«Серые будни енотов»21 мая 2011

Олег Юниш


Сцена первая.

Салон легкового, отечественного производства, автомобиля. Раннее утро. Лето.

За рулем сидит УПИТАННЫЙ. Рядом с ним — ТОЩИЙ. Смотрит в окно.

Тощий видит что-то за окном. Поворачивается назад.

ТОЩИЙ. Ничего себе, знак.

УПИТАННЫЙ. Какой знак?

ТОЩИЙ. Ну, не знаю. Такой, как «Осторожно, крупнорогатый скот», только там «Осторожно, енот».

УПИТАННЫЙ. Это ты где такой видел?

ТОЩИЙ. Только что, тут. Мимо проехали.

УПИТАННЫЙ. А я тогда почему не видел? Тут вообще уже долгое время нет никаких знаков… Ты точно его видел?

ТОЩИЙ. Думаю, видел.

УПИТАННЫЙ. Думаешь, или видел?

ТОЩИЙ. А какая разница?

УПИТАННЫЙ. Да никакой. Если не считать, что это ни хуя не правильно, видеть такие знаки, какие у нас еще не придумали… Мне вообще не нравится, что у нашей семейки дача в 450 километрах от города. Это, блядь, ненормально. И местность, здесь тоже, только хуй поймет какая.

Упитанный увлекается своими рассуждениями, таким образом отвлекаясь от дороги. Когда опять обращает взгляд на дорогу, то тут же давит на газ и выворачивает руль в сторону.

Становится темно, слышно, как машину выносит в кювет.

Сцена вторая

На дороге совсем незаметно лежит тушка ЕНОТА с квадратным окрасом.

УПИТАННЫЙ пытается закрыть багажник машины, которая в кювете. Багажник долго не реагирует на агрессивные и часто повторяющиеся попытки Упитанного, а потом, все-таки, закрывается.

ТОЩИЙ стоит в стороне, наблюдает за Упитанным.

УПИТАННЫЙ. Да хуй его знает, откуда тут еноты!

ТОЩИЙ. Тут есть еноты?

УПИТАННЫЙ. А кто там на дороге, по-твоему, был? Сорокасантиметровый и без рогов лось?

ТОЩИЙ. Значит, не зря они тут знак с енотами поставили?

УПИТАННЫЙ. Надо было написать, на этом знаке, что тут не просто водятся еноты, а что тут водятся еноты-пидарасы-по-поведению. Спрашивается, блядь, на хуя ему выбегать на дорогу прямо перед машиной? Сейчас, сученыш, сидит, наверное, где-то под деревом в лесу и прется оттого, что нас не на шутку-прибаутку вынесло на хуй.

ТОЩИЙ (смотрит на енота). Вряд ли он прется.

УПИТАННЫЙ. Кто, этот маленький ублюдок? Еще как прется. Он, блядь, дороги намеренно перебегает в неположенном месте и прямо перед машиной! А сейчас сидит, и где-то прется…

ТОЩИЙ. Андрей, он мертвый.

УПИТАННЫЙ. Енот? Не может быть. Я его не переезжал. Он выбежал на дорогу, я по тормозам, руль вывернул, а потом он скрылся в лесу. Думаю, такой план у него и был.

ТОЩИЙ. План, может быть, такой у этого енота и был, но, сейчас он, определенно, лежит мертвый на дороге.

УПИТАННЫЙ. Да где? (смотрит туда же, куда и Тощий) Ого! Точно… И давно ты знаешь, что он там загорает?

ТОЩИЙ. Если давно — это только что, то тогда — давно.

Упитанный подходит к еноту. Внимательного его рассматривает.

УПИТАННЫЙ. (обрадованно) Точно. Мертвый! Давай сюда.

ТОЩИЙ. А надо?

УПИТАННЫЙ. Ты когда-нибудь в своей жизни видел мертвых енотов?

ТОЩИЙ. Не доводилось.

УПИТАННЫЙ. И мне тоже. Не доводилось… Это же событие. Поверь мне, тут есть на что посмотреть… Этот мертвый енот немного странный.

ТОЩИЙ. (стоит возле машины) Я не люблю смотреть на животных, которых переехали. Еще с детства.

УПИТАННЫЙ (осторожно трогая носком ботинка тело енота) И кого у тебя переехали?

ТОЩИЙ. Бабушку.

УПИТАННЫЙ. Бабушку? Бабушка — разве может быть животным?

ТОЩИЙ. Поверь, моя могла. Она меня била.

УПИТАННЫЙ. Классный мертвый енот. Главное, целый такой. И ни хуя не полосатый.

ТОЩИЙ. А как же моя бабушка?

УПИТАННЫЙ. Не надо мне про твою бабушку. Тут енот. Охуительно целый енот. В квадратной окраске какой-то. Давай сюда.

ТОЩИЙ (поколебавшись). Л-ладно.

Тощий подходит к Упитанному и мертвому еноту.

УПИТАННЫЙ. Замечательный, да?

ТОЩИЙ. А он точно мертвый?

УПИТАННЫЙ. А какой он, по-твоему? Он же не шевелится.

ТОЩИЙ. Он больше похож на енота, который потерял сознание.

УПИТАННЫЙ. Еноты не теряют сознание.

ТОЩИЙ. Ты в этом уверен?

УПИТАННЫЙ. Я «Дискавери» смотрю. Конечно уверен.

ТОЩИЙ. И что это значит?

УПИТАННЫЙ. Что я смотрю канал «Дискавери», ты же знаешь об этом, кретин.

ТОЩИЙ. Да я не про это. Что значит, ты смотришь канал «Дискавери», когда мы говорим про енота? Там, что, была передача, в которой говорилось о том, что еноты не умеют терять сознание?

УПИТАННЫЙ. Я такую передачу не наблюдал.

ТОЩИЙ. Тогда как ты можешь утверждать, что еноты не умеют терять сознание? Или, может, ты все-таки видел передачу, которая этому целиком и полностью посвящена? Или, может быть, даже цикл передач о енотах, теряющих сознание?

УПИТАННЫЙ. Макс, это же полный пиздец.

ТОЩИЙ. Что именно?

УПИТАННЫЙ. То, что ты сейчас тут рассказывал. Опиздительный пиздец. Еноты, теряющие сознание…

ТОЩИЙ. Ага, а, значит, еноты в этих лесах — это нормально? Да я вообще ни разу не слышал про енотов в этой местности. Их вообще здесь не должно быть! А его окраска? Он же не полосатый. А квадратный. Это нормально? Значит, скорее всего, перед нами странный ненормальный енот. И почему бы ему просто не потерять сознание?

УПИТАННЫЙ. На енота сейчас посмотри.

Тощий смотрит на енота.

Упитанный от души бьет енота ногой.

Енот, как и прежде, молчит.

ТОЩИЙ. Ты же его бьешь ногой. Зачем ты его бьешь ногой?.

УПИТАННЫЙ (не слушая Тощего, останавливается). Вот видишь, он мертвый. Значит, я его забираю.

ТОЩИЙ. А может, я не хочу. Мы в дом к людям едем. Нас там итак не ждут. А мы еще с этим енотом. Тем более, мы не уверены, что он мертвый.

УПИТАННЫЙ. Да куда уж мертвее? Он на мои «проверю ногой» не реагирует.

ТОЩИЙ. А вдруг это терпеливый енот? Вдруг он притворяется мертвым? Вдруг у него какая-то травма и он понимает, что с такой травмой от тебя — психопата — не уковылять? Вот он и прикидывается мертвым.

УПИТАННЫЙ. И что делать?

ТОЩИЙ. Давай, у него пощупаем пульс.

УПИТАННЫЙ. А где у енотов щупается пульс?

ТОЩИЙ. Ну, на теле, наверное, где-то.

УПИТАННЫЙ. На запястье, может?

ТОЩИЙ. Почему бы не на запястье.

УПИТАННЫЙ. Ебанись! А где у енота запястье? Он же енот!.. (видит что-то на дороге). Машина, блядь, едет.

Тощий смотрит туда же, куда и Упитанный.

Звук приближающейся машины.

УПИТАННЫЙ (продолжает, но теперь еще и обеспокоенно) Еще задавит Василия.

ТОЩИЙ. Кого?

УПИТАННЫЙ. Василия.

ТОЩИЙ. Какого Василия? Енота, что ли? Ты успел дать имя мертвому еноту?

УПИТАННЫЙ. Ну, пока мы в этом не уверены. В том, что Василий мертвый. Ты же сам, блядь, это сказал.

