«ИЧЛОМ»

 

Внимание! Список действующих лиц, названия сцен и авторы реплик приводятся исключительно для внутреннего пользования, для удобства режиссера и актеров. Во время читки эти элементы текста не воспроизводятся

 

Бабушка – мать Альки, Инки и Кольки, бабушка Андрея и Генки

 

Алька – мать Андрея и Генки

 

Инка – тетка Андрея и Генки, сестра Альки

 

Колька – дядька Андрея и Генки, брат Альки и Инки

 

Борька – муж Альки, отец Андрея и Генки

 

Андрей – старший сын Альки и Борьки

 

Генка – младший сын Альки и Борьки

 

…а через дорогу в селе живут Павел и Августина, и их дети: Вислава, Владислав, Марчин, Тадеуш, Юзефа, Пётр, Анджей, и внуки: Юзеф, Пулёна, Катаржина, Гунефа, Пётр, Клеофаст, Клементина, Ядзита. А на следующей улице живут Марчин и Гунефа и их дети: Лександр, Бронислав, Кондрат, Пулёна, Мария, и внуки: Томаш, Юзефа, Магдалина, Борис. А еще дальше живут Аркадиуш и Вислава, и их дети: Ядвига, Павел, Радослав, Томаш, и внучка Станислава. А еще дальше, уже на самой околице, живет одинокий старый бедняк немец Кирхер. «Ноги, як у Кирхера», - это означает, что твои ноги от долгой беготни с мячом почернели от пыли и грязи, и их следует немедленно вымыть хозяйственным мылом.

А на их родной улице живут братья бабушки: Пётр, Павел, Марчин, Бронислав, и сестры бабушки: Модеста и Стефана, и парализованная тетка Клемка. У всех их тоже много детей и внуков. А с бабушкой Марией, которая еще совсем не бабушка, а пятилетняя девочка, живут ее отец Филипп и мать Анеля. А совсем рядом живут Марчин и Бенедикта, и их дети: Пётр, Марчин, Ксения, Катаржина и Юзеф. Юзеф, самый младший – это и есть будущий дедушка. Уже в тридцатых Мария Филипповна и Юзеф Марчинович, инвалид Первой мировой, женятся, и у них рождаются Инна, Николай и Галина.

Люди живут и умирают там, пока не начинается война.

 

1.2016

 

Алька Хто там?

 

Генка Я.

 

Алька Хто я?

 

Генка Я.

 

Алька Щас, цЕпочку сниму. Лампа перегорела, нихто и не почешется вставить. Какого черта так поздно? Темно, страшно. Я уже лягать собиралась. Шо, коло подъезда стоял наверно целый час? Позвонил бы, я бы открыла.

 

Генка Не стоял, дверь сразу открыли.

 

Алька Ага, черта лысого. Стоял под дверью, аж посинел весь. Легко так оделся, воспаление легких получить можно.

 

Генка Та нормально.

 

Алька Рано еще эту куртку одевать. Еще заморозки обещають. Еврейские кучки, чи как оно.

 

Генка Та уже тепло.

 

Алька Чая выпьешь? Бери борща поешь. Картошки поешь.

 

Генка Не надо.

 

Алька Дать с собой картошки жареной? Подожди, еще огурцов банку. Вкуснячие.

 

Генка Та не надо.

 

Алька Та подожди, не надо. Надо. На, еще печенья возьми, девку свою угостишь.

 

Генка Немного. Шо за письмо?

 

Алька А, то Колька из Швеции прислал. Я и забыла. Еще не читала.

 

Генка Дорогие мои Аля, Андрей, Гена. Как дела? У меня всё хорошо. А как там у вас? Я уже совсем слепой, так что пишет Стэлла, а я диктую, вот. Тут тепло, вчера ездили с малЫми гулять, погода стоит хорошая, теплая. МалЫе растут, старшая уже скоро выше меня будет. Ну, на фотографиях увидите. Вот такие дела. Заказал себе палку, а то уже ходить стал плохо. Старость не радость, как говорится. Ну, а так всё хорошо. Недавно тут отмечали Пасху. У них она не такая, как у нас, тут паски не пекут. А так тоже празднуют все. Что там у вас нового? Я скучаю по Херсону. А летом на «свалку» в Гидропарк бы ездил или хотя бы на нашу Арестанку. А теперь уже наверно и не увижу той Арестанки. А тут купаться можно. Ну только если ты морж или тюлень. Вода летом холодная, а я люблю жару, вот. Ну, вы и сами знаете. А так у меня всё хорошо. Стэлла хотела меня записать на курсы шведского языка, но оно мне не надо (это папа «выкаблучивается» - Стэлла). Тут весь квартал на русском разговаривает, так что мне шведский и не надо. Кого тут только нет. Со всего Союза бывшего эмигранты. Вот такие дела. Познакомился с одним дедом, зовут Богдан. Он тоже бывший моряк, сам из Владивостока. Так что есть о чем поговорить. Смотрим с ним футбол по спутниковому ТВ. И русские, и украинские каналы – всё есть. Алька, спроси у Генки, как там «Кристалл», когда уже в первую лигу выйдет? Тут на конверте марки, это ратуша и риксдаг, такие вот здания красивые, да. Генка вроде когда-то собирал марки, пусть себе возьмет. А Андрей пусть забирает ту коробку с визитками, что с публичных домов. Как там у вас здоровье, как погода? Надеюсь, всё хорошо. Вот и у меня всё хорошо. Такие дела. Ну, буду я уже закругляться. Стелла, Габэа и Миранда передают всем привет. И я тоже передаю всем привет. Миранда передает свой рисунок, на нем утка и написано Glad Pask. Читается «глёд Поск». Значит – «Счастливой Пасхи», вот так. Целую, Николай.

P.S. Артиллеристы, Сталин дал приказ.

Эриксбери, Бутширка, Васагатан, 33-А.

 

Алька Ну, короче, ничего нового.

 

Генка Ну да.

 

Алька Тебе марки оторвать?

 

Генка Я их уже сто лет не собираю.

 

Алька Андрея вчера опять в колонку отвезла. А то ему плохо, голова кружится, опять всякие образы. Весеннее обострение. На лекарства прорва грошвы уходит, хай оно сказится. А ты еще приходишь просишь, у мамки денег сосешь.

 

Генка Я отдам.

 

Алька Ага, отдам. В четверг, вчера. На вечное отдавание.

 

Генка Я отдам.

 

Алька Работу шукай. Боже-боже, такие работы были шикарные, ты шо. Журналист, грамотный человек, от. И оттуда погнали за пьянку, и оттуда за пьянку.

 

Генка Не было пьянок.

 

Алька Та ладно, а то я не знаю. На блатхате где-то уже полгода живеть, с теми бомжами и алкашами курить, пьёть. На девку всё тратить. Работу ищи, в центр занятости стань. Хоть какую-то копейку будешь получать.

 

Генка Я работаю.

 

Алька Та хуй ты там работаешь. Только гроши у старой мамки просишь: и дай, и дай, и дай. А за трехкомнатную квартиру щас сколько платить, ни черта себе. Не напасешься на вас.

 

Генка Можно Инны квартиру сдавать. Двухкомнатная по три тысячи сейчас в месяц. И однокомнатную Кольки.

 

Алька Та боже сохрани. Аферисты вселятся. И обе хаты продадуть к чертовой матери.

 

Генка Ну какие аферисты?

 

Алька А шо? Вон как у Марии с седьмого этажа квартиру продАли. Напоили, чего-то подмешали. А та уже безголовая шарЭпа документы подписала. Или как я того узбека немытого приглашала, Мухаммеда. Такой вроде сначала хороший квартирант был, а потом твою куртку зимнюю дорогую спиздил, ботинки, шо я купила, совсем новые, спиздил и сбежал. И за три месяца не заплатил, мудозвон злоебучий.

 

Генка Все сдают квартиры, и ничего. А еще лучше продать.

 

Алька Та я на тебя перепишу. Женишься на своей девке, будете жить, как надо. А то шо ж на блатхатах болтаться до старости.

 

Генка Короче, я пошел.

 

Алька Сколько ж тебе надо?

 

Генка Ну, двести.

 

Алька Хай ему морока. Смотри, потом обязательно отдашь. А то и на лекарства надо, и на всё. За хату столько платить, уму непостижимо. Эта макака лысая страшная, в очечках, как его?

 

Генка Яценюк?

 

Алька Яценюк, блядь. И тот, мордатый, Порошенко ебаный, цены на всё поподнимали. А субсидию не оформишь: ты ж на учет в центр занятости не стал.

 

Генка Я работаю.

 

Алька Ага, хера лысого. На, двести рублей. Спрячь в карман, а то выскользнет. На еще двадцать рублей, ездить же ж надо по городу.

 

Генка Не надо.

 

Алька И куртку одевай теплую, бо холодно еще. И шапочку тую, шо я тебе купила, гандонку. Вчера на базар ходила, такой ветер – аж до костей, ты шо.

 

Генка Всё, я пошел.

 

Алька Ну, с богом. Гена, а шо ж ты не говоришь, шо ты в Лондоне был?

 

Генка Та уже три года назад.

 

Алька Ты шо, блядь, Лондон. А я даже в Киеве не была ни разу. Ни разу.

 

2.2015

 

Инка Барты азры марты, марты. Рзы, рзы. Котубяй ката, мата.

 

Колька Та стой, не крутись, ради Христа. Щас эти тряпки высуну с-под тебя, и опять ляжешь.

 

Инка Круты мумы, опумы.

 

Колька Тихонько, тихонько.

 

Инка Абвар гадо, мато. Шихдемо шарана, шарана.

 

Колька Это пиздец. Приходишь, всё обосцаное, обосраное. На тебя простыней не напасешься.

 

Инка Абвар, абвар катуры, недой, тудлой, мине тудой не то.

 

Колька Шо?

 

Инка Тудой мине тудло.

 

Колька Блядь, нихуя не понимаю.

 

Инка Атабыр гара, гара туртула, табар мине каро, каро.

 

Колька Срать хочешь?

 

Инка Та не, барты, барты.

 

Колька Сцать?

