слышать.

МАМА: ему очень плохо.

БЕТ (большую часть денег в домик): да, ты это уже говорила.

МАМА: когда ты деньги пришлешь?

БЕТ (немного денег в конверт): а ты молиться пробовала?

МАМА: ой доця, папу твоего два года как похоронили, а я боюсь до сих пор. Я очень, доця, боюсь. Ты там далеко в столице, а он единственный кто каждые выходные ко мне заходит. Брат твой. (БЕТ прячет конверт в тумбочку) Как и заповедовал нам Владимир Ильич «помогай ближнему своему». По дому. Тут такой бардак. Одни бутылки. А сейчас вон как вышло, врачи говорят, что если бы у вас были деньги мы б и в палату по лучше и операцию быстрее б, а то три дня ждать.

БЕТ: стоп, какую еще операцию?

МАМА: я же говорила

БЕТ: нет, ты не говорила!

МАМА: операция ему нужна и лекарств много. Всё это деньги стоит. А деньги закончились.

БЕТ: успокойся, успокойся. Я сейчас

МАМА: спасибо, доця.

БЕТ: рано еще благодарить.

 

БЕТ откладывает телефон. Быстро достает из тумбочки конверт. Забирает все деньги. Встает одевается на улицу. ТЁМА бросает на неё взгляд.

 

БЕТ идет в коридор. Возвращается в комнату, забирает деньги из домика «на квартиру». Уходит. ТЁМА провожает её взглядом.

 

 

 

 

6/18. Центр возле ЦУМа. день

 

Падает легкий снег. Ходят люди с флагами Украины на плечах, вдалеке кричат со сцены.

 

БЕТ (идет, смотрит по сторонам; в телефон): мам, у тебя есть еще что сказать?

 

БЕТ сталкивается с прохожим, поскальзывается и почти падает.

 

МАМА: Брат твой на грани смерти. Придётся в долги залазить нам. Я же могу на тебя рассчитывать, доця?

БЕТ (с картой в руках, видит банкомат): хватит меня это спрашивать!

 

Толпа кричит.

 

МАМА: что у вас там происходит?

БЕТ (смотрит на неработающий банкомат): мам, у нас всё хорошо

 

БЕТ берет в зубы кредитную карточку и перекладывает телефон к другому уху.

 

МАМА: я не знаю, что ты там себе думаешь, уехала от

 

ДРУГ (пробегая останавливается): эй. (замечает телефон, стоит ждет)

МАМА: всех людей которые тебя любят, кто тебе кроме родных поможет? Как говорил Владимир Ильич «возлюби ближнего своего». Доця, только мы

 

ДРУГ жестами привлекает внимание.

БЕТ кусая уголок карты.

 

МАМА: о тебе заботимся, мы тебя любим, мы для теб

 

ДРУГ жестами привлекает внимание. 

БЕТ сбрасывает звонок с телефона.

 

БЕТ: что?

ДРУГ: а тебе лаве нужно? (не давая ответить) Тут рядом. Идем покажу.

БЕТ: куда, блядь, идем? Ты б поздоровался хотя бы - не знала, шо в Киеве.

ДРУГ: та привезли. В парк тут один. Идем?

БЕТ: ты не видел работающий банкомат?

 

У БЕТ звонит телефон.

 

БЕТ (телефону): отклонить

БЕТ: у меня деньги есть. Шо ты хочешь?

ДРУГ: дело одно тут. Ничего делать вообще не надо, а лаве платят. Лафа. Меня на шарика даже привезли.

БЕТ: мне не интересно. У меня танцы.

ДРУГ: вот правильно, танцы - их же оплачивать надо. Будет больше лаве - будешь больше танцевать. Вообще не время сейчас танцевать.

 

У БЕТ звонит телефон.

 

БЕТ (телефону): отклонить

БЕТ (смотрит на карту, на банкомат, на телефон): а много платят?

ДРУГ: я твой контакт чувачку кину - он тебя наберет завтра. Всё расскажет. Главное скажешь, что от меня, лады?

БЕТ: то есть не много

ДРУГ: ну ёптить, зато ничего не делать.

БЕТ: ничего не делать. Ничего не делать. Блядь.

ДРУГ: что с тобой?

БЕТ: как думаешь ничего не делать это ж не плохо. Я же не виновата, я не вмешиваюсь. Я хуже не делаю. А с чего я должна делать лучше кому-то, делая хуже себе? Пол года без занятий.

 

У БЕТ звонит телефон

 

БЕТ (телефону): отклонить.

ДРУГ: Бет, с тобой всё норм?

БЕТ: всё в порядке... вроде, пока. 

ДРУГ: тогда завтричко про меня ему скажешь.

БЕТ: а что делать?

ДРУГ: та всё сама увидишь. Ничего сложного. Никакого криминала.

БЕТ: я подумаю.

ДРУГ: ты подумай. Лаве лишним не бывают. Лаве - это сила. Это возможность набрать себе личностной силы. Вот как раньше индейцы кактусы нямали и Оли себе в плен брали чтоб силой управлять, так же мы сегодня лаве за пояс кладем. И потом ничего не страшно. Потому что лаве моё как заклинание. Других подчиняет.

БЕТ: Оли?

ДРУГ: Посмотри по сторонам. Та они тут все именно потому что лаве у них нет чтоб в нормальное место переместиться. Они как бессильные духи и призраки мечутся по углам. Это только оболочка, это не люди. Ты думаешь это это люди, а нет. Присмотрись. Это всё не люди. Призраки. Смотри. Смотри. Вот на этого. Смотри. Были б лаве - была бы сила. Лично я первым же самолётом туда к людям, купил б себе квартирку где-то в Италии, пил бы пиво в шезлонге, смотрел футбол с плазмы. Кайфовал. Я бы стал реальным и полным. Человеком. Человеком! Понимаешь?