Упитанный хватает тело енота. И вместе с ним бежит к своей машине. В лес.

ТОЩИЙ. Ты куда?

УПИТАННЫЙ (останавливается). Спрячу енота!

ТОЩИЙ. Зачем?

Упитанный собирается что-то сказать, а потом машет рукой. И бежит в лес.

ТОЩИЙ. Дебил!

По звуку можно определить, что автомобиль остановился. Тощий смотрит в сторону автомобиля

.

ГОЛОС АНАНИЯ (из темноты) Извините, значит. Вам, кажется, помощь нужна?

Сцена третья

АНАНИЙ и ТОЩИЙ, оба смотрят на багажник вылетевшей в кювет машины.

АНАНИЙ (показывая пальцем). Значит, мы закрепляем трос сзади.

.

Ананий смотрит на Тощего. Тот кивает.

АНАНИЙ. Когда я выдерну вашу машину, вам, главное, во-время нажать на тормоз. А то в прошлый раз я помог одному, значит, человеку. А он не совсем, значит, хорошо со мной поступил. Он подарил моей машине внушительную вмятину.

ТОЩИЙ. Боюсь, я не смогу это сделать.

АНАНИЙ. Вы, значит, про вмятину?

ТОЩИЙ. Нажать на тормоз в нужный момент.

АНАНИЙ. Значит, любой может нажать на тормоз в нужный момент. Даже, значит, извиняюсь, тормоз сможет нажать на тормоз в нужный момент, а вы нет?

ТОЩИЙ (не сразу). Для меня там все педали одинаковые. Я их не умею отличать.

АНАНИЙ. Ну, значит, тогда надо просто запомнить, какая педаль находится слева, а какая справа…

ТОЩИЙ. Извините, но только что мы оба наткнулись на мою главную проблему. Проблему — спутник моей жизни. Я не отличаю, где лево, а где право.

АНАНИЙ. Как? Значит, совсем? Или у вас только временное помешательство?

ТОЩИЙ. Ну, мы все уже двадцать лет надеемся на то, что это всего лишь временное помешательство.

АНАНИЙ. Так, значит, и как нам тогда быть?

ТОЩИЙ. Не знаю, но я вообще водить не умею…

АНАНИЙ. Значит, даже так? Похоже, вам совсем трудно жить… А стоит хоть?

Ананий сжимает кулак — так он изображает эрогированный член.

ТОЩИЙ. (вопрос застает врасплох) Я не могу на такие вопросы перед незнакомыми людьми отвечать.

АНАНИЙ. Ничего, значит, страшного. У меня тоже не стоит. Шестьдесят семь, знаете ли. Ценности уже, значит, другие. Оно и не к чему… А машина вообще ваша?

ТОЩИЙ. Пока вылетал с дороги, была моя.

АНАНИЙ. Значит, вы на этой самой машине сами доехали сюда и вылетели в кювет?

ТОЩИЙ. Ну не сам. В кювет вылететь друг еще помогал.

Ананий оглядывается по сторонам. Видимо, ищет друга. Останавливает взгляд в направлении, куда скрылся Упитанный с Енотом.

АНАНИЙ. Этот, значит, друг вам в кювет вылететь еще помогал?

ТОЩИЙ (прослеживая взгляд Анания). Да, этот.

АНАНИЙ. А в лесу, значит, что он делал?

ТОЩИЙ. Точно сказать, не могу. Но думаю, что, все-таки, какал. Стресс же, как-никак.

АНАНИЙ. А, вы, тогда, значит, почему не там?

ТОЩИЙ. А я уже там был. Не могу, как он, какать медленно…

АНАНИЙ. Он на педали нажимать, значит, будет?

ТОЩИЙ. Он.

АНАНИЙ. Что-то, значит, не похож он на хорошего нажимателя педалей.

ТОЩИЙ. Зря вы так думаете. Сейчас, после процесса в лесу он вообще, знаете, какой водитель хороший будет.

АНАНИЙ. Понимаю. Мне тоже говно, когда его много в теле, сильно мешает. И не только, значит, хорошо водить.

Сцена пятая

ТОЩИЙ стоит и смотрит на дорогу. Что там происходит — не видно — темно. Но зато слышно.

Одна машина рывками, раз за разом пытается вытащить другую. Раз за разом все «вжиу», да «вжиу». Пока не слышится мягкое «бум» — одна машина, скорее всего, чуть примяла другую.

Тощий легонько дергается от неожиданности.

ГОЛОС УПИТАННОГО. Вытянулся, блядь, тягловой силой! Блядь, я клянусь, для надежности сразу двумя ногами жал на тормоз! Почему не помогло?

Тощий не может сдержать подкативший к горлу смех. Хихикает.

Сцена шестая.

Все трое разглядываю разбитый габарит Природоохранного джипа. С другой стороны от них — задний кузов автомобиля Тощего и Упитанного.

АНАНИЙ. (поворачивается к остальным) Значит, бывает. (смотрит на Упитанного) Особенно у неуверенных в себе водителей. Ничего страшного, это всего лишь, значит (легонько бьет ногой по разбитому габариту), габарит.

УПИТАННЫЙ. Кто неуверенный в себе водитель?

АНАНИЙ. Ну, значит, не я же. Я всего лишь, значит, на тросе вытаскивал вашу машину. И поверьте мне и моему, значит, многорежимному опыту, я значит, был более, чем уверенный в себе водитель.

УПИТАННЫЙ. Я, неуверенный в себе водитель? Да ты совсем охуело, старое хренсосало?

Анания такое обращение явно выбило из колеи. Тощий тоже удивлен, но неприятно. Он просто наблюдает.

АНАНИЙ. (Упитанному) Что? (не дожидаясь ответа, к Тощему) Он, что, значит, сказал, что я… хре?..

УПИТАННЫЙ. Хренсосало. Хренсосало — это оно.

ТОЩИЙ. Извините, на него иногда находит особенно, когда камни на голову падают. А на него они недавно падали. Я сам видел…

АНАНИЙ. Это хорошо, хорошо. Значит, находит?

С последними словами Ананий неожиданно для всех ловким движение достает из плечевой кобуры большой такой пистолет. Направляет его на Упитанного.

УПИТАННЫЙ (глядя на пистолет). Ноги не болят такой здоровый пулемет по земле носить?

Тощий же, пользуется случаем, бежит в темноту — к лесу.

АНАНИЙ (целясь теперь в Тощего). Стой! Значит!

Тощий не останавливается.

Ананий стреляет.

Тощий останавливается. Поворачивается с поднятыми руками.

ТОЩИЙ (с едва заметным испугом). А руки поднимать?

Упитанный, посмотрев на Тощего, тоже поднимает руки.

Ананий не обращает на него внимания. Он наблюдает за Тощим, который медленно возвращается назад.

Упитанный делает попытку подойти незаметным к Ананию.

Ананий быстро поворачивается и направляет пистолет на Упитанного.

АНАНИЙ. Значит, какого хуя?

Напряженная пауза.

ТОЩИЙ. Да мы же ничего не сделали.

АНАНИЙ. Значит, не сделали? Тогда почему от (показывает на Упитанного) него квадратным енотом несет?

ТОЩИЙ (разволновавшись) Каким квадратным енотом?

АНАНИЙ. Таким, за которого, значит, застрелить вас, доброжелательных, не жалко.

ТОЩИЙ. Честное слово, ни одного квадратного енота… А что, есть такие?

УПИТАННЫЙ (непроизвольно). Значит, вот как его порода называется.

Молчание. Обстановка накаляется. Ананий явно недоволен тем, что он услышал.

АНАНИЙ (Упитанному). Значит, где он?

УПИТАННЫЙ. Кто?

АНАНИЙ. Кто, значит, кто? Квадратный енот, значит, где он?

УПИТАННЫЙ. Я совсем ни хуя не в курсе.

АНАНИЙ. С таким, значит, запахом на руках и совсем не в курсе? А кто, значит, только что сказал: «значит, вот, как его порода называется»?

УПИТАННЫЙ (невозмутимо). Точно не я.

АНАНИЙ. А вы в курсе, что я, значит, из специальнйо службы охраны енотов?

ТОЩИЙ (удивленно). Откуда?

АНАНИЙ. Из, значит, специальной службы озраны енотов. Мы, значит, охраняем редких квадратных енотов от вымирания.

УПИТАННЫЙ (удивленно). Они вымирают?