 

Инка Та кунды туры, тыры.

 

Колька А шо? Жрать? Щас будем жрать. Токо тряпки зассанные замочу.

 

Инка Тара, тары, тары.

 

Колька Очки? Чи шо?

 

Инка Разъебу ж твою мать.

 

Колька От ей-богу – нихуя не понятно.

 

Инка То то, то то, тато ротиба бураба. Гара коро. Гара корото.

 

Колька Бураба-хураба, блядь. Вроде ж уже и на очко сама ходила, а всё в кровать серешь. Оно мине надо, каждый день сюда переться аж с Северного, говна убирать за тобой.

 

Инка Курды? Атыбы придеть? Алити придеть?

 

Колька Алька? Сегодня не придеть, завтра ее очередь.

 

Инка Та иди ты нахуй.

 

Колька О, а ты еще пиздишь, шо разговаривать не можешь. Можешь, когда захочешь.

 

Инка Бураты буратино воды. Буратино кура, гара мотота.

 

Колька Инка, а матка помирала – так вообще в сознании была. Три дня – и помёрла. Вообще в сознании. А ты ж совсем ёбнулась. От же ж ты скажи, шо значит инсульт, та еще и третий. И живучая ж, блядь, старая выдра. Матка, так тая помёрла, бо уже жить заебало ее. А ты живучая, ну нихуя ж себе. Блядь, молодые с одного раза помирають, а оно ж живучее, шо тая крыса.

 

Инка Ядына, матына. Харата васька табурет, табурет тураду.

 

Колька Щас жрать будем. Котлеты зажарю, яйцо сварю. Котлеты – та ты шо, лучше чем у тетки Модесты были. Та и нахуй их готовить, токо мороки ото с той мясорубкой, с тем тестом, мукой. Купил за три рубля, на сковородку кинул, и всё.

 

Инка Хуру принеси. Такое, такое как арту. Типа артуды, красное-красное.

 

Колька Шо? Дыню принести? Кавун?

 

Инка Та не.

 

Колька Малину?

 

Инка Не, тургады адараба.

 

Колька Малину, блядь, вчера приносил, дохуя осталось. Мошка теперь на ней сидить.

 

Инка Та не, тарудага каратота, каратота синее.

 

Колька Картошки? Полная коробка картошки, по пять рублей взял у бабы на Железке. Красавица.

 

Инка Та не, ради Христа.

 

Колька Та ты скажи четко, блядь, по-офицерски. Морковку?

 

Инка Такое, как галдо, буро-буро. Мокрое.

 

Колька Покажи лапами.

 

Инка Ото, како круглое, мокрое.

 

Колька Синие?

 

Инка Та не, ебать тебя в голову.

 

Колька А шо? Отакое? Длинное?

 

Инка Да, да. Каранты карандаш.

 

Колька Как карандаш? Огурец?

 

Инка Та не. Барата мокрое длинное, красный агата, мата крып.

 

Колька Хуй тебя просцышь. Мокрое? Банан?

 

Инка Та не, барата турам, баракара, зеленый вечук, такое, рябой, рябой.

 

Колька Обезьяна? Как хуй у обезьяны? Хули тебе так смешно?

 

Инка Во-во-во, баракан трубы, как хуй.

 

Колька Кабачок?

 

Инка Да.

 

Колька Ой, блядь. Кабачков принести. Так бы и сказала сразу, нахуй. А их так стушить - та ты шо, объедение. Ай, кабачки. Слава тебе, господи, понял.

 

Инка Отата, баракан, баракан туда, атакан сюда. То то, то сё, замечательно.

 

Колька Ага, сделаю завтра кабачков. Хай еще Алька шото принесеть, а то уже всю пенсию с тобой проебал.

 

Инка Виталик принеси, виталий.

 

Колька Какой Виталик? Той, шо с Сухарки?

 

Инка Та не, виталика турда, турда такая, шоб видеть-видеть.

 

Колька Очки? Ты ж не читаешь, нахуй они тебе всрались.

 

Инка Капто, капто виталия.

 

Колька Телевизор?

 

Инка Като отада, на карте, на карте оно.

 

Колька Радио? А ну покажи на газете.

 

Инка Ато работа, которо виталики.

 

Колька Блядь, фотографии. А жрать када?

 

Инка Виталики. Виталики.

 

Колька Ну хуй с тобой. От это какой? Пидисят восьмой год, я на Красной площади, блядь. Блядь, двадцать три года пацану было, та ты шо. Тока с рейса пришел.

 

Инка Мурада хара, комар дурной, ой дурной, блядь.

 

Колька Та хуй там, дурной. Як той Ален Делон был, всех переебал, от ей-Богу.

 

Инка Дурной барата, шрату, шрату.

 

 

Колька А вот. Наверно тоже пидисятые. Чи уже шидисят какой-то. Это ж ты с Алькой? А это хто? Людка Павловская? Хай бог милуить. От мода была. Понацепляли хуйню какую-то на голову, типа пизды навыворот. И на танцы. А это Андрей чи Генка? Блядь, слепой, нихуя уже не вижу. А, это Андрей, малой еще. С Борькой, блядь. В Комсомольском парке. А это Генка. От цЫган есть цЫган, шо ни говори. Инка, от не Марковский он, я не дам спиздеть. Бо Марковские красивые, а это румын ебучий. О, а это матка. В шубе тетки Клемки. От состарилась матка быстро, хай бог милуить. И ото ж война, голод, та ты шо. И трех нас высрала. А оно ж потом кормить, убирать, воспитывать. Нахуй оно было надо, трех высрать. О, это ж мы еще перед войной. Дети подземелья, нахуй. Как у Короленко. Та и лысые все, грязные. Бо вши ж были, прости его господи.

Инка Аты, аты, туда блядь айды.

 

Колька А щас уже фатапарата и не надо. Такой как бы компьютер блядь, наводишь куда надо – щелк, и оно уже готово. И сразу можешь в Стокгольм выслать, от хай мне хрест. Блядь, там же ж котлеты уже сгорели. Та не, успел, не сгорели. На, жри. На яйцо. Не хочешь яйцо? Хлеба дать? А шо дать? Сыра дать? Коварничаешь еще.

 

Инка Красота, красота, та ты шо.

 

Колька Та, ты шо. Как в ресторанах. Шо, альбом уже смотреть не будешь? Тут положить? Нахуй он тебе всрался. Лежи и спи давай. А я почапал. Бо на свалку опоздаю. Блядь, уже третий час, а я тут с тобой копошусь. Там уже Гидропарк нахуй забитый теми мудозвонами ебаными. Смотри, с куросадни своей не вставай, тебе рано еще. Наебнешься нахуй об стуло чи об край стола и сдохнешь.

 

Инка Ну, с богом, с богом.

 

Колька От нахуя ты вчера вставала, на кухню поперлась? Делать нехуй? Хорошо хоть Лизка с пидисят пятой дверь открыла, до куросадни дотащила. Чи ты уже и не помнишь?

 

Инка Адада, а лизочка абра, абра.

 

Колька Та да. Грошей ей сто рублей дал, сумку модную канадскую, ты шо. Девке молодой, и на пляж сходить, и вообще. Заслужила.

 

Инка Адада, адада, господи боже мой.

 

Колька Срать и ссать будешь в клеенку, токо не отлепляй ее, а то опять отстирывай после тебя. ПриподнЯлась, жопу развернула и сцы себе или сри. А на кухню – не дай бог, рано еще ходить.

 

Инка Та я ж могу, могу. Хорошо-хорошо, черт его знает.

 

Колька Черт, черт. А в простыню срёшь. Зла не хватаить с тобой. Та и так сри, аккуратно, по чуть-чуть. Всё равно всего говна не высрешь, прости меня господи.

 

Инка Та я хорошо, я хорошо могу.

 

Колька Инка, от ты помрешь нахуй, а я куда потом? С Алькой и не попиздишь как надо. От с тобой мы как пиздим - целый день прошел. А с Алькой и не попиздишь. И с Андреем нихуя не попиздишь. А этот Муму – вообще одоробало, молчит как жопа в голодный год. Так шо ты помрешь, так я к Стэллке в Швецию. А шо мине, тут доживать? У Альки Андрей, Генка, от. А у меня токо в Швеции Стэллка и внучки. Продам нахуй каюту и в Швецию.

 

Инка Иди уже нахуй.

 

Колька От черноротая. Как матюкаться, так матюкается, як той Мишка, боцман с «Веры Засулич» - всё понятно. А де ж ключи, блядь? Ебана в рот, всё обыскал – нема. Ебать его трижды в сраку. Инка, в этом году уже третие ключи теряю, от клянусь богом. Уже пятьсот гривен потратил на них нахуй, на тее замки, хай оно сказится. И документы все потерял. И паспорт. И паспорт моряка, ты шо. Забывака стал, это ж уму непостижимо. А, вот они, блядь. Всё, я в рейс отчалил. Кабачков завтра куплю.