БЕТ: как ни странно, понимаю. Я всегда чувствую, что вроде всё у меня хорошо, а жизни нет. Вот каждый момент не плохо так. А в общем что-то всё хреново и непонятно.

ДРУГ: это летун, это летун что Кастанеда писал это призрак коммунизма что Ленин писал. Если послушать они вообще одно и тоже говорили и Ленин и Кастанеда. Этот летун еще с первой революции он сейчас тут над нами летает, летает и всё забирает с нас. Тут люди остались пустые. Не люди – оболочки. Высосанные. Я ездил за бугор на финал Кубка – вот там жизнь. Ты где-то ж тоже была?

БЕТ: да, но всего неделю.

ДРУГ (смотря на часы): ай, я побежал в Мариинку, а то скоро подсчет. (убегая) До встречи.

БЕТ: скорее всего нет.

 

БЕТ (телефону): вызвать мама.

МАМА: что случилось, ты в порядке?

БЕТ: мам.

МАМА: что?

БЕТ: мам.

МАМА: что?

БЕТ: мам. Кое что случилось. Я не смогу тебе деньги послать.

МАМА: как это?

(пауза)

 

БЕТ сбрасывает звонок. Вокруг ходят люди с флагами Украины на плечах.

К БЕТ подбегает СОБАКА, на которой повязана ленточка в виде флага. Нюхает  ноги. БЕТ замечает СОБАКУ, пугается, поскальзывается и падает. СОБАКА от перепугу отскакивает. БЕТ лежит и не встает.

Звонит телефон. БЕТ не отвечает, подносит к лицу, смотрит на экран.

 

БЕТ (телефону): принять

МАША: Бет, ты где ты в порядке. Не ходи в центр. Не ходи в центр. Ты меня слышишь? Бет, ты где? Бееет? Уходи оттуда. Ты меня слышишь? Ответь что-нибудь.

БЕТ: Маша

МАША: я дома. Я тебя жду. Пожалуйста вернись Домой. Я тебя жду. Бет. Ты меня слышишь? Бет.

БЕТ (тихо): я тебя слышу. Не истери.

МАША: когда ты будешь?

БЕТ: а если никогда?

(пауза)

МАША: Бет... помнишь про "завтра"?

БЕТ: что завтра?

МАША: я тебе рассказывала. Известная история. В американском магазине вывеска "покупаешь сегодня одну кружку пива, завтра две бесплатно". 

ПРОХОЖИЙ (поднимает БЕТ): нэ забылася?

 

БЕТ кивает ему, слушая в телефон Машу.

 

МАША: вот весь прикол, что купил что-то

ПРОХОЖИЙ: добрэ (уходит в толпу

МАША: пришел на следующей день, а вывеска там та же самая висит.  Понимаешь? весь прикол в том, что на следующей день опять наступает "сегодня". А "завтра" никогда не наступает. Развод, короче, это.

БЕТ: не может быть это разводом?

МАША: Нет бесплатного пива. Да и завтра нет. Понимаешь? Вообще можно говорить, что ничего нет, но мы то есть вот прямо сейчас и если я чувствую что-то то я это чувствую и сейчас я чувствую, что я за тебя переживаю.

БЕТ: зачем?

МАША: Хотя ничего и нет, а забота есть, теплота есть, связь неощутимая есть. Мы есть. Присутствие есть. Поэтому давай быстро бери и уходи оттуда, я же слышу где ты. Куда ты ушла? Бет, домой.

БЕТ: тут что-то происходит

МАША: вот именно, поэтому домой.

 

Подходит девушка с разносом чая, дает БЕТ чай. БЕТ берет машинально. Девушка с чаем идет дальше.

 

БЕТ: я через 15 минут буду.

МАША: договор.

БЕТ: Маш, я не понимаю всё что ты говоришь, но чувствую, что ты хорошая и не только про себя

МАША: самая такая. Давай быстро. (кладет трубку)

 

БЕТ стоит среди ходящих в разные стороны людей. Пьет чай. Смотрит на них. 

 

БЕТ (телефону): вызвать маша.

БЕТ: может я тут останусь?

МАША: нет.

БЕТ: тогда не 15 минут, я в банк деньги брату отослать, а тут ничего не работает. Я куда-то поеду отправлю и потом вернусь к тебе. Я вернусь к тебе.

МАША: только от центра. Хорошо?

БЕТ: будет выполнено

МАША: и купи что-то вкусное еще (кладет трубку)

БЕТ: а денег нет.

 

БЕТ выбрасывает стаканчик, прячет телефон в карман и уходит.

 

 

7/18. Квартира. КОМНАТА. вечер.

 

ТЁМА: ты что все деньги ей послала?

БЕТ (доставая спорт форму из шкафа): ему. Все.

ТЁМА: зачем? Мне теперь с хозяйкой говорить.

БЕТ (запихивая форму в сумку): Тём, а тебя вообще что-то интересует кроме самого себя?

ТЁМА: моё творчество

БЕТ (выходит): вот и твори!

ТЁМА (кричит в коридор): эй. Это я не серьезно. Постой. Давай поговорим.

БЕТ (возвращаясь): знаешь, хорошо, что зла не делаешь. Творчеством занимаешься. Моя мать она мне зла не делала, она отцу зла не делала, она брату зла не делала. Та она никому зла не делала, она просто бухала и спала. Её как бы не было. У нас был призрак матери. Я б никогда ей деньги б не отдала. Я брату отдала. Если б не он, я не знаю, я б эти деньги на билет или за занятия. Никогда бы ей.

ТЁМА: слушай я тебя понимаю. Я просто уточнил.

БЕТ: вот не надо так «просто уточнять» больше никогда, договорились?