ТОЩИЙ. Квадратные еноты?

УПИТАННЫЙ. Не надо мне тут, значит, никаких гугу, молодые люди! Все вы знаете про квадратных енотов! На вас как раз, значит, запах одного из них!

ТОЩИЙ. Господи, а как они здесь живут? Мне кажется, тут бы даже простым енотам было бы тяжело жить, а если они еще и квадратные… Что, эти квадратные еноты прямо квадратные? А ходят тогда они как, если они квадратные?

АНАНИЙ. Какие, значит, квадратные? Раскрас у них такой! Еноты, с черными квадратиками, значит!

ТОЩИЙ. А почему тогда их так и не назвали, еноты с черной окраской?

АНАНИЙ (Упитанному). Ты, значит, скажи ему, чтобы он унялся.

УПИТАННЫЙ. Он всегда такой. Я не знаю, как ему язык укоротить.

ТОЩИЙ (продолжает свое) Не, ну правда, почему?

АНАНИЙ. А почему, значит, обыкновенных енотов так и называют енотами и не добавляют, что они, значит, полосатые?

ТОЩИЙ. Ну, потому что, если бы добавляли, что они полосатые, то я бы представлял себе енота, который живет с полосками. Там, где есть полоска — есть тело. Где нет полоски — тела нет.

АНАНИЙ. Еп вашу, значит! Откуда ты такой с такими, значит, дебильными представлениями о жизни лесных животных, взялся?

ТОЩИЙ. А вы откуда взялись вместе с этими квадратными енотами?

АНАНИЙ. Ты, значит, у енотов спроси, откуда они такие взялись. А мы уже потом, как приложение, значит, взялись за них, потому что они, значит, вымирать стали. Должен, же, значит, за ними кто-то следить. Их мало и они не сильно, значит, спешат размножаться. А тут еще с ними, значит, (смотрит на Упитанного) чего-то делают.

УПИТАННЫЙ. Да он сам выбежал на дорогу! Мы из-за него в кювет вылетели.

АНАНИЙ. Значит, он все-таки был?

УПИТАННЫЙ. Был. Небольшой такой. Совсем небольшой.

АНАНИЙ. И он, значит, уже (показывая головой наверх) там?

УПИТАННЫЙ. Ну, мы не уверенны в этом.

АНАНИЙ. Какого хуя вы, значит, не уверены? Вы себя тут с самого начала ведете, как люди, которые уже не в первый раз (показывает головой наверх) туда отправляют енота!

ТОЩИЙ. Мы вообще-то на дачу едем, к знакомым. Нас там ждут.

АНАНИЙ. Значит, к знакомым, с убитым квадратным енотом? И что я, значит, скажу невесте Василия? Что его случайно, значит, сбили дачники? Что они, значит, его не убили, а значит, просто сбили, а потом повезли его, значит, мертвого с собой в гости? Думайте, значит, она и в это поверит?

Ананий задумчиво трет дулом пистолета переносицу.

Упитанный ловит момент и бьет ногой в пах Ананию. Тот складывается пополам. Потом Упитанный сбивает его с ног и начинает методично бить кулаком в лицо.

Тощий лишь смотрит.

УПИТАННЫЙ (останавливается, глядя на кулак). Блядь, у меня теперь из-за этого гандона рука скоро распухнет. (Тощему) Ты не будешь возражать, если я этому, блядь, повторный раз гандону, сломаю шею? Руку, мне, сука, разбил.

ТОЩИЙ. Это не гуманно. Мы не должны убивать тех, кого мы не планировали убивать.

УПИТАННЫЙ (садится за Ананием, обхватывает его голову руками). Да мне, как-то по хуй, кого мы там планировали, а кого не планировали, блядь, убивать! И тебе, тоже, на самом деле, по хуй! Разница лишь в том, что тебе никто, блядь, не разбивал своим лицом руку.

ТОЩИЙ. Ты ведешь себя, как маньяк.

УПИТАННЫЙ. Ой, блядь, а ты не маньяк? Людей, блядь, убиваешь, но не маньяк, да? Это, как блядь, так можно быть не маньяком?

ТОЩИЙ. У меня идеология.

УПИТАННЫЙ. До первого, блядь, незапланированного получения пиздюлей у тебя идеология! Я же тебя насквозь вижу. Ты же, блядь, как я. Но, почему-то, думаешь, что чем-то лучше. А ты даже хуем своим не лучше.

Упитанный, прислушавшись к молчаливой дороге, ломает, с хрустом, шею Анания.

ТОЩИЙ. Он, что, все?

УПИТАННЫЙ. Тут все. А там (кивает наверх) жизнь у него только начинается. Так что, я бы за него не беспокоился. А беспокоился бы лучше за чудо-пистолет, который надо забрать и положить к нам в багажник.

ТОЩИЙ. А ты сам, что, не можешь побеспокоиться на счет чудо-пистолета?

УПИТАННЫЙ. А мне посрать надо.

Упитанный уходит ускоряясь. Скрывается. Теперь слышен только его голос.

ТОЩИЙ. А ты куда, в лес?

УПИТАННЫЙ. Ну не тут же мне срать!

ТОЩИЙ. Да тут же нет никого.

УПИТАННЫЙ. Срать, начну, появятся. Так всегда бывает. Ладно, я тут. Но еще и этот. Так что, я в лес. А ты пока затащи этого Без Шеи в нему в машину.

ТОЩИЙ. Зачем?

УПИТАННЫЙ. А как ты его катать по-другому будешь?

Тощий смотрит еще какое-то время вслед Упитанному. А потом поворачивается к Ананию. Думает, как за него взяться. Делает было движение, чтобы ухватиться за ноги, но тут Ананий приходит в себя.

ТОЩИЙ. Господи!

АНАНИЙ. Не надо, значит, сюда господа, он точно тут не причем.

ТОЩИЙ. Андрей же вам шею сломал.

АНАНИЙ. Точно?

ТОЩИЙ. Точно, я сам видел.

АНАНИЙ. Значит, не старательно ломал. Я свою шею, значит, столько раз ломал и мне ее, значит, столько раз ломали, что я, значит, вообще не думал, что ее можно так сломать, чтобы я умер.

ТОЩИЙ. Вам помочь?

АНАНИЙ. Что помочь?

ТОЩИЙ. Встать вам помочь?

АНАНИЙ. Нет, вставать мне помогать, значит, не надо. Я уже не встану. У меня же шея, значит, сломана. Или ты уже, значит, забыл?

ТОЩИЙ. Но вы же не умерли. Все умирают, а вы не умерли.

АНАНИЙ. Я, значит, не для этого глаза, значит, открыл. Чтобы вставать. Я, значит, сказать кое-что забыл важное. Ты слушаешь?

ТОЩИЙ. Да, слушаю.

АНАНИЙ. Ни в коем, значит, случае, не вывозите Василия с это леса.

ТОЩИЙ. Он заразный?

АНАНИЙ. Он заразный? Только этого, значит, еще не хватало. Когда он успел, значит, стать заразным? Что вы с ним, значит, сделали?

ТОЩИЙ. Ничего.

АНАНИЙ. Значит, не заразный… Ни в коем случае, значит, ни в коем, не вывозите его с территории. А то там, значит, таких делов он может натворить.

ТОЩИЙ. Но он же мертвый.

АНАНИЙ. Он, значит, не как все остальные тут квадратные еноты. Он, значит, не думает о себе больше, чем он есть. Он все, значит, по силам своим прикидывает.

ТОЩИЙ. И что?

АНАНИЙ. А то, что, он, значит, сильный… Ты понял, значит, меня?

ТОЩИЙ. Понял.

АНАНИЙ. Ну тогда я, значит, все, пошел.

ТОЩИЙ. Пойдете? Со сломанной шеей?

Ананий не отвечает. Не отвечает, потому, что умер.

Сцена шестая.

УПИТАННЫЙ за рулем автомобиля Анания. ТОЩИЙ сидит рядом. Сзади — сидит мертвый АНАНИЙ.

УПИТАННЫЙ. Да, мало ли он чего наговорил. Ему тяжело было. Он при смерти, а сказать напоследок нечего. Вообще нечего. Вот он и давай про енота рассказывать.

ТОЩИЙ. Он был убедителен.

УПИТАННЫЙ. Василий тоже убедителен в своей, блядь, смерти. Поэтому мне кажется, что он мертв. И ему по херу, лежать там на дороге или тут, где уютнее.