 

3.2008

 

Андрей Новый Оззи вышел. Серега скачает. Надо флешку ему дать. Интересно послушать, шо там нового. Говорят, хороший. Та у него всё хорошее. Отлично, отлично. Короче, завтра дам флешку, новый Оззи Осборн. Вот так. Как там «Блэк Сэббэт»? «Финишд виз май вомэн коз ши куднт хелп ми виз май майнд». «Параноид», ага. «Параноид». Ну то уже давно, то «Блэк Сэббэт», семидесятый год. Второй альбом. Оззи Осборн – вокал, Тони Айомми – гитара, Терри Джизер Батлер – бас-гитара, Билл Уорд – ударные. Классический состав «Блэк Сэббэт». Классический состав «Блэк Сэббэт». Первый альбом – тысяча девятьсот семидесятый, так и называется - «Блэк Сэббэт». Потом «Параноид», тоже семидесятый. Третий альбом – «Мастер оф риалити», семьдесят первый. Потом «Волум четыре», четвертый альбом, тысяча девятьсот семьдесят второй. А дальше? Этот, как его. Ну да, пятый альбом. Интересно, шо там у Оззи нового. Говорят, отличный альбом. Не, ну уже не «Параноид», то классика. Ну тоже неплохой вроде бы, Серега говорит, неплохой. Интересно, как называется. «Параноид», да. Классика. Классика мировой рок-музыки. Классика мирового рока. Оззи Осборн, Тони Айомми, Терри Джизер Батлер, Терри Джизер Батлер. А еще кто? А, ну да, Билл Уорд. Классический состав «Блэк Сэббэт». Поставлю «Параноид». Ну ладно, сколько его можно слушать. Сколько его можно слушать. Или поставить? Та ладно, в следующий раз. В следующий раз. Лучше прилягу, а то голова болит. Оззи Осборн, да. Настоящее имя - Джон Майкл Осборн. Родился третьего декабря тысяча девятьсот сорок восьмого года в Бирмингеме, Англия. Новый альбом выпустил, да. Продолжил сольную карьеру. Успешную сольную карьеру. А «Блэк Сэббэт» взяли сначала Яна Гиллана, потом Дио. Ронни Джеймс Дио, вокал. Ну шо ты молчишь, блядь? Куда, там дождь. От нахуя так дверью стучать? Стучит он. Стучит он. Нахуя ж стучать. Пошел, а там дождь. Там же ж дождь валит. Там дождина валит. Ливень. Классический осенний ливень. Классический ноябрьский ливень. Классический осенний ноябрьский ливень, блядь. Нахуя мне тот новый Осборн, черт его знает. Хер его знает. Новый Оззи Осборн, да. Новый альбом выпустил. Ну и шо? Оно мне надо? Немного полежу, а то голова болит.

 

4.1998

 

Инка Колька, сидай жрать. Правда, ничего такого нема.

 

Колька Та и хуй с ним. Мине ничего такого ресторанского и не надо.

 

Инка Та шо ты пиздишь. Тебе ж и выварки мало.

 

Колька От ей богу. Будет один хуй без соли – сожру хуй без соли. И хватит.

 

Инка С утра на ногах. То то, то то. Копошусь возле плиты, как курва прОклятая.

 

Алька Инка, от ты прибацаная. На чёрта оно тебе надо, прилегла бы отдохнула.

 

Колька Ага, каждому угождать. Попривыкали.

 

Инка Та шо угождать, угождать. Жрете, как тее крокодилы. Одна морока с вами.

 

Алька А я б никогда не стала так мудохаться, от тебе хрест.

 

Колька От и правильно.

 

Инка Та ты, Алька, всегда ленивая была. В тетку Клемку пошла.

 

Алька Юшки бы налИла жидкой – и телевизор смотри. А то потом то давление, то сердце.

 

Инка Ну как, Колька? Это такой суп ленивый.

 

Колька Хороший.

 

Инка Картошки еще наложить?

 

Колька Чуть-чуть. Хватит, хватит.

 

Инка На еще котлету.

 

Колька Та уже некуда. Ну давай еще.

 

Инка Там еще моторженики со сметаной.

 

Колька Ну попробовать надо.

 

Алька Ой, а шо ты шубы так навалила? Я шо, кашалот?

 

Колька А еще суп есть?

 

Инка Тьфу ты, господи. На.

 

Колька Юшки побольше. Всё, хватит.

 

Инка Сегодня на базаре горбатых – как туча черная. И де у них тее гроши. А всё прибедняются.

 

Колька Ага. Пенсионеры ёбаные. На них еще пахать можно.

 

Инка И скупляются, и скупляются, и черт их не хватить.

 

Алька Тут каждую копейку канадИшь.

 

Колька Пидарасы.

 

Инка От как в сорок седьмом было. Батька лабуды коровам нарветь в плавнях, а нам и каши той постной не хватаить.

 

Алька И жили ж.

 

Инка А щас дохуя всего, а они всё плачутся, як та плачёнца Магдалена.

 

Колька Шо там, с чем пироги?

 

Инка Тю, будь ты богами проклято. На, жри.

 

Колька Это шо, с абрикосой? Я такие не люблю.

 

Алька Колька, шо ты коварничаешь.

 

Колька От с сыром – да.

 

Инка Хорошо хоть тогда батька вино на заводе пиздил. Хоть шото в дом приносил.

 

Алька А тогда ж ты шо – расстрелять могли.

 

Инка Та, не дай господь. То ж при Сталине, ты шо.

 

Колька Передай эту, как ее. Блядь, горчицу.

 

Алька Ой, боже-боже, он ото с осколком в спине тащить тее мешки с вином.

 

Колька И ни разу не заметили. Ни разу.

 

Алька Инка, а де он тогда работал? Не на пивзаводе?

 

Инка Та ты шо? То уже потом. То в шидисятых. А это ж винзавод на Суворова был, коло аптеки. Де щас лестница, как в театр.

 

Алька И тащил до самой Арестанки те мешки.

 

Колька И ни разу никто не заметил. Подлей еще трошки юшки.

 

Алька А это ж и посадить могли. В лагеря сослать.

 

Колька Та какие лагеря нахуй? Сразу расстрел.

 

Инка При Сталине не чикались.

 

Колька А как батька плакал, када Сталин помёр.

 

Алька Ага. От радости.

 

Колька И патефон включил.

 

Алька Так он танцевал от радости.

 

Колька Та не пизди, не было такого.

 

Алька Та вот тебе хрест, я видела.

 

Колька Он пел, а танцевать нихуя не танцевал.

 

Инка Алька, ты шо, сказилась? У него ж нога больная была, какой танцевал?

 

Алька Та точно танцевал.

 

Колька Хуй там.

 

Инка Хай бог милуить, с четырнадцатого года ото с этими осколками.

 

Алька Так еще прожил сколько. Считай, восемьдесят три.

 

Инка Какой восемьдесят три? Семьдесят.

 

Колька Нихуя не семьдесят. А ну, считай: он девяносто пятого года.

 

Инка На два года младше Маяковского, я так всегда запоминала.

 

Колька Ну и считай: девятьсот пятый – десять, девятьсот двадцать пятый – двадцать, тридцать пятый – тридцать…

 

Инка Сорок пятый – сорок, пятьдесят пятый – пятьдесят…

 

Колька Шидисят пятый – шидисят…

 

Инка Какой щидисят, если он девяносто пятого?

 

Алька Шото пропустили.

 

Колька А ну дай калькулятор. Он када помёр?

 

Алька В шидисят шестом. Еще Андрея не было.

 

Колька Чи в шидисят седьмом?

 

Инка Не, точно в шидисят шестом. В октябре. Я его в сарае на полу нашла.

 

Колька Ну и считай: шидисят шесть, и плюс еще пять – выходит, семьдесят один.

 

Алька Точно, семьдесят один.

 

Колька Ну тоже дохуя.

 

Алька Инка, а шо он тогда пел?

 

Инка Када Сталин помёр? Та уже не помню.

 

Колька Я помню, блядь. «Артиллеристы, Сталин дал приказ. Артиллеристы, ждет Отчизна вас». А дальше?

 

Все вместе

Из сотен тысяч батарей

 

За слезы наших матерей

 

За нашу Родину – огонь, огонь.

 

Колька Во, блядь, Сталин был. От это руководитель был, я понимаю.

 

Алька А щас шо? Этот недоделок плешивый. Как его? Кучма ёбаный.

 

Инка Хай бы он в аду горел, пиздюк.

 

Колька Так а Борька уже тада был?

 

Алька Када?

 

Колька Када батька помёр.

 

Алька Ты шо, сказился? Конечно, был. Мы ж с ним в апреле шидисят шестого расписались.

 

Колька Ебтвою мать, на девять лет моложе пацану было.

 

Алька Ну и шо? Нормально.

 

Инка Это ж не то шо ты, до сих пор мокрощелок водишь в хату.

 

Колька Та не, уже не вожу. Уже ж качалка не работает.

 

Инка Та рассказывай, чума. Танька-соседка говорила.

 

Колька Шо говорила?

 

Инка Шо ты с балкона письку малолетнюю спускал, када я раньше со смены вернулась.

 

Колька Та то када было? То лет пять назад было.

 

Инка На той неделе. Дед сивояйцый, а всё никак не угомонится.

 

Колька То я просто массаж делал.

 

Инка Ага. Массаж.

 

Алька Внутренний массаж, блядь. Тьфу, прости ты, Господи.

 

Инка А та уже шалава злоебучая, проститутка.

 

Алька Боже-боже: лысый, старый, страшный, беззубый, а она уже до него идёть. От удавила бы паскуду.

 

Колька Девятнадцать лет. Сисечки, всё, как надо.

 

Инка Так, ты уже жрать не будешь? Распизделся тут.

 

Колька Та уже куда? Мне, как пожру, хуёво становится. Был у врача, врач сказал – у вас неоперабельный рак поджелудочной железы. Осталось два-три месяца.

 

Инка Ой, та шо ты пиздишь на левое ухо.

 

Колька От ей богу. Та и хуй с ним – пора уже помирать. А то попривыкали – по сто лет жить.

 

Инка Давай уже компот допивай и уёбывай. Остопиздел уже. Аж голова разболелась.

 

Колька Кости собакам сложи. Я када к своей каюте подхожу, они уже – ай, как ждут, и на меня кидаются, и целоваться лезут. Там наверно штук двадцать их, от ей богу.

 

Инка Та шоб они пощезли. Блох принесешь в хату.

 

Колька Ладно, я в каюту. Сегодня Динамо – Барселона. А этот, Муму, смотрит?

 

Инка Ну а как же. Шоб он пропустил – та никада.

 

Колька От еще спиногрыз ёбаный. Оно на шею старой село. Хай работать устраивается. Хотя бы хвосты свиням крутит.

 

Инка Колька, давай уже пиздуй, ради бога.

 

Колька Всё, отчалил.

 

Алька Ты ж Генке котлет оставь.

 

Инка Ну так а как же ж.

 

***

Петух носится по всему двору, как неуправляемая шутиха на Новый год. Это сильный, очень выносливый петух. Пусть уже и без головы, он еще долго будет вот так вот бегать, разбрызгивая алую густую кровь, пока наконец-то не остановит свои хаотичные движения и не замрет навсегда на промерзлой глине возле куста черной смородины. Тогда уже сосед дядя Толя завернет его в мешковину и отнесет тете Маше на кухню, ощипывать. Час назад петух больно клюнул в ляжку трехлетнего Сергея, и поэтому был наказан. Тем более, что Сергея он клюёт чуть ли не каждый день. Получается, петух схлопотал высшую меру по совокупности.