ТЁМА: ну ты хотя бы знаешь своих родителей!

БЕТ: ты же говорил, что у тебя родители в Харькове

ТЁМА: да я много чего говорил, но реально я ничего не помню. У меня пустота в памяти. Я не помню вообще ничего, ни откуда я, ни кто мои родители, ни где я учился.

БЕТ: что это за бред ты несёшь? Ты под чем?

ТЁМА: под тобой. Кто все деньги отдал.

БЕТ: то есть ты серьезно это?

ТЁМА: Что такое память? Я придумываю себе варианты прошлого, но их у меня несколько. Я знаю, что это я их все придумал. И тот про Харьков. А настоящего во мне нет.

БЕТ: ты меня пугаешь.

ТЁМА: не пугайся. Так всегда было. Ты на занятие не опоздаешь?

БЕТ (выбегая): ой да.

 

 

 

8/18. РАЗДЕВАЛКА ТАНЦЕВАЛЬНОЙ СТУДИИ

 

БЕТ: у меня тут вопрос с оплатой

ТРЕНЕР: я тоже вот хотел на днях сообщить, что мы поднимаем стоимость

БЕТ: как так поднимаем?

ТРЕНЕР: курс доллара изменился.

БЕТ: при чем здесь вообще курс доллара?

ТРЕНЕР: зря мы так в Евросоюз ломимся. Так что ты хотела?

БЕТ: у меня ситуация. Брат в больнице. Я вчера отправила ему деньги. Можно я вам заплачу через месяц?

ТРЕНЕР: ты уверенна что сможешь через месяц? Такое в стране происходит

БЕТ: ну через два.

ТРЕНЕР: слушай, мне надо точно знать. И в студию как раз нужен новый администратор. Три дня через два с утра до вечера. Конечно много мы не заплатим.

 

У БЕТ звонит телефон. Она сбрасывает.

 

БЕТ: я не буду работать с утра до вечера. Тем более администратором. Кем вы меня считаете? Я человек искусства. Та я лучше уже с вами пересплю.

ТРЕНЕР: мне не нравятся девушки. Я тебе ж помочь хочу.

БЕТ: не нужна мне такая помощь! Мне, блядь, нужна отсрочка оплаты! И девушек пора попробовать, они приятнее!

ТРЕНЕР (тихо): успокойся. За аренду платить - мне тоже деньги нужны.

БЕТ: так найдите где-нибудь эти грёбанные деньги!

ТРЕНЕР: может ты пойдешь и найдешь где-нибудь?

БЕТ: вот и пойду!

ТРЕНЕР: так иди.

БЕТ (выходит): так и пойду!

ТРЕНЕР: как будто бы это мне нужны занятия

 

 

9/18. Квартира. КОМНАТА. день.

 

ТЁМА (проходя мимо кровати БЕТ): по ходу ты на эту страницу смотришь уже тридцать минут.

БЕТ (откладывая ноут на тумбочку): значит она интересная!

ТЁМА (обнимая БЕТ): как там брат?

БЕТ (ложась на ТЁМУ): я не знаю, мать не отвечает.

 

В скайп звонит ИВАН.  БЕТ дотягивается и нажимает отмену.

 

ТЁМА (поглаживая БЕТ): ты же понимаешь, Бет, что нет тех добрых мыслей, спасающих людей. Мы отсюда на туда никак не влияем. Мы можем только с собой что-то делать. А там дальше это воображаемая реальность. Может её никогда и не существовало, а ты её выдумала?

 

ТЁМА снимает с БЕТ футболку. Целует грудь.

В скайп еще звонит ИВАН. БЕТ дотягивается и нажимает отмену.

ТЁМА снимает свою футболку.

 

БЕТ (стягивая с себя штаны): понимаешь, я хочу быть хорошей, (пока ТЁМА целует её тело) но я же знаю, что там далеко есть эти люди и они как-то со мной связаны, что-то ждут от меня и на что-то надеются. Для них я реальная сила, которая если уж не управляет их жизнью, то влияет так точно.

 

Целуются молча. В скайп еще звонит ИВАН.

БЕТ снимает с ТЁМЫ штаны и трусы.

 

МАША (заходит в комнату): Бет, выключи звук.

 

МАША наблюдает как ТЁМА снимает с БЕТ трусы. Садится на пол и смотрит на них. ТЁМА и БЕТ занимаются сексом не обращая на неё внимание.

В скайп звонит ИВАН. МАША встает и закрывает крышку ноутбука. Наливает с термоса чай, возвращается и садится на пол.

МАША любуется телами. Оставляет чашку на полу, выходит из комнаты. ТЁМА и БЕТ занимаются сексом. МАША возвращается со скетч-буком и пеналом. Садится на то же место и начинает рисовать.

 

10/18. Вход в арт-подвал. ВЕЧЕР

 

Где-то за поворотом орут «Слава нации – Смерть ворогам»

 

БЕТ: а по почему арт-подвал закрывают?

ТЁМА (поднимаясь): уходит на нужды Майдана. Добровольно-принудительно.

БЕТ: может можно им не помогать?

ТЁМА: ты ж не хочешь быть врагом народа? Я занял нам места.

МАША (обнимая БЕТ): что сегодня?

ТЁМА: на финал будет Бертолуччи «Il Conformista»

БЕТ: помнишь, что я субтитры из далека не вижу?

ТЁМА: да я много чего помню, мы в первом ряду.

МАША: а про что кино?

 

У БЕТ звонит телефон.

 

БЕТ: я отвечу

 

МАША кивает и отпускает БЕТ. Где-то за поворотом орут «Слава нации – Смерть ворогам»

 

БЕТ (отходя): да, говори

ДРУГ: слушай тут какая-то проблема. Я сейчас разбираюсь. За Мариинку нам заплатят немного меньше.