ТОЩИЙ. Как ты думаешь, как его звали?

УПИТАННЫЙ. Деда точно звали БЛЯДЬ-ТЕПЕРЬ-КАКАЯ-РАЗНИЦА. Для мертвых это самое приемлемое имя.

ТОЩИЙ. Лучше Ананий.

УПИТАННЫЙ. Это что еще за имя, блядь, такое? Это случайно не сокращение от того, что я думаю?

ТОЩИЙ. Деда у меня так троюродного звали. Он слепым в кукурузе бродил, а потом от рака уме…

УПИТАННЫЙ (что-то обнаружив перед машиной). Блядь! Дерево!

Становится темно. Слышно, как автомобиль врезается в дерево.

Сцена восьмая

УПИТАННЫЙ пытается вытащить из заднего салона, врезавшегося в дерево автомобиля, АНАНИЯ.

ТОЩИЙ стоит в стороне, согнувшись. Ему досталось во время аварии.

АНАНИЙ зацепился ногами за что-то в салоне. И теперь никак не вытаскивается Упитанным из салона.

УПИТАННЫЙ. Кажется, наш мертвый Ананий сопротивляется. Бля (повернувшись к Тощему). Может, блядь, поможешь? Я понимаю, что ни хуя не делать и ласкать взглядом свои яйца интереснее. Но, блядь, может, ты поможешь?

ТОЩИЙ. Мне же больно.

УПИТАННЫЙ. Заебись, тебе больно! Мне между прочим, когда я кончаю, больно. Но я же все равно каждый раз иду на это и кончаю.

ТОЩИЙ. Это ты к чему?

УПИТАННЫЙ. К тому, что, блядь, пусть твое «больно» пока подождет… Мне, блядь, помочь надо. Этот в третий раз гандон ни хуя не намерен покидать свой автомобиль! Даже, после, блядь, клинической смерти.

ТОЩИЙ. Я, действительно, очень сильно ударился. У меня голова кругом идет.

УПИТАННЫЙ. Если ты мне сейчас, блядь, не поможешь, то у тебя скоро не голова кругом идти будет, а жопа твоя по кругу с хуями ходить будет. А знаешь, где круги с хуями? В тюрьме, блядь. А знаешь почему в тюрьме? Потому, что я, блядь, сейчас брошу тут Анания. И пойду отсюда на хер. А, сам Ананий не закопается. И его, блядь, найдут. И не думай, что, это будут лесные животные.

ТОЩИЙ (ковыляет к Упитанному и Ананию). Все иду, иду.

Сцена девятая.

Идут по лесу.

ТОЩИЙ с лопатой в руке.

УПИТАННЫЙ тащит на себе АНАНИЯ.

УПИТАННЫЙ. Сука, натирает. Как, блядь, живой натирает.

Упитанный останавливается. Поправляет тело Анания.

Тощий тоже останавливается.

ТОЩИЙ. Сколько нам еще надо идти?

УПИТАННЫЙ. Ну давай тут.

ТОЩИЙ. А если найдут? Мы же не так далеко отошли от машины.

УПИТАННЫЙ. А на хера тогда, блядь, спрашивать: «сколько еще идти», если ты сам знаешь, что мы недалеко отошли от машины, придурок?

ТОЩИЙ. А зачем ты его вообще убил?

УПИТАННЫЙ. Ты, блядь, издеваешься? Он же по запаху определил, что я трогал енота! И плюс ко всему у него был такой вид, как будто он сейчас вот-вот пизданется на голову. Ты же сам все видел… И на хера в нашей скромной компании пизданытые на голову?.. И вообще, мог бы ничего мне не предъявлять — он же в тебя стрелял.

ТОЩИЙ. Мы еще даже не доехали до дома. А ты уже собираешься привлекать к себе внимание.

УПИТАННЫЙ. Да мы нормально на моторе в лес заехали. Ее найдут, а его нет. Где же он, любитель енотов? Правильно, ушел далеко в лес и где-то заблудился. Вот и вся история. Лес-то большой, а он херов енотный хрен. Кому эти енотные нужны? Кто вообще о них знает? Об этих квадратных енотах? И об этой службе охраны?

ТОЩИЙ. Эта лопата натирает мне руку.

УПИТАННЫЙ. Ты, что, хочешь поменяться?

Упитанный останавливается и сбрасывает тело Анания.

ТОЩИЙ. Я не хочу меняться. Тем более, с таким «ни за что ни про что» убийцей.

УПИТАННЫЙ. А Ананий хочет. Ты посмотри, какой у него расстроенный взгляд.

Тощий поворачивается и смотрит на ногу Анания. В глаза ему смотреть явно не хочется.

УПИТАННЫЙ. В глаза ему надо смотреть, чтобы увидеть расстроенный взгляд, а не на ноги, блядь. Там расстроенных взглядов не бывает!

ТОЩИЙ. Я не хочу смотреть ему в глаза.

УПИТАННЫЙ. Ну ладно, не смотри. Я, что, блядь, злой? Я не злой. Волю твою подавлять я не собираюсь. Только дай лопату (хватается за лопату) и не забудь с собой прихватить этого говоруна.

Упитанный уходит с лопатой.

Тощий долго смотрит на Анания. Затем, посмотрев в сторону ушедшего Упитанного, наклоняется так, чтобы взвалить на спину тело Анания.

Далеко-далеко не сразу у Тощего получается взвалить Анания себе на плечи. Когда ему это удается. Он падает. Лежит, дышит.

Появляется Упитанный.

УПИТАННОГО. Блядь! Почему у всех друзья, как друзья, а у меня тощий? Почему я должен всю дорогу этого в четвертый раз мудака тащить?

ТОЩИЙ (Тяжело тяжело дышит). Вообще-то ты сделал так, что он теперь не дышит.

УПИТАННЫЙ. Ну и что? Теперь на меня, что, всякую хуй можно свалить из-за того, что я его убил?.. Ладно, тогда ты копать будешь.

Упитанный взваливает на себя Анания.

Сцена девятая

ТОЩИЙ с лопатой стоит над небольших размеров могилой. Ямой, в которой не горизонтально, как привыкли, а вертикально был закопан АНАНИЙ. Его голова торчит из могилы.

УПИТАННЫЙ смотрит на торчащую голову Анания.

УПИТАННЫЙ. Ты где-то ошибся.

ТОЩИЙ. Я ошибся? Это ты сказал: «хватит такой длинны, он осядет». В каком месте он осел? Голова торчит на… целую голову она и торчит! Зачем вообще надо было такую могилу делать? Нельзя было нормальную выкопать? Положить, как всех, горизонтально?

УПИТАННЫЙ. А за что его закапывать горизонтально? Он, что себя хорошо, блядь, вел? То Грязного, блядь, Гарри изображает, со своим чудо-стволом. То из машины вылезать не собирается. Нужно его же как-то за это наказать.

ТОЩИЙ. Но он же мертвый, Максим.

УПИТАННЫЙ. А мне по хуй. Это его проблемы, что он мертвый. А меня это никак не ебет. Под землю его закатали? Закатали. Вертикально? Вертикально. Мне стало легче? Мне, пиздец, как стало легче. А то, что он уже мертвый и ему на это похуй… так мне тоже на это похуй.

Молчат.

ТОЩИЙ. Ну и что делать?

УПИТАННЫЙ. С чем?

ТОЩИЙ. С его головой, что делать? Она же будет привлекать к себе внимание.

УПИТАННЫЙ. Да, и не только веселых лесных жителей… Лопату дай.

Тощий смотрит на лопату. Колеблется, а потом дает лопату. Не отрывает от нее взгляда.

Упитанный смотрит на Тощего. А потом куда-то за его спину.

УПИТАННЫЙ. Ни хуя себе, овцы!

ТОЩИЙ (поворачиваясь назад). Где?

Упитанный ребром лопаты, пока Тощий отвернулся, бьет под самую голову Анания — по шее.

ТОЩИЙ. Господи!

УПИТАННЫЙ (вытаскивая лопату из шеи и опять туда же бьет, с размаху). Да, Господи. Если бы Господи знал, что его изобретение — лопату — будут использовать подобным образом, то, он бы, блядь, точно забил хуй на изобретение лопаты. И тогда хуй его знает, как бы моя бабушка выкапывала картошку в войну.

ТОЩИЙ. Когда я говорил, что его голова торчит, я вообще не имел ввиду ее отрубать! Тем более, лопатой!