Дядя Толя устало забирается в свой сарай, где у него среди удочек и снастей обязательно отыщется «пузырь». Дядя Толя хлопнет стакан, занюхает рукавом, закурит самокрутку. А потом снимет со стены аккордеон. Дядя Толя поёт фронтовые песни ядовитым, потрескавшимся от злого табака голосом.

Сергей из соседнего двора – странный мальчик. На самом деле его при рождении назвали Фёдор – в честь родного дяди, известного футболиста команды «Кристалл». И даже в свидетельстве о рождении написали – «Фёдор». А потом вдруг его мама, тетя Наташа, начала называть его Сергеем, да и все остальные стали так его называть. Так что по-настоящему это не Сергей странный, это мать у него странная. Правда, говорят, что сразу после рождения племянника футболист Фёдор сбежал от жены и стал жить с другой женщиной. И поэтому, мол, маленького Федю оперативно переименовали.

«А ты знаешь, шо ты на самом деле не Сергей, а Федя?», - спрашиваешь ты. Федя-Сергей плачет и бежит к маме жаловаться, что его называют не так. Это означает, что сейчас тебе достанется и от соседей, и от мамы, и надо прятаться у бабушки в хате. Но ты не успеваешь: из хаты соседей выходит тетя Наташа и подзывает тебя. С виноватым видом ты вступаешь к соседям в сени, а потом проходишь в жарко натопленную кухню.

В кухне стоит плотный запах, окутывающий любую короткую еще, младенческую жизнь. На груди у тети Наташи незначительный, упруго шевелящийся сверток, из которого время от времени доносится тоненький писк. Тетя Наташа садится на табурет и расстегивает кофту, под которой нет ничего, кроме двух бледно-розовых сисек. Одну из них она подсовывает к свертку. Впервые ты видишь чьи-то чужие, не материнские, сиськи. Тебе как-то стыдно, но одновременно и любопытно.

 

Хныкающий Федя-Сергей выглядывает из другой комнаты.

«Ты же знаешь, что это Серёжа. Больше никогда не называй его по-другому, ладно?».

Мягкий тон тети Наташи тотчас же снимает всё напряжение. Значит, опасность миновала, и тебе уже не перепадет на орехи. И ты готов впредь, много-много лет подряд называть мальчика Федю-Сергея Сергеем.

Тут сверток начинает яростно верещать и отворачиваться от груди. Ты подходишь ближе – посмотреть на младенца.

«Тетя Наташа, может, у вас молоко кончилось?».

Тетя Наташа хитро, с некоторой ехидцей усмехается, направляет прямо тебе в лицо сиську, аккуратно стискивает ее несколько раз и выстреливает на тебя тугой струёй. Это совершенно неожиданно и почему-то обидно. Федя-Сергей внезапно заливается смехом. Он отомщен.

«Мама, можно мне еще воды с песком?»

«Возьми там в комнате на столе. И его угости».

С чувством обоюдной неловкости ты с Федей-Сергеем молча пьешь из чашек «Дюшес».

Ходят слухи, тетя Наташа когда-то задушила подушкой своего первого младенца. Ей тогда было шестнадцать лет, и ей не хотелось детей. Сейчас тете Наташе двадцать один, и этих детей у нее уже двое. А будет еще трое, но потом, гораздо позже. И это несмотря на то, что у мужа тети Наташи дядьки Петьки очень некрасивое, красное, страшное лицо с мешками под глазами, и он часто приходит с работы пьяный. Один раз после такого прихода тетя Наташа сильно разозлилась и стукнула дядьку Петьку кирпичом по лбу. Во все стороны хлынула кровь, и дядька Петька потерял сознание. Но потом очухался, голову ему перевязали, и после этого целую неделю дядька Петька приходил с работы трезвый.

Потом весь наш квартал на улице Артиллерийской и в близлежащих окрестностях снесут, потому что решат организовать стройку века – областную библиотеку имени Горького, которую еще позже, совсем как юного Сережу, переименуют в Гончара. Все получат квартиры в одном и том же подъезде в девятиэтажной «китайской стене» на Шуменском. Один за другим умрут дядя Толя, тетя Маша, дядька Петька, сестра тети Наташи тетя Люда, ее муж Шурик, да и сама тетя Наташа умрет от рака груди в возрасте сорока семи лет. И даже футболист-ветеран Фёдор умрет где-то в Семипалатинске. Дети тети Наташи продадут все свои доставшиеся таким естественным образом в наследство квартиры и разъедутся кто куда. И только Федя-Сергей останется.

В школе Федю-Сергея из-за хилости и различных чудачеств будут всячески обижать и обзывать. Например, Мартышкой. К слову, одно из чудачеств будет таким: Федя-Сергей будет разрисовывать свои школьные брюки разноцветными пастами от шариковых ручек. И даже не разрисовывать, а просто с усилием чёркать по штанине, так, что, невзирая на негодование и все усилия тети Наташи, брюки будут постоянно в пасте. Потом Федя-Сергей надолго исчезнет из твоей жизни. И лишь спустя двадцать лет вновь в ней появится – уже в качестве майора милиции Сергея Петровича Мартынкова, начальника городского следственного изолятора. Да и как появится? Просто об этих новостях твоей маме расскажет его жена Валентина – врач-психиатр, лечащая твоего брата.

 

5.1994

 

Алька Какого хуя ты эту шавку впустил?

 

Андрей Та я не успел дверь закрыть.

 

Алька От одоробало блядское, зла не хватаить.

 

Генка А куда она забежала?

 

Андрей Та туда, в ванну.

 

Генка В ванну?

 

Андрей Я слышу – шото скулит под дверью. Открыл – а там эта собачонка.

 

Алька Нахуя было открывать?

 

Андрей Хотел проверить, шо там. А она так быстро – в дверь.

 

Алька Шо там, шо там, блядь. А ну идем в ванну.

 

Генка Она под ванной.

 

Алька Андрей, а ну швабру неси.

 

Генка Рычит.

 

Алька Ну так конечно, блядь. Хуй ее теперь оттуда достанешь.

 

Андрей Вот – швабра.

 

Алька Швабра, блядь. Ёбаный ты по голове.

 

Андрей Не, ну а шо я мог сделать?

 

Алька Пошла вон, падла. Пошла вон. Выкишкуйся.

 

Андрей Та не, она там лежит капитально так.

 

Генка Еще и рычит.

 

Алька Ай, блядь.

 

Андрей Шо?

 

Алька Укусила. За рУку укусила. Ой, больно. Та помогите, шо ж вы стали, як те невесты?

 

Андрей Так а как ее выгнать?

 

Алька Как? Хуяк. На швабру, я пойду хоть перекисью обработаю.

 

Андрей На швабру.

 

Генка А чего я?

 

Андрей Ну а хто?

 

Генка Та она там спряталась. Рычит шото.

 

Андрей Та мы уже не выгоним.

 

Алька Андрей, давай сюда швабру. Ебтвоюмать.

 

Генка Может, позвать Владимира Кузьмича?

 

Алька А ну, вон отсюда. Вон отсюда, я сказала, вон, падла паршивая. Вон, вон, вон, вон.

 

Генка Ее надо огнём, выкурить.

 

Алька Та ну вас нахуй.

 

Андрей Ну и шо будем делать?

 

Алька Я щас Кольке позвоню, хай приедить и ей нахуй башку открутить.

 

Андрей Прости меня, ма, я виноват перед тобой.

 

Алька Ой, Андрей, не надо пиздеть.

 

Андрей Мамочка, я виноват, я по роковой неосторожности впустил эту собаку.

 

Алька Убоище чертовое.

 

Андрей Я обещаю, шо такое больше не повторится…

 

Алька Палец болит, как не знаю шо. Може она заразная чи бешеная, хай бы оно сказилось.

 

Андрей …никогда.

 

Генка Смотрите.

 

Алька Шо там такое?

 

Генка Вышла.

 

Алька Гони ее, гони ее нахуй. Андрей, шо ты стал як вкопанный? Шваброй ее давай, шваброй.

 

Генка Она сама уходит.

 

Алька Та блядь, дверь откройте, быстро.

 

Генка Я ж говорил – сама ушла.

 

Алька Закрывайте на цепочку.

 

Генка Закрыл.

 

Андрей Это он приходил.

 

Алька Хто?

 

Андрей Папка. Проведать нас хотел, как мы тут без него живем.

 

Алька Ты уже совсем ёбнулся, прости господи?

 

Андрей Я его и впустил, потому шо понял, шо это он.

 

Алька Шо ты кукарекаешь?

 

Андрей Та он уже не придет. Раз мы его шваброй.

 

Алька Ты таблетки уже пил?

 

Андрей Не.

 

Алька Так пей, блядь. А я лягу трохи отдохну. Сил уже нема з вами всеми.

 

Андрей Это точно был он.

 

Алька Иди пей таблетки.

 

Андрей И такой черный весь, как папка.

 

Генка Короче, я закрылся в комнате, не мешай.

 

Алька Андрей.

 

Андрей Га?

 

Алька Там в ванне укроп поцвёл. Таблетки выпьешь – выбери весь укроп и выброси.

 

Андрей Так а там его сильно много, того укропа злоебучего.

 

Алька Выбрось его нахуй в мусорку на этаже. Всё равно поцвёл, уже хуй его продашь.

 

Андрей Ну хорошо.

 

Алька А я посплю пока.

 

Андрей Спокойной ночи, ма.

 

Алька Ты дуроёб? Утро, одиннадцать часов.

 

Андрей А, ну да. Это он был. Точно он.

 

6.1991

 

Генка На него мухи садятся.

 

Алька Баба Зина их сгоняить.

 

Генка Не помогает. Жара.

 

Алька Ну шо ж сделаешь. Та всё равно скоро похоронють.

 

Генка Сколько еще стоять?