БЕТ: насколько немного?

ДРУГ: так раза в четыре

БЕТ: блядь! Знала…

ДРУГ: радуйся, что заплатят вообще.

БЕТ: так вот радуюсь. Что не слышно? Короче, завтра не приду. Забери мои деньги!

ДРУГ: как это не придёшь?

БЕТ: я не хочу иметь дело с такими людьми. Передашь мне мои деньги, окей?

ДРУГ: нет, это тебе надо самой прийти, иначе лаве не отдадут.

БЕТ: как это не отдадут? Ладно еще раз буду. (скидывает звонок)

 

БЕТ возвращается к МАШЕ и ТЁМЕ. Где-то за поворотом орут «Слава нации – Смерть ворогам»

 

МАША (обнимает БЕТ): ты опять расстроена!

БЕТ: давай не пойдем на фильм?

МАША: а куда тут идти? (подталкивая БЕТ) Идем. Идем.

 

Спускаются втроем в подвал.

 

 

11/18. Квартира. комната. ДЕНЬ

 

БЕТ и МАША лежат в обнимку на кровати БЕТ. Играет релакс-музыка.

 

БЕТ: зачем я отправила маме деньги?

МАША: а что лучше было не отправлять?

БЕТ (целует тело МАШИ): я не знаю.

МАША: перестань себя мучать

БЕТ (целует тело МАШИ): ну почему так происходит?

МАША: происходит и всё.

БЕТ: вот и благовония погасла. Почему всё так плохо?

МАША: хочешь, чтоб я встала зажгла новую?

БЕТ: нет. Останься рядом.

 

БЕТ и МАША лежат, целуются.

 

БЕТ: когда отец был жив мать пропивала часто его деньги

МАША: ты это не ей, это брату помогла

БЕТ: мне кажется он никогда не был счастлив. Я помню своего отца всегда уставшим. Ты вот никогда не задумывалась чьими руками построен дом, в котором мы живем, откуда появились провода у нас в розетке, что у них на другом конце? Это же такие же люди как ты и я поднимали все эти вышки, собирали реактор. Мы так живем сейчас во всем построенном как будто это было всегда. Рисуем дизайны, смотрим фильмы, сами снимаем видео и тонны фот. А они всё это собрали что вокруг стоит. Он на станции работал. И когда взрыв был он тоже там был.

МАША: у них была своя жизнь, у нас другая. Каждому поколению то, что они заслужили

БЕТ: он долго умирал. И всегда был уставшим. И не счастливым.

МАША: ты не он, он не ты. Ты тут со мной. Мы тут счастливы

БЕТ: мы остались без денег и без арт-подвала, я по своей тупости без контемпа, если Тёма будет тупить то останемся и без квартиры.

МАША: это всё внешнее, это не про счастье

БЕТ: немного денег отдадут за политическую проституцию, если отдадут вообще, и этого хватит только на занятия, либо только на квартиру. За квартиру и то не хватит. Может мы переедем куда? Или продадим что-нибудь? И что делать с танцами я тоже не понимаю.

МАША (целует тело БЕТ): успокойся, всё само наладится.

 

БЕТ: я всегда чувствую, что чего-то не хватает

МАША: внешнее это только внешнее. Квартира, деньги. По-моему, ты заморачиваешься. Что сделала, то сделала.

БЕТ (целует тело МАШИ): как перестать делать всё не так?

МАША: ты что-то делаешь так, что-то не так. Это свойство жизни.

БЕТ: каждое мое действие, каждое решение ошибочно. Я знаю, что сделаю не так.

МАША: не может такого быть, это всего лишь напряжение в тебе – его можно снизить изменив что-то снаружи, а можно и внутри.

БЕТ: Маш, иногда ужас сковывает меня. Сковывает меня полностью, сковывает по рукам, ногам и мозгам - неужели совсем нет выхода? Вокруг столько людей и никто не может помочь? Где выход? Почему мир такой чужой? Где люди вообще?

МАША: Бет, посмотри на меня. Я тут. А ты где?

 

БЕТ целует МАШУ.

 

БЕТ: у меня ощущение что я опять всё испортила.

МАША: если бросить привычку всё усложнять, то легко понять, что жизнь - это радость. Попробуй отдаться моменту. Перестать думать.

БЕТ: я не могу перестать думать. Может у меня есть хоть один маленький шанс всё изменить, на всё повлиять и сделать как должно быть.

МАША: мир и так такой каким он должен быть. Он идет по пути Дао.

БЕТ: Но когда начинаю делать, понимаю, что не могу вообще ничего. Я постоянно жалею о принятых решениях. Я знаю, чего я хочу, но оно не приходит никак.

МАША: ну откуда мы можем знать, что мы на самом деле хотим?

БЕТ: может ты права. Хочу быть, но непонятно с кем. Не знаю, я уже отчаялась найти ответ

МАША: может ответа нет?

БЕТ: но он должен же быть.

МАША: кому должен?

 

МАША целует БЕТ. БЕТ целует МАШУ. Гладят тела друг друга.

 

МАША (поет):

When I find myself in times of trouble

Mother Mary comes to me

Speaking words of wisdom, let it be

And in my hour of darkness

She is standing right in front of me

Speaking words of wisdom, let it be

Let it be, let it be

Let it be, let it be

Whisper words of wisdom, let it be

Let it be

 

БЕТ: ты говоришь, что ответа нет, а сама мне предлагаешь ответ.

МАША: я не говорю, что ответа нет.

 

 

12/18. Квартира. комната. вечер

 

БЕТ сидит на своей кровати.

 

ТЁМА (принося тарелки с едой): а откуда ты знаешь Машу?