УПИТАННЫЙ. А что ты предлагаешь с ней делать? Под пенек, блядь, замаскировать? Заебись пенек, конечно, получится…

ТОЩИЙ. А перекопать нельзя было?

УПИТАННЫЙ. Нам ехать надо. И тем раньше, тем лучше. А ты, блядь, перекапывать. Может, ты никогда об этом не слышал, а я слышал. Слышал, что на перекапывание времени надо… А оно у нас есть? Нет у нас его ни хуя. Мы же деловые люди.

Упитанный опять бьет лопатой по шее. И теперь не останавливается.

Тощий стоит и смотрит на все это как ребенок, который не особо понимает, что происходит.

ТОЩИЙ. А ты про овец зачем мне сказал?

УПИТАННЫЙ. Я не хотел травмировать твою детскую психику.

ТОЩИЙ. А, понятно… А сейчас ты не травмируешь мою детскую психику?

УПИТАННЫЙ. А сейчас ты уже не сможешь помешать мне отрубить твоему другу Ананию голову. Так, что мне по хуй… Хотя, конечно, по-хорошему, тызаебал ныть на счет его головы. Иди, давай, ямку копай. Башка сама себя не закопает.

ТОЩИЙ (послушно). А чем копать, руками?

УПИТАННЫЙ (останавливаясь). Давай так. Или ты копаешь небольшую ямку руками, а я помогаю голове Анания, с помощью, лопаты обрести независимость от всего остального тела. Или я копаю небольшую ямку лопатой, а ты своими руками, как умеешь, помогаешь голове Анания обрести независимость от его тела.

ТОЩИЙ (подумав).У меня вообще есть надежда, что у тебя когда-нибудь закончатся каждый-раз-резкие аргументы?

Тощий садится неподалеку от Упитанного. Руками начинает копать землю.

Упитанный же опять лопатой принимает за голову Анания.

Вот такая вот идет коллективная работа.

Сцена десятая

Салон автомобиля. УПИТАННЫЙ сидит за рулем. ТОЩИЙ сзади. Там же, сидит и мертвый ЕНОТ, которого посадили, как человека, на задницу.

УПИТАННЫЙ. Поверить, блядь, не могу, что я чуть его не забыл.

ТОЩИЙ. А, может, все-таки его надо было забыть в его родном лесу?

УПИТАННЫЙ. Это ты в своем лесу и своего енота забывай, сколько влезет. Но моего, блядь, енота ты хуй забудешь. Ты понял меня?

Тощий молчит. Упитанный молчит. Енот молчит.

ТОЩИЙ. Мы вообще далеко уже отъехали?

УПИТАННЫЙ. От дома или от того места, где Ананий припарковался?

ТОЩИЙ. От чего хочешь.

УПИТАННЫЙ. Прилично. Хотя, если считать от Анания, то чуть меньше, чем прилично. А что такое?

ТОЩИЙ. Мне кажется, Василий начинает вонять.

УПИТАННЫЙ. Хуйню ты городишь. (принюхивается) Василий — енот. И он должен хотя бы немного пахнуть енотом. Если он не будет хотя бы немного пахнуть енотом, то разве после этого его можно будет называть енотом? Причем, он квадратный енот, а там у них, у квадратных енотов, я уверен, есть своя вонючая специфика… В связи с этим хочется выразить свое недовольство каналом «Дискавери». Из-за их некомпетентности мы вообще ни хуя не знаем о квадратных енотах… Едешь, блядь, с животным полным загадок… Ебанное «Дискавери».

ТОЩИЙ. Опять ты со своим «Дискавери». Я вообще не имел ввиду этот тошнотворный запах квадратных енотом. Я говорю о другом, еще более, тошнотворном запахе. Кажется, Василий разлагается.

УПИТАННЫЙ. Боюсь, тебя обидеть словом «ни хуя». Но все-таки, ни хуя подобного. Василию еще рано разлагаться.

ТОЩИЙ. Но он же мертвый. И еще эта жара. И мы уже столько проехали.

УПИТАННЫЙ. Кто сказал, что он мертвый? Это ты, блядь, говоришь, что он мертвый. А я говорю, что надежда умирает последней. В школе тебя не учили, что надежда умирает последней? ПИздят тебя все время, раз за разом, пИздят и пИздят, а ты страдаешь, терпишь и все веришь в то, что когда-нибудь наступит тот момент, когда тебя перестанут пИздить. А момент все не наступает и не наступает. А ты все-равно веришь в то, что когда-нибудь тебя перестанут пИздить. И перестают. Когда тебе восемнадцать и ты в другом городе. Так, что надежда умирает последней. Мы до сих пор не знаем точно — мертвый енот с нами едет или, все-таки, нет.

ТОЩИЙ. Поэтому ты посадил его рядом со мной?

УПИТАННЫЙ. Он тебе, что, действительно, мешает?

ТОЩИЙ. Чем именно, своими двумя запахами: енотным и запахом разложения? Или тем, что он сидит, как человек, хотя он енот?

УПИТАННЫЙ. Опять ты, блядь, со своим запахом. Енот не может быть виноватым в том, что он енот. Мы, ведь выяснили это. Это данность.

ТОЩИЙ. А посадил ты его почему?.

УПИТАННЫЙ. А, что, мне его уложить, что ли? Кладут мертвых, а этот, с возможными признаками жизни. И я его уважаю. Поэтому и посадил, как человека.

ТОЩИЙ. Но признаков жизни же нет.

УПИТАННЫЙ. Он не задеревенел. Но признаков жизни нет. Так, что вполне вероятно, что наш парень в коме.

ТОЩИЙ. В коме? Господи, енот в коме — это еще хуже, чем енот, теряющий сознание. А не может он не деревенеть оттого, что на улице жарко?

УПИТАННЫЙ. Может, наверное.

ТОЩИЙ. И тогда как в таком случае нам узнать, мертвый он или нет?

УПИТАННЫЙ. Заебал ты Василия трогать! И меня тоже заебал Василием трогать. Может, я вообще хочу просто его немного на машине, по-человечески покатать. И, может, мне на самом деле, по хуй мертвый он или нет. Может, я думаю о том, что я немного перед ним стал виноватым, когда сбил его машиной. Или на смерть или не насмерть.

ТОЩИЙ. А нельзя, чтобы он в пакете это делал?

УПИТАННЫЙ. Что делал?

ТОЩИЙ. Ехал. По-человечески.

УПИТАННЫЙ. Ты, где это, блядь, видел, чтобы люди на транспорте катались в пакетах? Дышать им, в пакетах, блядь, как? ПО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИ в пакетах им ездить как? Давай так, если ты натянешь на себя какой-нибудь невъебенный пакет. Вернее, ты влезешь в какой-нибудь невъебенный пакет и будешь, не напрягаясь так сидеть в машине, то тогда я, без вопросов, засуну Василия тоже в пакет.

ТОЩИЙ. У нас нет таких пакетов.

УПИТАННЫЙ. Какие проблемы. Если ты настроен на пакеты, то мы найдем тебе пакет. Ты, действительно, настроен?

ТОЩИЙ. Вообще не настроен.

УПИТАННЫЙ. Ну вот видишь, а ты, блядь, давай: «давай в пакет засунем, давай в пакет засунем». Ты ВООБЩЕ не настроен. А что говорить про бедного енота, который в коме? Он каким, блядь, образом, может настроится на времяпрепровождение в пакете, если он сейчас, блядь, в коме? Сидит и ни хуя не в курсе, где, он, как он. А потом, блядь, смерть от удушья в пакете… Пиздец, нелегкая судьба может быть у енота. И я, блядь, не хочу делать его судьбу такой нелегкой.

ТОЩИЙ. Ты человека недавно убил, а потом еще и голову ему отрубил. Лопатой. И теперь тебе жалко енота?

УПИТАННЫЙ. Я думаю, что и тебе жалко енота. Просто ты притворяешься. Точно так же, как ты притворяешься, что тебе жалко Анания… И я думаю, что ты на овец не просто так повелся… ты специально повелся. Чтобы, типа, да я ни хуя не смог уберечь голову Анания от целостности, потому что искал стадо овец, блядь, в лесу, где не бывает вообще, блядь, овец.

ТОЩИЙ. Значит, теперь вот оно как?

УПИТАННЫЙ. А что вот оно как? Твоя реакция на овец сама за себя все сказала… Или, есть вероятность, что ты овцелюб. Но я тебя знаю давно. И ты еще ни разу не подавал признаков овцелюбства.