 

Алька Надо попрощаться, и потом поедем на кладбище.

 

Генка Ну я пошел.

 

Алька Шо ты ему сказал?

 

Генка Я сказал: «Пока». И всё.

 

Алька Правильно. Андрей, а ты шо стоишь как засватанный? Иди прощайся.

 

Андрей Не хочу.

 

Алька Тыц пиздыц. Давай иди, а то люди обсуждать будуть.

 

Андрей Нет.

 

Алька Некрасиво, люди смотрять. Ты куда, гадость такая паршивая. Андрей. А ну стой, я кому сказала. Андрей.

 

7.1989

 

Борька Откройте. Открывайте, блядь. Открывайте, блядь. Откройте, блядь. Откройте. Блядь, открывайте. Открывайте, блядь. Открывайте.

 

Андрей Ма, он так дверь выломает.

 

Алька Я на два замка закрыла.

 

Борька Открывайте, блядь.

 

Андрей Та лучше наверно впустить.

 

Алька Та пошел он нахуй.

 

Борька Откройте. Откройте, блядь. Откройте, блядь.

 

Алька Борька, иди нахуй, ночуй со своими алкашами.

 

Борька Открой, блядь.

 

Алька Гадость паршивая.

 

Борька Открывай, блядь.

 

Алька Ты уже до белочки допился.

 

Борька Открывай, открывай, открывай, блядь.

 

Алька Скотина, его ждешь, ждешь, а его нема и нема.

 

Борька Открывай, блядь.

 

Алька Уже не знаешь, куда звонить: чи в милицию, чи в скорую. Де его черти носят.

 

Борька Открывайте, откройте, блядь.

 

Алька А оно опять наебенилось.

 

Борька Открывайте, блядь.

 

Андрей Та давай уже впустим.

 

Алька Глаза тее вылупить, как у барана яйца.

 

Борька Открой, блядь. Открой, блядь. Открой, блядь.

 

Алька Отстирывай тада его рыготу.

 

Борька Открывайте, блядь.

 

Андрей Смотри: выломал.

 

Генка Там еще цЕпочка.

 

Борька Открывайте, блядь.

 

Генка Щас цЕпочку тоже сорвёт.

 

Борька Открывайте, блядь.

 

Генка Я пойду открою.

 

Борька Так, где нож, блядь? Где тут нож, блядь?

 

Алька Прячьтесь.

 

Борька Ты какого хуя не открываешь? Пизды захотелось?

 

Алька Боже, шо у тебя с носом? Сломал, чи шо?

 

Борька Тебе пизды захотелось, блядь? Щас зарежу нахуй.

 

Алька Надо продезинфицировать.

 

Борька Пошли на балкон, блядь, я тебя выкину нахуй.

 

Алька Ай, пусти волосы.

 

Борька Пошли на балкон, блядь.

 

Андрей Отпусти ее.

 

Борька И тебя щас выкину.

 

Алька Какого хуя ты детей пугаешь?

 

Борька Я их тоже щас нахуй выкину.

 

Алька Успокойся.

 

Борька Дождетесь у меня, блядь.

 

Алька Тихо, тихо, щас соседи прибегут.

 

Борька Вы у меня доиграетесь, блядь.

 

Алька Щас Владимир Кузьмич придет.

 

Борька Вы у меня доиграетесь, блядь.

 

Алька Тебе уже Кузьмич раз выдал пиздюлей. Еще захотел?

 

Борька Вы у меня доиграетесь, блядь.

 

Алька Не крутись. А лучше вообще на тапчан сядь.

 

Борька Вы у меня, блядь, доиграетесь.

 

Алька Сломал нос. Полудурка кусок.

 

Борька Я тут засну.

 

Алька Ты шо? Тут снег, замерзнешь к ебеням собачьим.

 

Борька Я тут засну нахуй.

 

Алька Тихо, тихо, тихо. Давай нож, шо ты с ним носишься, как с писаной торбой?

 

Борька Я тут засну, нахуй.

 

Алька Андрей, на нож, на кухню отнеси.

 

Борька Я тут засну, нахуй. Тут засну. Тут засну.

 

Алька Ну и черт с тобой. Воспаление легких схватишь – и пиздец.

 

Борька Я тут засну, нахуй.

 

 

Алька Плачет оно, одороболо.

Борька Готовь пироги, скоро поминать будете.

 

Алька Успокойся уже, ради Христа.

 

Борька Готовь пироги, сказал.

 

Алька На хоть шубой накройся.

 

Борька Готовь пироги, готовь пироги на Камышаны.

 

Алька Ай-яй-яй, после второго инфаркта, и так пить, хай бы оно сказилось к черту.

 

Борька Готовь пироги, готовь пироги.

 

Андрей Ма, там какой-то дядька пьяный в прихожей лежит.

 

Борька То Николай Степанович.

 

Алька Блядь.

 

Борька Постелите ему в зале.

 

Алька От же ж блядь.

 

Борька А я тут засну, нахуй. Тут засну.

 

8.1987

 

Андрей Так а где мы будем?

 

Алька У зале.

 

Андрей Так а зачем мне там сидеть?

 

Алька Так надо.

 

Андрей А я не хочу.

 

Алька Надо всей семьей.

 

Андрей А я не хочу.

 

Алька Андрей, шо ты кричишь, тихо.

 

Андрей Оно мне надо, сидеть там торчать?

 

Алька А ну рот закрой, гадость такая паршивая.

 

Андрей У меня голова болит, я хотел прилечь отдохнуть.

 

Колька Так, хватит дурковать.

 

Алька Пять минут посидишь и пойдешь ляжешь.

 

Андрей А оно мне надо?

 

Алька Давай еще одно стуло неси, малОму.

 

Колька Инка, хорош уже там на кухне.

 

Алька Инка, давай сюда. Он уже щас с работы придет.

 

Инка Та щас, надо ж пюре натолктИ.

 

Алька Та потом натолчешь.

 

Колька Шо, все?

 

Генка Все.

 

Алька Ну ты понял, Колька? По-мужски так.

 

Колька Та понял, блядь.

 

Андрей Ма, голова сильно болит.

 

Алька Перестань.

 

Инка О, пришел.

 

Генка Я открою.

 

Колька Так, садись в центре. Короче, ты меня знаешь. Я много раз не повторяю. Еще раз такое сделаешь – разговор будет другой.

 

Алька Та уже сколько раз говорили – всё до пизды.

 

Колька Ша на палубе. Короче, в следующий раз переебу нахуй по ебалу и ляжешь. Ты понял?

 

Инка Колька, ты

 

Колька Ты, блядь, понял или нет? Ты меня выведешь, нахуй.

 

Алька Та успокойся, хватит.

 

Инка Он больше не будет.

 

Колька Еще раз такое повторится – буду пиздить. Рука у меня твердая.

 

Андрей Ма, можно, я пойду?

 

Алька Сиди, тихо.

 

Колька Я, блядь, кирпичи разбиваю одним ударом.

 

Инка Он больше не будет. Да, Боря?

 

Колька Мы сколько в рейсе пили, а такого никогда не было.

 

Алька Потому шо надо пить уметь. А лучше вообще не пить.

 

Колька Пиздец, политуру пить.

 

Алька Раньше ж человек был как человек. А щас

 

Инка Ну ладно уже, он понял.

 

Колька Давай, говори.

 

Борька Что говорить?

 

Колька Проси прощения.

 

Борька Ну

 

Колька Хуй гну.

 

Борька Простите меня, я больше не буду.

 

Колька Шо не будешь?

 

Борька Я больше не буду так пить.

 

Колька А как ты будешь пить?

 

Борька Я не буду больше пить. Я завяжу. Честное слово.

 

Инка Ну всё, он не будет. Давайте уже стол накрывать.

 

Андрей Я пойду прилягу. Голова кружится.

 

Алька Подожди, Андрей.

 

Андрей Зачем вы цирк устраиваете?

 

Алька Щас по горбу как въебу табуреткой.

 

Андрей Оно мне надо?

 

Инка Андрюшка, перестань. Щас будешь курочку с пюре. Будешь курочку с пюре?

 

Андрей Не хочу.

 

Колька Та хай уже идет ляжет.

 

Борька Я выйду во двор.

 

Алька Всё никак не накурится. Потом воняить от него, как от дядьки Павла.

 

Колька И по кому оно такое вдалось?

 

Алька Так у нас тут румыны ж стояли. Румын пьяный мамку выебал, и ото такое получилось.

 

Колька Та вообще – цЫган какой-то немытый.

 

Алька Он и похожий на цЫгана.

 

Колька Ну так он родился када? 10 февраля сорок шестого года. Отмотай девять месяцев.

 

Алька Ну да – девятое мая получится.

 

Колька Девятое мая сорок пятого.

 

Алька Чи румын, чи цыган напился и мамку его выебал. Ото и получилось такое.

 

Генка Можно я тоже пойду?

 

Инка А кушать када?

 

Генка Я потом.

 

Алька Только тут, во дворе играйся. Не надо на стадион.

 

Генка Та мы так, пенальти побьем.

 

Инка Колька, шо ты так разорался?

 

Колька Шо разорался?

 

Инка Ты ж говорил, шо будешь спокойно.

 

Колька Та вы ж сами сказали – по-мужски, блядь.

 

Инка Какого хуя ты по столу стучал?

 

Колька Блядь, зла не хватает. От больше не просите меня – хуй я ему шото скажу. Всё вам не так.

 

Инка Сказал бы по-человечески, а то як тигр той лютый.

 

Колька В следующий раз сами будете говорить.

 

Инка Куда ты собрался? Щас стол накрывать будем.

 

Колька Нахуй тот стол. Я в каюту отчалил.

 

Алька От прибацаный.

 

Инка Фу, у меня аж сердце схватило. Принеси там корвалола. Я трошки полежу.

 

Алька А шо пюре?

 

Инка Засунь в холодильник.