БЕТ (беря тарелку): я помню ты там что-то про свою память говорил.

ТЁМА: это я шутил. Как вы с ней познакомились?

 

ТЁМА ест.

 

БЕТ: не похоже было. С какого момента ты не помнишь?

ТЁМА: Да я помню, нет никакого момента. Ты предложила нам жить с Машей, но ты никогда не говорила откуда её знаешь.

 

БЕТ ест.

 

БЕТ: То есть у тебя с памятью всё в порядке?

ТЁМА: Ну не совсем всё. Я никогда не мог понять твоё отношение к ней. Почему Маша вообще нас терпит и с нами общается?

БЕТ: А что не в порядке?

ТЁМА: Она всегда такая позитивная, радостная. Ей надо свою секту создавать.

БЕТ: Я про твою память! Что «не совсем всё»?

 

БЕТ ест.

 

ТЁМА: Не было никакого момента потери памяти. Просто постепенно заметил, что у меня два разных варианта детства. События разошлись в две линии. Ты не поймешь!

БЕТ: ты продолжай.

ТЁМА: потом стали приходить еще варианты прошлого и теперь их много и они все одинаково реальны или одинаково не реальны для меня

 

ТЕМА ест.

 

БЕТ: то есть ты всё-таки знаешь откуда ты?

 

ТЕМА ест молча.

 

БЕТ: Тём?

ТЁМА: они все ложные, я не ощущаю ни один как настоящий, как тот что про меня. У меня всегда есть несколько версий произошедших событий.

БЕТ: это, наверно похоже на то как я думаю о будущем. Я придумываю себе несколько вариантов, но все они какие-то не такие и я не могу выбрать и всегда сомневаюсь, хотя иногда быстро делаю выбор, но потом хочу его поменять.

ТЁМА: вот да похоже

БЕТ: а если бы я их не придумывала, то и не парилась бы.

ТЁМА: ну без вариантов вообще стрёмно. Мне кажется больше выборов лучше, чем их отсутствие.

БЕТ: у тебя много вариантов только с детством?

ТЁМА: нет. Я помню эту квартиру и что с ней связано как настоящее, что было до неё и откуда я приехал у меня много вариантов.

БЕТ: может ты маньяк? Что-то страшное сотворил и забыл. Психологическая защита. Что у тебя в паспорте написано, кто ты?

 

ТЁМА ест.

 

ТЁМА: не хотелось бы. Паспорт я гуглил и ничего не нашел. И имена родителей. Я не имя не помню - имя одно, а вариантов прошлого много.

БЕТ: или может это чужие воспоминания стали твоими, у тебя набор чужих прошлых.

ТЁМА: по-моему это всё эзотерическая фигня. Обычное расстройство памяти. Я когда пробовал находить факты на подтверждение того, что я помню то ничего нет. Гуглю людей – и их нет. Ты представляешь какое это ощущение? Я знаю человека, знаю много о нем, помню кучу подробностей и как мы вместе радовались и смеялись. Как отношения строили. Как его зовут. А этого человека нет. Нет никаких подтверждений что он существовал. Нет даже похожих профилей в социальных сетях. Нет. Её нет. А может это другой человек был, а я помню её.

БЕТ: ты пробовал лечить?

 

БЕТ ест.

 

ТЁМА: да я помню четыре варианта где я лечился. Я не хочу про это рассказывать. Я не хочу быть ненормальным! Маша когда свой даосистский бред несет о существовании только сейчас она в чем-то права.

БЕТ: расскажи Маше что с тобой. Она поможет.

ТЁМА: у меня вот подозрения, что она меня знает откуда-то.

БЕТ: так спроси.

ТЁМА: я не хочу этого знать. Как придёт время – спрошу.

 

ТЁМА ест.

 

БЕТ: я иду на Майдан разобраться что там, идем?

ТЁМА: не - спасибо, я через видео.

БЕТ: это только Маше не говори где я

ТЁМА: а ты про меня

БЕТ: договор. Но через видео ты не можешь влиять на происходящее.

ТЁМА: как будто бы если выйду на улице в каске-маске, то я буду прям влиять.

БЕТ (одевается): я схожу посмотрю

ТЁМА: звони если что

БЕТ (выходит): окей

ТЁМА: учти, люди помощи не ценят.

 

 

 

13/18. Квартира. комната. УТРО.

 

Никого нет. Из-за окна слышны взрыва от гранат. Звонит мобильный.

 

БЕТ (забегает мокрая голая): иду.

 

БЕТ хватает телефон, когда тот перестает играть

 

БЕТ (стоит дрожит смотрит на экран): что?

 

Телефон звонит.

 

БЕТ (телефону): принять

БЕТ: что с братом?

МАМА: доця, надо денег еще на одну операцию

БЕТ: да конечно (сбрасывает звонок)

 

БЕТ идет в ванную комнату. Погружается в воду. Телефон звонит из комнаты.

 

МАША (заходя): телефон.

 

БЕТ и МАША смотрят друг другу в глаза.

 

БЕТ: вот какая от тебя польза?

МАША: вы с Тёмой – родственники.

 

БЕТ и МАША смотрят друг другу в глаза.

 

БЕТ: можешь выйти?

 

МАША выходит из ванной комнаты.

БЕТ доводит себя до оргазма.

14/18. МАЙДАН. ВЕЧЕР.

 

БЕТ (выходит из полевой кухни): никогда столько сала не видела

ОХРАНИК-1: и это всю люди привезли

ОХРАНИК-2: и это наскучит. Иди поспи

БЕТ (садится на самодельную лавку рядом): спасибо, я скоро домой.

ОХРАНИК-1: вид у тебя не очень. Ты не замерзай.

ОХРАНИК-2: а то нам тут стоять и стоять еще. Иди отдыхай. Береги себя.