Тощий хочет что-то сказать, но сам машет на это рукой.

Едут.

Тощий смотрит на енота. С некоторой неприязнью,

ТОЩИЙ. Думаю, я знаю, как точно узнать, жив Василий или, все-таки, нет.

УПИТАННЫЙ. Надеюсь, ты не ебать его будешь. Не хотелось бы, чтобы ты его ебал. Хотя, это да. Это поможет определить.

ТОЩИЙ. Что поможет определить?

УПИТАННЫЙ. Вот, предположим, лежит Василий. Круто так претворяется. Ну, как сейчас. Мы все такие, блядь, кома не кома. Живой не живой. А он такой, блядь, на правильной дыхательной технике воспитывался. Знает, блядь, как вырубить самого себя, чтобы не дышать ни хуя. Чтобы сердце не билось. Все знает. По всем признакам проходит, как не живой. А тут вдруг хуй. Здоровенный такой, настоящий, мужской хуй. И хуй этот не просто так, мимо проходит к пизде какой-то по размерам подходящей. Нет. Этот хуй влезает в жопу еноту. Вначале с трудом, а потом приноравливается. И вот, в скором времени енот этот по хую катается туда-сюда, как приложение. Жопа у енота с каждым туда-сюда-обратно становится все больше и больше. Увеличивается до гигантских размеров. Правильная дыхательная техника, философия. Все это знает бедный енот. Но все это, ни хуя ему не помогает справить с непередаваемой болью в жопе. И вот тогда енот сделает одну важную вещь, он подаст признаки жизни.

ТОЩИЙ (потрясенный). Ты, что, так уже делал?

УПИТАННЫЙ (сурово смотрит на Тощего через зеркало заднего вида). Ты это серьезно?

ТОЩИЙ. Но ты же так все это убедительно рассказал я и подумал…

УПИТАННЫЙ. А почему ты не подумал, что это все «Дискавери»? Почему ты, блядь, сразу подумал первое, что приходит на твой мозг? Я, блядь, и енот? Он, блядь, мне своей жопой смазывает мой «попрыгай на мне»? Тебе, блядь, не кажется, что это мерзко?

Тощий не знает, что ответить.

Молчат.

ТОЩИЙ. Вообще-то я имел в виду другой способ узнать жив Василий или нет.

Сцена десятая

Машина стоит у дороги.

УПИТАННЫЙ наблюдает за развернувшимся безобразием на некотором расстоянии.

ТОЩИЙ пытается снять боковое зеркало заднего вида. Рядом, на тряпочке лежит енот.

УПИТАННЫЙ. Ну и как?

ТОЩИЙ. Что-то не снимается.

УПИТАННЫЙ. Я же говорил, что не снимается, баран! Вармердарм, думаешь, что, все взял из башки?

ТОЩИЙ. Кто?

УПИТАННЫЙ. Вармердарм. Режиссер такой. Голландский. Малыш Тони, Северяне, Новые сказки Братьев Гримм. Платье. Официант.

ТОЩИЙ. Ни одного названия не слышал. Ты вообще нормальное кино смотришь?

УПИТАННЫЙ. А что, по-твоему, значит, нормальное кино?

ТОЩИЙ. Ну, там, Титаник, Рембо, карты, деньги, два ствола? Достучаться до небес, бойцовский клуб?

УПИТАННЫЙ. Не-а. А на хуй надо? У меня свое кино. И свой процесс познания действительности — жесткая реальность. Сказки это не для меня. Хотя Терминаторов и «Звездные войны» видел. Но это в качестве исключения. Светка заставляла.

ТОЩИЙ. Да, Светку помню. Первая да, была?

УПИТАННЫЙ. Для меня первая, а я для нее, наверное, тысяча первый. Понятие — узкое — это не про нее.

ТОЩИЙ (оставляет затею снять зеркало). Может, тогда давай его поднимем, к зеркалу?

УПИТАННЫЙ. Не буду. Все, как у Вармердарма в «Новых сказках братьях Гримм». Но сам можешь и поднять. Тебе-то какая разница, ты все равно всякое говно смотришь.

Тощий подходит к еноту. Но не решается его взять.

УПИТАННЫЙ. Да давай, блядь, быстрее! Солнце уже светит по-взрослому. Ехать надо! Время же бежит все время, не останавливается.

ТОЩИЙ. Может, тогда ты? Мне не очень хочется до него прикасаться.

УПИТАННЫЙ. Не, не я. Тебе же не нравилось, что он рядом с тобой сидит. И когда ты на переднее сидение пересел, тебе тоже не нравилось.

ТОЩИЙ. Я чувствовал на себе его взгляд.

УПИТАННЫЙ. Но я-то, блядь, не чувствовал. И, блядь, не ныл. Мол, давай остановимся. Давай проверим. Живой он или нет. Я давно принял полный факт полной его неопределенности в вопросе смерти. А ты, блядь, рыпаешься. Все тебе не нравится. Все ты, блядь, чувствуешь, как на тебя смотрят еноты в коме. Ты, блядь, по жизни всем недовольный.

Тощий, собравшись, осторожно поднимает енота. Подносит морду к зеркалу заднего вида.

УПИТАННЫЙ. Ну и как?

ТОЩИЙ. Пока трудно сказать.

Упитанный подходит к Тощему, еноту и зеркалу заднего вида.

УПИТАННЫЙ. Что тут пока трудно сказать? Енот, блядь, не дышит.

ТОЩИЙ. Не согласен с этим.

УПИТАННЫЙ. Что ж тут не согласен с этим, когда он не дышит! (Кладет руку на тело енота). И кровь не циркулирует.

ТОЩИЙ. В прошлый раз тебе надо было запястье, чтобы определить циркулирует у него кровь или нет. А теперь не надо?

УПИТАННЫЙ. В прошлый раз я еще не успел покатать пострадавшего. И в прошлый раз мне хотелось верить, что, блядь, енот не мертвый… Я не хотел начинать свой, блядь день с такого неприятного убийства. Ясно? А потом появился Ананий. И еще ты нудить стал: мертвый енот то, нотный енот се. Времени нет. Зайбалось мне такое путешествие,

ТОЩИЙ. Но он же действительно мог вырасти на правильной дыхательной технике. Это твои слова.

УПИТАННЫЙ. Я, блядь, фантазировал. Ты, что, всерьез про енотов, блядь, мог такое подумать? Он, блядь, что, похож на буддистского монаха? И с лысой башкой раньше ходил?

Тощий молчит.

УПИТАННЫЙ. Все, Василия теперь можно в пакет. Только с отверстиями. А то он запреет. И нормальным не доедет. Особенно по такой жаре…

Сцена одиннадцатая

Лес.

Упитанный за кем-то бежит с охотничьим ружьем. Останавливается. Быстро вскидывает ружье. Стреляет.

УПИТАННЫЙ (зло) Ебанный енот!

Упитанный вытаскивает из патронника гильзы. Поворачивается к подоспевшему, но очень уставшему, Тощему.

УПИТАННЫЙ. Патроны с собой есть?

ТОЩИЙ. Ты мне не говорил в багажник залезать.

УПИТАННЫЙ. Я же говорю, ебанный енот!

Упитанный кладет ружье на землю. И бежит вперед.

УПИТАННЫЙ (предполагаемому еноту). Не только у тебя дыхалка заебись. У меня тоже дыхалка заебись!

Тощий подходит к ружью. Поднимает его. А потом, с трудом, но бежит за Упитанным.

Сцена двенадцатая.

В лесу Упитанный в отдалении с кем-то, наворачивая круги, сходится для боя.

Затем его кто-то кусает за ногу. Упитанный с боем снимает это что-то с ноги. Прижимает к земле и начинает бить кулаком.

УПИТАННЫЙ. Пидарас! Я тебе все твое енотное ебало разломаю!

ГОЛОС ТОЩЕГО (трудно дышит) Так… Не бей Василия!

УПИТАННЫЙ (перестает бить предполагаемого енота). Да пошел ты на хуй! Он, блядь, меня за ногу укусил! Этот енот, что, блядь, собака за ногу кусать?

Упитанный опять начинает работать кулаком.

Сцена двенадцатая

На том же самом месте. Но чуть позже.

ТОЩИЙ сидит, запрокинув лицо кверху. Ему явно разбили нос.

УПИТАННЫЙ стоит неподалеку.

Чуть дальше, лежит ЕНОТ со сломанной челюстью. И уже не в первый раз не подает признаков жизни.