 

9.1985

 

Алька Мужику надо много сил. Мужик должен много жрать. А то будешь, как Витька. Ему – «Витенька то, Витенька сё», а он ни в какую. Ничего не жрал. Только водку литрами. Так и охлял, как Кощей. И сдох, мудозвона кусок. А сам гинекологом был в Тропинке. Нельзя пить. Нашо оно тебе надо – та водка, то пиво, хай оно горить синим пламенем. Потом и сердце болить. И на почки оно влияить. И на печень. Цирроз печени можно заработать. От как Андрей тетки Машки: такой был молодой, красивый: участковый милиционер – хай бог милуить. Скурился, спился, потом цирроз печени – и в Камышаны увезли. А пиво – оно еще хуже водки. Ну, водки можно трошки по праздникам – ну не без того. Выпить, как человек, грамм пятьдесят, культурно. Закусить горячим. А это пиво - тьфу, блядь, мочу эту пить, это ж сказиться можно. Потом бегаешь сцышь поминутно. А наутро и голова болить. И всё болить. И мутить всего. От сегодня с утра как тебе херово после пива было. Еле встал.

Та шо ты солишь поминутно: хай бог милуить, столько соли. И перца меньше бери. Нельзя столько перца, боже сохрани. Оно ж вредно. Оно и печень, и почки сАдить. И желудок. Шутка сказать – и гастрит может быть, и язва желудка. Взял трошечки, чуть-чуть сыпанул – и всё. А то ж это уму непостижимо – сыпить и сыпить. Не напасешься на него того перца, будь оно трижды богами проклято. От я вообще не солю. Когда-никогда присолю для вкуса - и хватить. А ты ж всю солянку уже высыпал. Там уже наверно камни торчать в почках от той соли, от того перца, от того пива злоебучего – хай оно горить в пекле. Щас принесу добавки.

От Мишка Боцман, СалАтихин внук. Такой был шикарный, весь как иностранец - та ты шо. Моряк загранплавания. По Суворова ходил в клешах, в кожаной куртке. Девки аж пищали. А потом шо? ГовОрять, много перца жрал, соли - острое сильно любил. И камни у него отложились, и мешки под глазами, и весь желтый стал, как чума болотная. И Алкоголь той проклятый жрал как не в себя, прости господи. Закопали. Он Салатихе уже девяносто лет, а она до сих пор живёть. Кошелка драная, ведьма черноротая. Так она ж не пьеть ничего, только одну воду. От и ты не пей то пиво блядское. И перца меньше кидай. Надо вообще спрятать нахуй той перец, будь оно трижды неладно.

Та не пей ты ту водку, хай бы она горела в аду трижды синим пламенем. Получку получил – и идеть к своим алкашам, хай бы они сказились. А они ж его и спаивають. Всё пропИл, просцал, проебал. Борщ должен быть с мясом – а за какой хуй мяса купишь, если Борька всё пропиваить? Те его спаивають, а этот идёть, как та шавочка облезлая. Надо шоб сила воли была. Тебе говОрять: «Борька, давай с нами, по сто грамм дерябнем?» А ты говори: «Не, нахуй оно мне надо, я хочу быть трезвым, мне надо домой». Шли всех нахуй, этих алкашей, тварей ёбаных, и домой пиздуй, от. А то Галька тут и так, и сяк: и борща наготовить, и салатика нарежить, и всю хату поубираить, а его нет и нет. И потом оно является, одоробало, еле на ногах стоить. Глаза, как у быка яйца, вытаращил и смотрить, как баран на новые ворота. Прорыгался, спать улегся – а борщ киснить. Нахуя мне такое надо?

Шо ты до той цыбули допался, как черт до ладана? Так много цыбули жрать – хай его черт ворОжить. Целую коробку цыбули за неделю съебашил – это ж уму непостижимо. Потом всю хату завоняить, как той цЫган. Аж голова от той цыбули кружится, хай она горить пеклом. И не пей больше. А то допался до водки, до пива. Раньше ж человеком был: домой придеть, пожреть, телевизор посмотрить, газету почитаить и в десять вечера уже спить. А щас как подменили прямо: с дружками тЕими слЫгался, с алкашнёй подзаборной. Ни ответа, ни привета: ни куда идеть, ни когда придеть. Молчить, как срака в голодный год, прости господи.

От Петька Наташкин. Та не той Наташки, шо проститутка, шалава драная, самогонщица, а той Наташки, шо дитя задушила, шоб не кормить. Так той Петька пил всё, шо горить: и политуру пил, и одеколон пил, и самогон Наташкин (той, шо проститутка) пил. И курил, архаровец сраный. У них вся хата прокуренная была: входишь, как в конюшню. Так щас у него ноги отнЯлись. Лежить бревном, прости его господи. А тая уже Наташка за ним гамно убираить, хай бог милуить. И на лекарства грОши уходять, как в прорву. А ты ж и пьешь, и куришь, себя не жалеешь. А здоровья того ж не напасешься. А потом ходи за ним, гОвна выноси и трусы стирай зассанные и засранные.

И шо ты эту пижаму одел? Как засцы-матня в ней ходишь по хате. Скинь это дрантё, не позорься, фу. Столько приличных бобочек, а он одел хуйню эту рваную. А если хто зайдеть? Позорится только с этой пижамой, хай бы она горела трижды красным пламенем. И уже сколько лет в одной пижаме ходить, как той голодранец чертов. Как теткин Люськин Толяня, сухобздей немытый, - вечно в одной и той же кофте ходил, шо от бабы Фроси ему осталась. Так Толяня хоть ёбнутый был на всю голову. У него справка была и инвалидность первая. Он же ж и гамно даже жрал, от. А ты на заводе работаешь, газеты читаешь, а ходишь в этой рванине. Сними, жара на улице. Ты ж задохнешься в этой фуфайке драной. Дырки на ней везде, а этот сидить и борщ горячий жреть. Хай бог милуить, я б так никогда не смогла - так позориться. Борька, скинь эту рвань. Ты шо, не слышишь, оглох, чи шо? Скинь нахуй этот ватник гамняный. От него уже воняет, как от пизды старой, немытой. Ты человек или ты черт безмозглый? От и правильно, шо порвал. Щас в одних трусах можно ходить, бо жарко.

 

***

ты лежишь на арестанке в спину тебе пышет жаром обволакивает тебя горячими колеблющимися волнами то нежнее то сильнее то совсем нестерпимо потом опять потише ты уже наверно час ничего не делаешь просто лежишь и всё а тебе ничего делать и не надо тебе и не хочется ничего делать а просто лежать под солнцем и слушать всё вокруг а вокруг тебя люди много людей ты впитываешь их возбужденные речным отдыхом голоса радостные голоса людей у которых сегодня выходной или даже отпуск и которым тоже ничего делать не надо только есть и пить на ковриках и играть в карты и слушать высоцкого и антонова и впитывать солнечные лучи на арестанке и лишь время от времени спасаться от зноя в ее воде и на этом фоне в тебя исподволь проникает бесконечное жужжание моторок и ты знаешь что нет ничего приятнее ровного гуда этих моторок тебе становится еще приятнее еще спокойнее еще светлее внутри ты понемногу как в прохладную реку погружаешься в сладкую сонность но потом все-таки огонь сверху становится совсем невыносимым и ты понимаешь что надо наконец-то выйти из этого томительного и прекрасного оцепенения и окунуться чтобы хоть как-то уберечься от испепеляющего августа ты встаешь с подстилки и тщательно чтобы никого не задеть обминаешь полуобнаженные тела и ступаешь по раскаленным бетонным плитам к кромке берега ты уже готов сделать этот благословенный прыжок в спасительную прохладу и тут замечаешь на другом берегу ослепительно-белую цаплю, стоящую на одной лапе посреди изумрудных плавней она кажется тебе огромной и почему-то неуместной здесь в этом пейзаже в этом теперь уже слишком человеческом мире и ты думаешь что может быть цапля прилетела сюда из какого-то далекого-далекого прошлого когда на арестанке еще росли многолетние тополя и весь правый берег здесь был покрыт такими же камышами и травами как и берег левый и лишь иногда эта первозданная тишина нарушалась зычными командами и бряцанием ружей и перезвоном тюремных цепей и тяжелой поступью людей которых выводили из подземного туннеля начинавшегося под зданием каторжной тюрьмы там выше по берегу и которая до сих пор еще тюрьма тебе рассказывали что этих людей сажали на баржи и переправляли куда-то может быть в другие тюрьмы или даже на казнь кто знает и тебе сказали что именно поэтому этот участок днепра в незапамятные времена назвали арестанкой странно что эту цаплю похоже никто вокруг не видит может быть просто не обращают внимания и может быть увидеть ее получилось только у тебя ты видишь как цапля начинает расправлять крылья и сначала тяжело натужно точно медленно набирающий ход локомотив машет ими машет машет а затем внезапно оттолкнувшись от болотистой почвы мощными длинными лапами похожими на два туго натянутых каната взмывает в небо и стремительно улетает улетает улетает улетает улетает в сторону устья и вот уже она исчезает пропадает в трепещущем от зноя просторе и тогда ты задумываешься что может и цапли никакой не было а просто ты еще не стряхнул с себя ленивую дрему навеянную лучами и убаюкивающим дребезжанием лодок и так проходит день за днем день за днем день за днем день за днем день за днем

 10.1983

 

Борька Опять верховодка. Просто сегодня клёва нет.

 

Генка Это червяки не сильно жирные.

 

Борька Ничего себе не жирные. Я ж у ТИтовича их накопал возле сортира.

 

Генка Так те уже почти закончились, остались дохлые из той банки, с позавчера.

 

Борька Где они дохлые? Вон шевелятся, как вошь на гребенце.

 

Генка Ну значит ты не так ловишь.

 

Борька Или это из-за пацанов. Распугали всю рыбу.

 

Генка А шо они делают?

 

Борька За щукой ныряют. С ружьем подводным.

 

Генка Ну так они уже далеко заплыли. Вода давно успокоилась.

 

Борька Дать удочку?

 

Генка Я уже наверно час прошу.

 

Борька Ну давай сначала тебе насажу червя. На, теперь забрасывай.

 

Генка Шото ничего не клюёт.

 

Борька За поплавком смотри.

 

Генка Та, пошли уже домой. Так неинтересно.

 

Борька Это ж рыбалка.