Бет (подвигает к себе ящик для пожертвований): спасибо. Я немного посижу и пойду.

ОХРАНИК-2 (подвигает к себе ящик для пожертвований): сиди, сиди.

ОХРАНИК-1: да пусть идет погреется. Пожалуй, я тоже поду. Идем со мной?

БЕТ: спасибо, я в порядке.

ОХРАНИК-2: слава Украине

ОХРАНИК-1 (уходя): героям Слава.

 

БЕТ сидит молча, смотрит на деньги за стеклом.

 

БЕТ: вы тут давно?

ОХРАНИК-2: да

БЕТ: а зачем?

ОХРАНИК-2: не могу спокойно сидеть дома когда такое зло совершается.

БЕТ: вы думаете мы что-то с этим сделаем?

ОХРАНИК-2: это же из нашего немого согласия всё стало. Сидели вот в своих хатах с краю и досиделись до божей кары. Почему мы столько бездействовали? Почему? Янукович спустился на нас с небес.

БЕТ: поднялся из преисподней.

ОХРАНИК-2: да я так и говорю - кара это и если мы дальше будем молчать, то вся наша нация исчезнет. Как будто бы нас никогда и не было. Если ты ни на что не влияешь – тебя нет. А ты посмотри на нас. Грыземся между собой. Вот ты откуда?

БЕТ: из Симферополя, но в Киеве живу. Вы не устали?

ОХРАНИК-2: нет нет. Вот ты из далека, а тут находишься. Для общего дела. Для великого дела.

БЕТ (смотря на ящик с пожертвованиями): а вы тут до когда?

ОХРАНИК-2: я тут до самого конца. Только победа. Я никуда уже не уйду с этого места, пока все виновные не будут найдены и наказаны. Только победа. До самого конца. Я тут.

БЕТ: понятно.

ОХРАНИК-1 (подходя): давай я тебя сменю, иди погрейся.

ОХРАНИК-2 (уходя): слава Украине.

ОХРАНИК-1: героям Слава.

 

Сидят молча.

 

БЕТ: вы бы могли мне помочь? У меня близкий человек ранен, мне денег надо.

ОХРАНИК-1: я ж в первый день все свои деньги тут и отдала на нужды Майдана. Я тут сплю и кушаю теперь тут. Тут и лекари есть.

БЕТ: а может из ящика пожертвований?

ОХРАНИК-1: ты что? Ты понимаешь эти деньги не только тебе надо. Это на общее дело. Дело, которое больше чем я или чем ты. Чем твоя или моя жизнь. Это почти святые деньги.

БЕТ: давайте поделим пока никого нет

ОХРАНИК-1: что?! еще одна такая мысль и выкину тебя за баррикаду. Титушка. Одумайся. Зло не Янукович, зло внутри нас. Тебя. Зло не Янукович! Ты хочешь красть как и они, хочешь добыть свое благо за счет других? Подумай, что ты хочешь? Куда тебе это всё приведет. Есть выбор!

 

БЕТ встает и отходит. Смотрят друг на друга на расстоянии.

 

МУЖЧИНА (подходя к самодельной лавке): можно?

ОХРАНИК-1: да конечно.

МУЖЧИНА присаживается.

 

БЕТ (подходит, садиться и говорит через МУЖЧИНУ): да я согласна что люди хотели, как лучше когда бросали деньги в этот ящики, они хотели помочь и поменять свою страну. Но сейчас я тоже нуждаюсь в помощи. Да может быть я внутри себе надумала что я лучше многих этих бомжей. В таком случае, я прошу прощения что хотела украсть деньги. Но деньги мне нужны тоже. Я тоже часть этой страны.

ОХРАНИК-1: вот не зря тебя доля сюда привела. Ты можешь стать лучше через подвиг над собой. Ты думаешь я святая? Я ой сколько всего на своем веку понатворила. Но если мы продолжим это делать, плодить зло мы его никогда не победим. Наступает момент, когда надо остановится, развернуться и пойти на свет. Вместе.

ОХРАНИК-2 (подходя): вместе и до конца.

ОХРАНИК-1: вместе умрём.

 

МУЖЧИНА: я в Киеве 15 лет не был.

ОХРАНИК-1: наверно ничего не узнали?

МУЖЧИНА: думал еще тогда в 2004 что всё интересно пропустил, а нет. История повторяется. Опять страну исправляем.

ОХРАНИК-1: я в 2004 тоже

 

ОХРАНИК-2 отходит.

 

БЕТ: я наверно пойду

ОХРАНИК-1: слава Украине.

БЕТ (встает): героям Слава.

МУЖЧИНА: а что вы про помощь говорили?

ОХРАНИК-1: ничего. Так вот в 2004-ом

БЕТ: у меня брат ранен и в больнице.

ОХРАНИК-1: она врет

БЕТ: зачем мне врать?

МУЖЧИНА (доставая кошелек): смотри я сейчас дам тебе денег. Дам не потому что я тебе верю, а потому что хочу тебе верить. Я много лет хотел верить в свою нацию, в свою родину, в своих людей.

ОХРАНИК-1: не надо ей давать, вот ящик для пожертвований. (подвигает ящик)

МУЖЧИНА (достает пачку евро): Не то, чтобы мне их не жалко – жалко. Только это

 

ОХРАНИК-1 (встает): ану пошла отсюда

БЕТ (берет деньги): спасибо. Вы спасли жизнь.

ОХРАНИК-1 (поднимая кусок дерева): титушка, положи деньги в ящик. Быстро!

БЕТ: это мои деньги

ОХРАНИК (обходя сбоку): вот и сделай доброе дело. Деньги в ящик!

МУЖЧИНА: вы что делаете?