УПИТАННЫЙ. Ну и как тебе мои воспитательные меры?

ТОЩИЙ. Кровь не останавливается.

УПИТАННЫЙ. И правильно, блядь, делает. Она же понимает, что если она рано остановится, ты ни хуя не выучишь уроки.

ТОЩИЙ. Какие уроки? Я всего лишь помешал тебе убить редкое животное.

УПИТАННЫЙ. А мне срать, насколько эти квадратные еноты — редкие животные. Вот то, что они, блядь, ведут себя, как собаки и как ублюдки, вот на это не срать. Он же меня, блядь, укусил!

ТОЩИЙ. И, что, за это надо было ломать ему челюсть? Это же жестоко.

УПИТАННЫЙ. Ни хуя не жестоко. Жестоко в его случае — это трехдневная смерть на специальном енотном электрическом стуле.

ТОЩИЙ. Я о таких не слышал.

УПИТАННЫЙ. Мне, что, помечтать нельзя?

Молчат.

ТОЩИЙ. Ты ведь правда сломал Василию челюсть.

УПИТАННЫЙ. Ты забыл сюда добавить свой нос. Надеюсь, он не сломан. А вот на счет него (показывает на енота) я надеюсь ровно, блядь, наоборот. Пусть, эта ебучая енотная тварь мучается. Сам сдохнет от голода без своей челюсти. В лесу ему никто не поможет. Зверей-хирургов мать-природа еще не придумала.

Молчат.

ТОЩИЙ. Ты должен знать, что я против этого.

УПИТАННЫЙ. Против чего, этого?

ТОЩИЙ. Я против того, чтобы ты забивал животных до смерти. Тем более таким негуманным способом.

УПИТАННЫЙ. Тогда сиди в лесу и сам, блядь, этих, животных воспитывай! А то совсем охуевшими рожами растут. То, блядь, на дорогу выбегут, то, блядь, в машине на халяву прокатятся. Вот включи канал «Дискавери», посмотри передачу про енотов. Да, они там ни хуя не идеальные, я согласен. Но, блядь, при всем при этом они себя ведут более-менее прилично, в рамках дозволенного для енотов. А этот, блядь, в пещере, сука, родился.

ТОЩИЙ. Да ему просто скучно.

УПИТАННЫЙ. Ни хуя. В пизде девять месяцев сидеть. Это да, Это скучно. Лежишь скукоженный такой и весь по рукам и ногам связан. В кино не сходишь. Сперма еще не вырабатывается. Мозг думать еще не умеет. И даже пожрать нормальной еды не пожрешь. Все через пуповину. И то какое-то говно… А в лесу скучно не бывает. Тут, блядь, лес, тут звери. Есть с кем, блядь, пообщаться. Деревья есть. Вода полакать тоже есть. Всунуть кому есть. Как тут может быть скучно? Ладно мне скучно, тебе скучно. Мы люди, нам развлекать себя как-то надо. Но он же, блядь, енот… И вообще, с какого хера он, блядь, вдруг лежал и лежал неживой совсем, а потом мне глаз откусить пытался?

ТОЩИЙ. Ну я…

УПИТАННЫЙ. Я так, блядь и знал. Ты, что-то сделал. Всегда тебе надо что-то сделать. Что ты сделал?

ТОЩИЙ. Ничего.

УПИТАННЫЙ. Ты точно ничего не сделал или опять будешь своими любимыми цитатами «я думаю, что я ничего не сделал» пользоваться?

ТОЩИЙ. Ну я.

УПИТАННЫЙ. Что ты? Так и хочется твое «ну я» срифмовать на «ни хуя» … Что, блядь, ты ему сделал такого, что он вдруг опять зашевелился? Не по своему же «попрыгай на мне» ты его катал… ты бы не успел.

ТОЩИЙ. Да, я бы не успел… Я его только показал.

УПИТАННЫЙ. Кого? Хуй?

ТОЩИЙ. Совсем немного. Просто вытащил. Перед носом поводил.

УПИТАННЫЙ. Когда ты это, блядь, успел сделать?

ТОЩИЙ. Ты по-маленькому отходил.

УПИТАННЫЙ. Да, по-маленькому. Если бы я знал, что ты ему правда покажешь свой хуй… Блядь, в мою голову это не влезает. У тебя вообще есть сознание?

ТОЩИЙ. Ты же сам сказал. Тем более, я даже не думал вводить его ему в…

УПИТАННЫЙ. То, есть, ты хочешь сказать, что этот, блядь, невъебенно охуевший енот испугался твоей сморщенной хуйни между ног? Кого вообще такой беспомощной штукой можно испугать?.. что за странный, блядь, енот.

ТОЩИЙ. Ну, я немного его… помассировал.

УПИТАННЫЙ. Блядь, надеюсь, ты енота немного помассировал?

ТОЩИЙ. Не енота.

УПИТАННЫЙ. Бляяя… Вот на хуя ты это сделал, а?

ТОЩИЙ. Когда я поднес его морду к зеркалу. У меня появилось ощущение, что он специально не дышит.

УПИТАННЫЙ. Блядь, значит, ты водишь своим во-всей-красе-хуем перед его мордой. И он на это реагирует?

ТОЩИЙ. Реагирует.

УПИТАННЫЙ. И как он реагирует? Он тебя укусил? Твой хуй он укусил?

ТОЩИЙ. Не укусил.

УПИТАННЫЙ. Откусил, что ли?

ТОЩИЙ. Он открыл глаза. Посмотрел на него. Потом на меня. И побежал к тебе.

УПИТАННЫЙ. Но почему он тебя не укусил за хуй? Это же самый легкий способ?.. Хотя, да, если бы я был енотом… и у меня бы перед глазами водили во-всей-красе-хуем, я бы тоже его не кусал. Потому, что трогать хуй, а тем более, кусать его — это мерзко… блядь, у этого долбоеба слишком человеческие представления о жизни… Ну, допустим, все так и было. Только я-то ту причем? Почему он ко мне побежал? Почему он на меня напрыгнул и хотел мне лопнуть глаз, а не тебе? Я чувствую тут несправедливость.

ТОЩИЙ. Может, ты просто на его пути стоял?

УПИТАННЫЙ. Неет… далеко нет. Он побежал ко мне, потому что… это же, блядь, я рассказывал тебе про возможность использования во-всей-красе-хуя… И в его представлениях ты ни хуя не виноват. Ты тупой исполнитель… Блядь, похоже, этот квадратный ублюдок понимает человеческую речь… Да, что, блядь, с этим каналом «Дискавери»? Хотя бы намекнули бы, что ли. Хотя бы одну, блядь, передачу с намеком на то, что эти могут… Блядь, да его надо мочить… Он, же, опаснее, чем я думал…

Упитанный подходит к еноту. Берет его за лапы.

ТОЩИЙ. Только не это.

УПИТАННЫЙ. Я тебя теперь вообще не спрашиваю. Ты теперь со своим во-всей-красе-хуем далеко впереди по нарушениям человеческих норм поведения.

Упитанный ставит колено. Поворачивает енота спиной вниз, чтобы перебить ему позвоночник об колено.

Енот вдруг начинает дергаться.

УПИТАННЫЙ. Блядь, да этот шутник, опять притворялся.

В этот момент быстро подходит Тощий и толкает не готового к этому Упитанного.

Упитанный падает. Енот тоже падает. Все, енота уже нет.

УПИТАННЫЙ. Где он? Ты же только что такого, блядь, говна наделал!

ТОЩИЙ. Ничего я не наделал. Я ему жизнь спас.

УПИТАННЫЙ. Блядь, я специально бегал по лесу. Дыхалку ему сажал. А теперь, что, блядь, получается? Он куда-то исчез еще и с восстановленной дыхалкой?.. Блядь. Да я тебе даже нос не сломал. На хуя тогда так говнить?

ТОЩИЙ. Я не хочу, чтобы по дороге было еще хоть одно убийство. И больше я этого не допущу. В стадо овец в лесу я больше не верю.

УПИТАННЫЙ (садясь рядом с Тощим). Ну а как же слова Анания? Он же теперь по другой территории бегает. Опасный вроде теперь.

ТОЩИЙ. А мы бы его, что, обратно, в родной лес повезли?

УПИТАННЫ. Да, не повезли бы ни хуя. На это все время надо. А у меня и у тебя нет времени. И доставать его из волшебного ларчика не получится. Потому, что нет ни хуя ларчика.