 

Генка Это неинтересная рыбалка. Позавчера аж две сковородки зажарили.

 

Борька Ничего, сегодня котам отдадим.

 

Генка Я сам их покормлю.

 

Борька Мамка не разрешит. Подсекай, подсекай. Таранька.

 

Генка Видишь, я почти сразу тараньку поймал.

 

Борька Молодец. Щас ее в пакет.

 

Генка Ого, как бьётся.

 

Борька Та щас затихнет. Давай еще червя доставай.

 

Генка А шо там еще и дядьки делают?

 

Борька Где?

 

Генка Та вон, прямо напротив нас.

 

Борька А, та то у них наверно мотор, лопасти в куширях застряли. Размотать хотят.

 

Генка А чего они так кричат?

 

Борька Может, куда-то спешили. А тут эти кушири.

 

Генка Та не, они как-то сильно матюкаются.

 

Борька Конечно матюкаются – не успевают. На дачу наверно ехали.

 

Генка А чего пацаны вылезли из воды и тоже шото кричат? И девки тоже.

 

Борька Это они мужикам, шоб быстрее оттуда уплыли. Видишь, мужики стопорнулись как раз там где щуки.

 

Генка Та не.

 

Борька Та я тебе говорю.

 

Генка Та не, они вон чего-то плачут.

 

Борька Это они так расстроились, шо щук им разогнали. Щас побежишь позовешь мамку, она им лекарства даст успокоительного.

 

Генка Та ну.

 

Борька Шо та ну? Дуть умеешь?

 

Генка Дуть? Ну, умею.

 

Борька Ну так дуй за мамкой: одна нога тут, другая там.

 

Генка Та не хочу я за мамкой, я хочу посмотреть.

 

Борька А ну марш, я сказал.

 

Генка Ладно, щас. А чего пацанов было четыре, а теперь три?

 

Борька Так, ты меня щас выведешь, блядь. Бегом домой.

 

Генка Мама, там на берегу медсестру надо.

 

Алька Боже мой. Батьке стало плохо?

 

Генка Та не, там пацаны ныряли. Они щук убивали под водой из ружья. А потом лодка. Одного шото нет.

 

Алька Иди в хату, я побежала.

 

Генка Та ты шо. Я хочу посмотреть. Ну можно я посмотрю?

 

Алька Хер с тобой, побежали, посмотришь.

 

Генка Смотри, «скорая» едет. Ухты – и вторая. И третья.

 

Алька Дайте пройти, я медсестра. Та дайте пройти, ёб вашу мать.

 

Борька Нырял в куширях за щуками, а тут моторка.

 

Алька Та там уже всё.

 

Свидетель Женщина, шо ж вы стоите? Раз медсестра, делайте шо-нибудь.

 

Алька Та шо тут делать? У него уже мозги вон вытекли.

 

Свидетель Медсестра, называется.

 

Борька Жалко пацана, пятнадцать лет было.

 

Алька Пошли уже домой к чертовой матери.

 

Борька Ладно. На, неси улов.

 

Генка Такой легкий. А можно я сегодня котов покормлю?

 

Алька Можно.

 

Генка А таранька уже затихла.

 

Борька Ага. «Танцювала, дриботила, покы срать нэ захотила».

 

Алька Борька, ты чокнутый совсем?

 

Борька Не, ну а шо? Это такая поговорка.

 

Алька Дурачка кусок.

 

11.1982

 

Колька А ну, читай, шо там написано.

 

Андрей Так тут на английском.

 

Колька Та не там – переверни.

 

Андрей Тут?

 

Колька А де ж еще?

 

Андрей Не, ну откуда я знаю.

 

Колька Я сказал – переверни. Если не там читать, то на второй стороне. Не доходит?

 

Андрей Та я уже понял.

 

Колька Ну так хули ж ты мне мозги компосируешь?

 

Андрей Я ничего не компосирую.

 

Колька Так, кончай уже. Давай читай.

 

Андрей Ми керИдо НИколас. МУчас грАсиас пор Эста нОче.

 

Колька Стоп, блядь. Не читай – переводи.

 

Андрей Ты ж сказал – читай?

 

Колька Шо, кэбы не хватает? Я ж всё равно нихуя не понимаю.

 

Андрей Так переводить?

 

Колька Давай уже, блядь, ради всего святого.

 

Андрей «Мой дорогой Николай. Большое тебе спасибо за эту волшебную ночь. Твоя единственная Мирабелла».

 

Колька Во, блядь. Пять лет никто перевести не мог.

 

Андрей Я хорошо учусь.

 

Колька Молодец, блядь.

 

Андрей А ты мне еще жувачек подаришь?

 

Колька Та уже нема почти, всё раздал.

 

Андрей Хотя бы одну.

 

Колька Ну, на одну. Заработал.

 

Андрей Эта без вкладыша.

 

Колька Обойдешься.

 

Андрей Я вкладыши собираю.

 

Колька Не помрешь. Только пузыри не лопай.

 

Андрей А кто такая Мирабелла?

 

Колька Это мы на Филиппинах стояли. Какая столица, знаешь?

 

Андрей Нет.

 

Колька Хуёво учишься, значит.

 

Андрей А зачем мне знать столицу Филиппин?

 

Колька Генка малой, а знает.

 

Андрей Я не люблю географию.

 

Колька А шо ты любишь?

 

Андрей Ничего.

 

Колька Дебил.

 

Андрей Так кто такая Мирабелла?

 

Колька В СЕбу две недели стояли. Порт такой. На сушу спускались. А там борделей – ты шо, на любой вкус.

 

Андрей А что такое бордель?

 

Колька Публичный дом.

 

Андрей А что такое публичный дом?

 

Колька Ладно. Давай следующую читай.

 

Андрей Так это не на испанском. Я даже не знаю, на каком.

 

Колька А ну дай. А, это в Швеции. Гётеборг. Ну читай тогда эту.

 

 

Андрей Это вообще какие-то закорючки.

Колька Тю, блядь. Это, кажется, Япония. Чи може Тайланд.

 

Андрей Так а зачем тебе столько визиток?

 

Колька Ну ты вкладыши собираешь?

 

Андрей Ну да.

 

Колька А я визитки. С борделей.

 

Андрей И сколько уже собрал?

 

Колька Видишь – полная коробка. Я уже считать заебался.

 

Андрей У меня вкладышей не так много.

 

Колька Хуй ты меня догонишь.

 

Андрей Так кто такая Мирабелла?

 

Колька Так, девка одна.

 

Андрей Ты с ней познакомился?

 

Колька И не только с ней.

 

Андрей А зачем?

 

Колька Ради визиток.

 

Андрей А, понятно. У меня тоже вкладыши из разных стран.

 

Колька Мирабелла, Илона, Саша, Анна-Мария, Мерседес, Джессика, Эммануэль, Наташа, Чикита, Рафаэлла, Джулия, Лолита, ну и еще дохуя и больше. Я так географию выучил.

 

Андрей А зачем оно тебе?

 

Колька Люблю географию.

 

Андрей Можно я пару раз пузыри лопну?

 

Колька Нет.

 

Андрей Ну тогда пошли гандоны надувать и лопать.

 

Колька Лучше шарики лопай. Они хоть не дефицит.

 

Андрей А зачем тебе гандоны?

 

Колька Я их тут продаю. А потом в рейсе жувачки вам покупаю.

 

Андрей Зачем покупать гандоны, если можно купить жувачку?

 

Колька Ты шо, еще не дрочишь, наверно?

 

Андрей Вспомнил. Манила.

 

Колька Ага, покраснел, как майская роза. Значит, дрочишь, блядь.

 

12.1982

 

Генка Эль эхЭрсито дель Эбро, рУмбала, рУмбала, рУмбалала, эль эхЭрсито дель Эбро рУмбала, рУмбала, рУмбалала, Уна нОчель рИо пАсо, ай кармЭла, ай кармЭла, Уна нОчель рИо пАсо, ай кармЭла, ай кармЭла, йа лас трОпас инвасОрас, рУмбала, рУмбала, рУмбалала, йа лас трОпас инвасОрас, рУмбала, рУмбала, рУмбалала, буЭна пАлиса лес дИо, ай кармЭла, ай кармЭла, буЭна пАлиса лес дИо, ай кармЭла, ай кармЭла…

 

Бабушка От вумничка. Тока не крутись, ровно стой, хай оно сказится.

 

Генка Там надо еще два куплета, я еще не выучил.

 

Бабушка Када надо сдать?

 

Генка В понедельник. Не – во вторник.

 

Бабушка А щас уже суббота.

 

Генка Та я выучу.

 

Бабушка И про шо оно там спивають?

 

Генка Ну…

 

Бабушка На, нитку в рот засунь.

 

Генка Та ба.

 

Бабушка Кому сказала.

 

Генка Зачем эта нитка?

 

Бабушка Шоб матню табе заштопать. И де ж ты пуговку потерял, у меня такой нету.

 

Генка Зачем нитка во рту шоб матню заштопать?

 

Бабушка Оно тебе знать не треба.

 

Генка Не, ну зачем?

 

Бабушка Шоб черт до рота не влетел.

 

Генка Нету никакого черта.

 

Бабушка Шшш, а ну тихо. И не видно ни черта, холера ясная. Когда ж уже свет врубять, твари проклятые.

 

Генка Я выплюну.

 

Бабушка Ладно, вынимай и давай сюда, я уже заштопала. Фу, обслюнил. Сидай, на табе вертут маковый и компота. Больше ничего такого нема.

 

Генка КАда маньЯна эн эль десайУно мэ комИ пАн кон мантэкИлья и кЭсо.

 

Бабушка Матка боска.

 

Генка Это значит: «Каждое утро на завтрак я съедаю хлеб с маслом и сыром».

 

Бабушка Куда? Перехреститься треба. А ты шо, йисыш хлеб с сыром? Или шо табе матка утром готовить?

 

Генка Не, я утром вообще не ем, не хочу.

 

Бабушка Жрать надо, бо охлянешь и помрешь.

 

Генка Не хочу я просто хлеб с маслом и сыром. Если б еще колбаса, а так…

 

Бабушка Ишь какой пераборливый. Шо дають, то й жри.