 

Подбегает ОХАРНИК-2. БЕТ бежит на бок. ОХРАНИК-1 тянется и ударяет её палкой по плечу. БЕТ кричит, клонится, но продолжает бежать.

ОХРАНИК-1 смотрит в сторону БЕТ, потом на ящик для пожертвований и МУЖЧИНУ, возвращается. ОХРАНИК-2 бежит за БЕТ.

 

 

 

15/18. Квартира. комната. ВЕЧЕР.

 

ТЁМА: сильно болит?

 

БЕТ лежит на кровати лицом в подушку.

Звонит телефон. На ноут на тумбочке звонит скайп ИВАН.

Телефон замолкает. Скайп замолкает.

 

БЕТ (поднимается с кровати): ой.

 

На ноут на тумбочке опять звонит скайп ИВАН.

ТЁМА выходит из комнаты.

БЕТ берет телефон.

 

БЕТ (телефону): вызов тренер

 

Гудки занято.

БЕТ ходит по комнате.

 

БЕТ (телефону): вызов тренер

БЕТ: добрый вечер. Я прошу прощение за свое поведение. У меня деньги появились. Я немного ушиблась, но это ничего. Можно?

ТРЕНЕР: хотел тебе сообщить, что студия закрылась, а я перемещаюсь в Штаты.

БЕТ (тихо): спаси-бо

 

БЕТ держит кнопку сброса так долго, что телефон выключается полностью.

Скайп перестает звонить.

 

БЕТ с телефоном в руках хромает в легкой одежде на балкон, где лежит снег.

Звонит скайп ИВАН. БЕТ стоит на балконе.

БЕТ возвращается в комнату и отвечает на скайп.

 

ИВАН: ты жива?

БЕТ (кивает): да

ИВАН: Там война? Ваш дом не подожгли?

БЕТ (кивает): да

ИВАН: ты не ранена?

БЕТ (кивает): да

ИВАН: что с рукой. Срочной уезжай. Я тут занял денег у кого смог. Сейчас переброшу реквизиты перевода

БЕТ (кивает): да

ИВАН: они в чате – открой Скайп на телефоне. Разбирайся срочно с самолетом. Можно лететь через Лондон.

БЕТ (кивает): да

ИВАН: всё будет хорошо. Мы потом всё отработаем. Главное, что вместе.

БЕТ (кивает): да

ИВАН: как будет известно скинь мне время прилета

БЕТ (кивает): да

ИВАН: всё, до связи.  (закончил звонок)

 

БЕТ встает, выкладывает из шкафа вещи на кровать. Достает дорожную сумку.  Пакует в неё вещи. Идет в ванну.

 

БЕТ (кричит в коридор): Тёма?

 

БЕТ возвращается с флаконами и зубной. Пакует в сумку.

Подходит к ноуту. Поднимает телефон. Нажимает включить телефон, тот загружается. Закрывает ноут. Пакует его в сумку. Закрывает сумку.

 

БЕТ (кричит в коридор): Тёма?

 

БЕТ садится на кровать. Застывает. Сидит молча минуту.

 

БЕТ (телефону): вызов мама

БЕТ: в какой больнице брат?

МАМА: зачем тебе?

БЕТ: в какой больнице брат?

МАМА: в крымской республиканской, а что?

БЕТ: я договорюсь о операции. Сама.

МАМА: э доця, ты лучше сначала домой зайди

БЕТ: что я там не видела? (сброс звонка)

 

БЕТ берет сумку и уходит.

 

 

СИМФЕРОПОЛЬ.

16/18. КВАРТИРА МАМЫ. ДЕНЬ

 

МАМА (открывая дверь): о, моя прекрасная доця.

БЕТ: решила сначала к тебе. Что там происходит?

МАМА (давая БЕТ стакан водки): чокнемся

БЕТ (отклоняя): я не пью!

МАМА: так он умер

 

БЕТ опускает сумку на пол. БЕТ поднимает сумку, разворачивается.

 

МАМА (БЕТ открывает дверь): останься, давай поговорим. Надо еще денег на похороны.

 

БЕТ уходит захлопывая дверь.

 

 

 

17/18. АЭРОПОРТ. ДЕНЬ

 

БЕТ (подходя к очереди): вы крайний за билетами?

ПАССАЖИР кивает.

 

БОЕВИК-1 (смотрит на людей): ну я не знаю

БОЕВИК -2 (смотрит на людей): я вот тоже подумал, что он не прав

БОЕВИК -1: надо не других учить жить, а у себя порядок наводить

БОЕВИК -2: тут вопрос что такое себя? Как далеко - во дворе или в стране?

БОЕВИК -1: тогда уже и что такое порядок?

БОЕВИК -2: порядок - это когда всё правильно, когда люди уважают установленные правила

БОЕВИК -1: а сейчас у нас полный беспорядок настал

БОЕВИК -2: я ничего не понимаю, что происходит

БОЕВИК -1: и я тоже

БОЕВИК -2: скоро однополые браки разрешат

БОЕВИК -1: и будем мы с тобой жить вместе (ржет)

 

У БЕТ звонит телефон. БОЕВИК -2 смотрит на неё.

Очередь продвигается на одного человека.

 

БЕТ (отвечая на звонок): Маш, ничего не говори.

 

БЕТ и МАША молчат в трубку.

 

БОЕВИК -2: порядок же умные люди устанавливали, умнее всех нас

БОЕВИК -1: конечно. Сильный прав потому что он сильный

БОЕВИК -2: а в чем сила?

БОЕВИК -1: конечно же в правде

БОЕВИК -2: кто за правду с тем и сила

БОЕВИК -1: наше дело право, выкинем всех бендеровцев!

БОЕВИК -2: лучше уже убьем, а то выкидываешь, а они возвращаются.