 

Генка Я и в школе не ем.

 

Бабушка Совсем вже кэбы нема, прости господи.

 

Генка А есть еще вертут?

 

Бабушка То вже на утро. Хватить жрать на ночь.

 

Генка Давай в ведьмы?

 

Бабушка Та уже надо лягать. Керосина вже трохи-трохи.

 

Генка Андрей завтра приедет и купит.

 

Бабушка Ты шо, боронь господь. В недзелю шото покупать – боже упаси.

 

Генка А если света и завтра не будет?

 

Бабушка Та то всё от завирюхи, будь оно неладно. Провода порвало, щас чинять, одоробалы безрукие. Може скоро включать.

 

Генка А если не починят и завтра?

 

Бабушка Встанешь пойдешь к бабе Дуне, хай трошки керосина отольёть. Скажешь, з недели отдадим.

 

Генка Та ты сама пойди. Я ее боюсь.

 

Бабушка Куда ж я пойду? Вон, снега во дворе по яйца. Сил нема. И спичек коробок попроси. Тока «Гомельдрев», а то другие ни до пекла.

 

Генка Та она такая злая.

 

Бабушка Ты спрытный. Калоши оденешь и – туда-сюда.

 

Генка Та ну.

 

Бабушка Не утонешь. Батьке скажи, хай с Андреем з недели двор расчистять, а то до сарая и нужника не доползешь, хай бог милуить.

 

Генка Так они завтра приедут. Пусть завтра расчистят.

 

Бабушка В недзелю святую боженька не разрешаить працавать.

 

Генка А шо ж тогда завтра делать?

 

Бабушка Христу молиться.

 

Генка Тю.

 

Бабушка И на речку не дай бог не бежи. Там крыга тонкая.

 

Генка Та я и не бегаю. То Андрей любит скользаться. Как в «Надднепрянке» писали: «Дытына на крыжыни».

 

Бабушка Кара господня с этим Андреем. До чего ж бестолковый хлопец – ни до танцев, ни до ружанцев.

 

Генка Смотри – только полдевятого. Рано еще лягать. Давай в ведьмы.

 

Бабушка Сказала ж – керосина нема.

 

Генка Ну ба. Всего два раза. Ну или три, и всё.

 

Бабушка Дорогой керосин, хай ему неладно.

 

Генка Та на три раза хватит.

 

Бабушка Та ты всё время выграёшь. Не треба мине ведьмой перед недзелей оставаться.

 

Генка Та то так получается, случайно. А щас может ты случайно выиграешь.

 

Бабушка Ага, выиграю.

 

Генка Давай попробуем.

 

Бабушка Та в миня очки ни к черту, в такой мряке играть.

 

Генка Я тебе буду подсказывать. А вдруг я стану ведьмой?

 

Бабушка Шоб оно сказилось, ради всего святого. Раздавай. Ойче наш ктОрыш есть в нЕбе швёнч сён Имьён твОе бенджь вОля твОя йАко в нЕбе так и на зЕми хлЕба нашЕго повседнЕго дай нам дзИсяй и Одпушч нам нАше вИны Яко и мы одпушчАмы нАшим виновАйцом и не вудьж нас на покушЕне Але нас збав Оде злЭго Амен.

 

Генка О – ведьма у меня. Точно выиграешь.

 

Бабушка Не каркай.

 

Генка Видишь, как тебе везет. А у меня карта плохая.

 

Бабушка Бо я Христу помолилась.

 

Генка Еще две раздачи. Я точно уже остался.

 

Бабушка Курва матка. Будь оно трижды богами проклято.

 

Генка Шо, точно больше керосина нет?

 

Бабушка Я ж тебе казала, хай бы тебя черт забрал.

 

Генка Ну, давай я щас к бабе Дуне сбегаю.

 

Бабушка Куда, ради всего святого, в такую завирюху скаженную. Там волки воють.

 

Генка Ну ба, какие волки?

 

Бабушка Там цыгане тебя в мешок украдуть.

 

Генка Они меня не заметят.

 

Бабушка Йаны ж як пацуки – в цЭмряве бачать.

 

Генка Не, ну…Может скоро все-таки свет включат.

 

Бабушка Я ж и кажу.

 

Генка Так и не стал никто ведьмой.

 

Бабушка Ну это як в дурака гулять – ничья.

 

Генка А завтра в ведьму ж нельзя. И в дурака нельзя.

 

Бабушка Та хай ему хрэст. Давай вже лягать.

 

Генка А потом я аж в следующую пятницу к тебе приеду.

 

Бабушка З мамкой в ведьму гуляй.

 

Генка Та, она не умеет.

 

Бабушка Навчи.

 

Генка Она будет матюкаться. И мне больше с тобой нравится.

 

Бабушка Ты ж мой хлопец добрый.

 

Генка Просто ты када ведьмой остаешься, у тебя такое горе на лице. Так шо я больше люблю у тебя выигрывать.

 

Бабушка От як перечеплю палкой по горбу. Давай сюда до кухни, тут от грубы свЯтло, тут раздягайся.

 

Генка Токо какать я щас не буду, не хочу.

 

Бабушка Ну слава тебе, господи. А то як я табе вытру, в таку цЭмру. Размажу тока по «Известиях». Я ще не читала новые.

 

Генка Та я бы и сам вытер.

 

Бабушка Лягай вже, сам. Куда? А боженьке помолиться?

 

Генка А можно сегодня не молиться?

 

Бабушка Повыступай в миня. Давай, кажи, як я вчила. ЗдрОваш марИйо лАски пЭвна пан з тОбён…

 

Генка ЗдрОваш марИйо лАски пЭвна пан з тОбён…

 

Бабушка …блогословЁнаш ты мЁндзи невястАми…

 

Генка …блогословЁнаш ты мЁндзи невястАми…

 

Бабушка …и блогословЁнаш Овоц живОта твоЕго йЕзус…

 

Генка…и блогословЁнаш Овоц живОта твоЕго йЕзус…

 

Бабушка …швЁнта марИйо мАтко божа…

 

Генка …швЁнта марИйо мАтко бОжа…

 

Бабушка …модль сьён за нАми грешнЫыми…

 

Генка …модль сьён за нАми грешнЫми…

 

Бабушка …тЭраз и в годзИнён шмЕрци нАшей…

 

Генка …тЭраз и в годзИнён шмЕрци нАшей…

 

Бабушка …менЁнца Ойца и сЫна и свентЭго дУха…

 

 

Генка …менЁнца Ойца и сЫна и свентЭго дУха…

Бабушка …амэн.

 

Генка …амэн.

 

Бабушка И боженьку целуй.

 

Генка А у меня есть такие рыцари, как этот боженька. Набор оловянных тевтонцев.

 

Бабушка Шо, батьке пенёнзы некуда тратить?

 

Генка Это я в классе у Степанова выменял. А я ему набор красноармейцев. И то – пластмассовых.

 

Бабушка Спи вже. Я тоже вже лягаю.

 

Генка А еще у меня есть такие же моряки из Кронштадта. Там правда у одного рука поломатая.

 

Бабушка Поломанная.

 

Генка Ну, поломанная.

 

Бабушка То йон з беляками воював.

 

Генка Ба, а зачем я цыганам?

 

Бабушка Бо сильно вредный стал, неслухняный.

 

Генка Я цыган боюсь.

 

Бабушка Хто ж йих не боиться, хай меня матка боска спасаить.

 

Генка Я так заснуть не смогу.

 

Бабушка Я табе зашпеваю, як мине матка шпевала.

 

Генка Давай.

 

Бабушка Муй стружу анеле ты мивы патроне бёндён йа цьён вшивав пши остатни згоне бо я тего не вем и ведзечь не могён кеды мне ты вежьмешь в так далекон дроген певне мне ты одташь в чишчове пожары. Вгомонився. Дай боже церпливосчи.

 

***

…а через дорогу в селе живут Павел и Августина, и их дети: Вислава, Владислав, Марчин, Тадеуш, Юзефа, Пётр, Анджей, и внуки: Юзеф, Пулёна, Катаржина, Гунефа, Пётр, Клеофаст, Клементина, Ядзита. А на следующей улице живут Марчин и Гунефа и их дети: Лександр, Бронислав, Кондрат, Пулёна, Мария, и внуки: Томаш, Юзефа, Магдалина, Борис. А еще дальше живут Аркадиуш и Вислава и их дети: Ядвига, Павел, Радослав, Томаш, и внучка Станислава. А еще дальше, уже на самой околице, живет одинокий старый бедняк немец Кирхер. «Ноги, як у Кирхера», - это означает, что твои ноги от долгой беготни с мячом почернели от пыли и грязи, и их следует немедленно вымыть с хозяйственным мылом.

А на их родной улице живут братья бабушки: Пётр, Павел, Марчин, Бронислав, и сестры бабушки: Матильда и Стефана, и парализованная тетка Клемка. У всех их тоже много детей и внуков. А с бабушкой Марией, которая еще совсем не бабушка, а пятилетняя девочка, живут ее отец Филипп и мать Анеля. А совсем рядом живут Марчин и Бенедикта, и их дети: Пётр, Марчин, Ксения, Катаржина и Юзеф. Юзеф, самый младший – это и есть будущий дедушка. Уже в тридцатых Мария Филипповна и Юзеф Марчинович, инвалид Первой мировой, женятся, и у них рождаются Инна, Николай и Галина.

Люди живут и умирают там, пока не начинается война.

 

 

© Евгений Марковский. Херсон, зима и осень 2015 года.

 

Все тексты читаются и демонстрируются на сцене в произвольном порядке. Режиссер, если посчитает нужным, имеет право сокращать сцены или вовсе их удалять из текста. 

 


Другие статьи из этого раздела
  • «Супермаркет» Пётра Армяновски

    Воскресное утро начиналось чудесно - прекрасная погода, мы с женой и внучкой едем на дачу. Киев ещё... полусонный, автомобилей мало, дороги чистые, солнышко светит - красота! Но мы ещё не знали, что судьба и несколько распоясавшихся молодчиков в форме охранников ТРЦ "Караван" нам уготовили другой "праздник".

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?