 

МАША (шепотом): я на Майдане. (в трубку громко играет «Плеве Кача»)

БЕТ: а Тёма?

 

Очередь подвинулась вперед на одного. Перед БЕТ один ЧЕЛОВЕК.

 

МАША: Бет, всех спасти невозможно

 

БЕТ молчит, слушает в телефон толпу.

 

БЕТ за спинами БОЕВИК-1 и БОЕВИК-2 достаёт из сумки камуфляжную маску, одевает. Достает два пистолета с глушителями. БЕТ обливает из баллончика бензином сумку. Поджигает. Стреляет в БОЕВИКА-1, стреляет в БОЕВИК-2. Оба падают мертвыми. Обливает бензином – поджигает.

Идет в боковой коридор. Убивает еще двух людей в черном. Заходит за угол. Убивает боевика. Подходит к двери в туалет. Приоткрывает. Убивает внутри телохранителя.

БЕТ снимает у себя с пояса топорик и открывает дверь в кабинку. На толчке сидит Янукович со спущенными штанами. БЕТ рубит Януковича. Кровь фонтаном брызжет во все стороны. Бьет топориком меж очей. Тот оседает и умирает. БЕТ забирает черную сумку у его ног. Уходит. Дверь в кабинку медленно закрывается.

ПАССАЖИР купил билет, очередь БЕТ.

БЕТ отходит от кассы. Слушает в телефон Майдан. Телефон сигнализирует о низком заряда аккумулятора.

Достает ноутбук. Звонит в скайпе ИВАНУ.

 

 

ИВАН: да, какой рейс?

 

БЕТ смотрит в монитор. В телефоне слышна молитва с Майдана.

Отводит телефон вниз, но не выключает. Тот сигнализирует о низком заряда аккумулятора.

 

БЕТ: знаешь, ты когда деньги мне присылал раньше их на билет давно уже хватало. Я их прятала. Потом случилось что я их отдавала брату. Я ему всё, что было отдала вместо того, чтоб к тебе прилететь. И вообще я не знаю хочу ли я туда. И скорее всего даже не хочу, у меня есть любимая девушка. Ты многое о мне не знаешь и что тут происходит. Мне кажется моя жизнь не сильно соответствует принятым в российской культуре традиционным нравственным ценностям. Ты уверен, что хочешь меня видеть?

 

ИВАН молчит.

 

БЕТ: я деньги тебе верну. (отключает скайп)

 

БЕТ поднимает телефон.

 

БЕТ: Маш, ты еще там?

МАША: да.

БЕТ: спасибо, что ты… такая. Не знаю, как сказать. Ты же меня понимаешь.

МАША: на самом деле я боюсь, Бет. Я очень боюсь тебя потерять.

БЕТ: не бойся. Я не теряюсь.

МАША: через сколько ты будешь дома?

 

В телефоне БЕТ заканчивается заряд аккумулятора и он отключается.

 

ВЕСНА 2014.

КИЕВ

18/18. Крыша над квартирой. вечер

 

БЕТ лежит на МАШЕ.

 

МАША (к БЕТ): просыпайся кролик.

ТЁМА (поднимаясь на крышу): ты не поверишь.

МАША (обнимая БЕТ): говори

ТЁМА: кстати, деньги за квартиру я отдал. Ты не поверишь, у нас теперь есть завод. Мы когда арт-подвал прикрылся искали новое помещение для сборов и вот теперь целый завод.

МАША: Бет, слышишь, Бет. Тёма будет теперь читать свои отвратительные стихи на заводе.

ТЁМА: у нас вообще теперь не подвал так что планы большие. Я чего хочу, Бет, мы пол одного цеха покроем чтоб контемп танцевать можно было. Я подумал, как раз ты там можешь вести занятия. Ну, что скажешь, будешь вести?

БЕТ (зевая): буду

ТЁМА (смотря на постамент от Ленина): так мне куда больше нравится.
БЕТ (вставая): а вот интересно, могла бы я его спасти?

МАША: ну снова опять. Всё это желание навести порядок, свой порядок. А есть установленный порядок.

ТЁМА: у Арановского в Фонтане он так и не смог создать лекарство от смерти. Не так опасно поражение, как опасна боязнь признать своё поражение.

БЕТ: я хочу его спасти.

ТЁМА: спасти брата или Януковича, Ленина или Иисуса?

МАША (целуя БЕТ): Все, что должно произойти, произойдет своим чередом, ты можешь только безуспешно стараться помешать этому.

ТЁМА: да и Ленин и Иисус они очень похожие вещи говорили, только лежат в разных плоскостях.

МАША: местах.

БЕТ: это только фамилии авторов. А есть ли воля моя изменить?

МАША (целуя БЕТ): зачем ты мучаешься, прими что жить с подчиняющей волей так же хорошо.

ТЁМА: я думаю все наши слова и все действия они подчиняются какому-то автору и под другому быть не может. И если ты не автор ты его не спасешь и мир тебе не изменить. Кто мы такие? Исполнители.

МАША: чего мы хотим?

ТЁМА: присутствовать.

БЕТ: и что это меняет? может искусство может что-то менять?

МАША: нет

ТЁМА: нет

БЕТ: нет

 

КОНЕЦ 

Текст создан в рамках драматургической лаборатории Дэна Гуменного в проекте «Диалоги о драматургии» (куратор - Дан Воронов),


Другие статьи из этого раздела
  • Владимир Снегурченко

    Автор пьес: «Северное сияние», «Шива International», «Человек Ослиные Уши», «ИСТОРИЯ ОДНОЙ ЖИЗНИ: будущее будет (которое было) вчера», «Сиреневая Дверь», «Трюча», «ЧИНГИСХАН. сокровенное сказание или тайна смерти.» и др.

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?