ТОЩИЙ. И вообще, зачем за ним бежать? У него же челюсть сломана. Ты же сам сказал, что он сдохнет.

УПИТАННЫЙ. Да, сдохнет… (с надеждой) Он же все-таки сдохнет?

ТОЩИЙ. Ты, правда, веришь, что такой енот способен из-за сломанной челюсти сдохнуть?

УПИТАННЫЙ. Да, такой не сдохнет. Такой трубочку себе найдет. Супчик себе какой-нибудь найдет. И будет его через трубочку сосать, пока челюсть не срастется. Надеюсь, сука, неправильно срастется. Надеюсь, Василий получит из-за этого психологическую травму.

Сидят, молчат.

УПИТАННЫЙ (поднимаясь). Ну, что, пойдем ехать к нашей семейке. Надеюсь, они не держат в качестве домашнего питомца такого же, блядь, ебанутого на все шестерни енота. С таким, блядь, малышом в доме, в дом не войдешь. С таким мочить людей надо на расстоянии. Прямо, пока они все сидят в доме. С таким питомцем людей надо валить вместе с домом. А для этого нужен гранатомет. А мне бы, блядь, не хотелось бы в последний момент искать гранатомет. По деревням.

ТОЩИЙ (поднимается). Но это же будет весело.

УПИТАННЫЙ. Пожалуй…

Сцена тринадцатая

ТОЩИЙ и УПИТАННЫЙ едут в автомобиле. УПИТАННЫЙ, как обычно, за рулем.

УПИТАННЫЙ (то и дело поворачиваясь к Тощему). Я вот одного не могу понять. Если, ты теперь такой, блядь «жизнь во всем мире», почему ты не помешал мне в Василия с самого начала стрелять? Почему ты стоял и смотрел на то, как я отрываю багажник. И вытаскиваю оттуда заряженную «далеко не мухобойк» у?

ТОЩИЙ. Не надо поворачиваться! Ты же на дороге! Я не хочу знакомиться с деревьями и изучать удобства салона, когда автомобиль стоит на крыше, я тоже не хочу!

УПИТАННЫЙ (смотрит теперь на дорогу). Я тоже не хочу. Сейчас ты сделал очень редкое для тебя правильное замечание… Хотя ты тоже с хитрой жопой вышел. Сам не водишь ни хуя. Зато недовольство свое не своим вождение выражаешь, блядь, постоянно. Ты почему на права не выучишься? Чрез девятнадцать лет сорокетник стукнет. А ты все, блядь, никак на взрослый поступок не решишься.

ТОЩИЙ. Ты же сам знаешь. Я никак не могу запомнить, где лево, а где права. Для меня все педали одинаковые.

УПИТАННЫЙ. До сих пор не могу поверить, что такие люди бывают. Пятилетние бывают, но тебе же не пять лет.

ТОЩИЙ. Я каждый раз пробую выучить. Каждый раз себе на одной руке, допустим, рисую розочку. А на второй котенка. Котенок — на левой руке. Розочка на правой. Но потом я начинаю нервничать. И забываю, котенок на левой руке или на правой.

УПИТАННЫЙ. Да, много паниковать — это твоя специальность.

ТОЩИЙ. Только когда дело касается лево или право, это моя специальность. А так я много не паникую. Я не паникер.

УПИТАННЫЙ. Ну да, ну да. Енота бьют в воспитательных целях — не паникуешь. Ананий умирает, ты тоже не паникуешь. Значит, действительно, паниковать — это не твоя специальность.

Молчат.

.

УПИТАННЫЙ. Так почему?

ТОЩИЙ. Почему что?

УПИТАННЫЙ. Почему ты не ныл, когда я стрелял по еноту? Ты ведь знаешь, что точные попадания из такого оружия привносят в жизнь серьезные увечья? А если ты, к тому же, и енот, то… точный выстрел делает не дыру в тебе, а дыру из тебя… Ну, ты понял.

ТОЩИЙ. Ты мажешь сильно.

УПИТАННЫЙ. Что?

ТОЩИЙ. Прошу тебя, смотри на дорогу!

УПИТАННЫЙ. Обижаешь меня такими высказываниями. И еще хочешь, чтобы я за дорогой следил? Да не шестиэтажно ли вы охуели, батенька?

ТОЩИЙ. Когда ты в последний раз в кого-нибудь попал?

УПИТАННЫЙ. Я предпочитаю режущее оружие. Ты же знаешь об этом.

ТОЩИЙ. Ты предпочитаешь режущее оружие по одной причине. И эта причина — твоя исключительная меткость-не-туда.

УПИТАННЫЙ. Охуительно. Значит, я косой. Ну, даже если мы предположим, что ты прав. Проверять у нас нет времени твои неправильные, блядь, в корне жизненные наблюдения… Короче, даже, если ты прав и я меткий-парень-не-туда… А если бы я все-таки попал в этого енота, случайно? Если бы я немного дернул рукой в интуитивно выбранном направлении и попал бы в енота?

ТОЩИЙ. Все-равно, не попал бы. По моим расчетам ты настолько столько сильно состоялся, как меткий-парень-не-туда, что интуитивного подергивания рукой никак не будет достаточно.

УПИТАННЫЙ. Да ни хуя я, блядь, не сильно косой. Косой, блядь, ты. И хуй у тебя, блядь, косой. Я смогу, понял? Я, блядь, сделаю, я попаду! А твой, блядь, язык я вырву и как, блядь, сувенир себе оставлю. Чтобы вспоминать те дни, когда я тебе, наконец, осмелился вырвать язык.

Упитанный увлекается. И опять, как и прежде, перестает следить за дорогой.

ТОЩИЙ. За дорогой… За дорогой следи.

Упитанный видит что-то впереди. Что-то неприятно неожиданное. Начинает жать на тормоз и выворачивать руль в сторону.

Становится темно.

Слышно, как машина долго и с трудом тормозит. Слышно, как ее выносит с дороги. Потом все прекращается.

Становится совсем-совсем тихо.

Сцена тринадцатая

УПИТАННЫЙ стоит на обочине безлюдной трассы. Смотрит на спущенное заднее колесо.

ТОЩИЙ делает то же самое.

УПИТАННЫЙ. Кажется, в наш дом пришла полная жопа.

ТОЩИЙ. В каком смысле?

УПИТАННЫЙ. В каком в каком. В таком, в котором «к нам в дом пришла полная жопа» — это «к нам в дом пришла полная жопа». У нас колесо пробило на калдобине.

ТОЩИЙ. Я сам вижу, что пробило. И сам почувствовал, что на калдобине. А в чем полная… (обрисовывая руками попу) эта твоя? Если бы у нас пробило сразу два колеса. Но у нас же есть запаска — вещь, которую для таких случаев и придумали.

УПИТАННЫЙ. У нас нет запаски.

ТОЩИЙ. Как нет? А куда она делась?

УПИТАННЫЙ (мрачно). Укатилась.

ТОЩИЙ. Если ты сам не хочешь менять колесо, так и скажи. Я поменяю. Нам же ехать надо. Правда, я не особо умею менять… Я вообще не умею.

УПИТАННЫЙ. Блядь, ты, правда думаешь, мне колесо впадлу поменять? Пошли, посмотрим на это колесо.

Упитанный и Тощий подходят к багажнику. Открываю его.

Упитанный вытаскивает из багажника пакет с апельсинами и молочным.

УПИТАННЫЙ. Это, блядь, что?

ТОЩИЙ. Молочное и апельсины.

УПИТАННЫЙ. На хуя тут молочное и апельсины?

ТОЩИЙ. У тебя же бываю судороги. Тебе надо есть молочное и пить апельсины.

УПИТАННЫЙ. Во-первых, я не умею делать все, как ты говоришь: есть, блядь, молочное, и пить апельсины.

ТОЩИЙ. Перепутал.

УПИТАННЫЙ. А во-вторых, не хуй за меня следить за моим телом и тем более, за моими судорогами.

ТОЩИЙ. Тебе ногу может свести в любой момент.

УПИТАННЫЙ. И замечательно, блядь. В моей жизни всегда есть элемент неожиданности. Ты меня понял?

ТОЩИЙ. Понял.

Упитанный выкидывает пакет с молочным и апельсинами.

Вытаскивает из багажника два мешка с чем-то, снимает верхнюю панельку.

ТОЩИЙ. Ты, что, действительно не взял запасное колесо? И давно ты не берешь в дорогу колеса? И это с твоим-то вылетай-с-дороги-вождением?

УПИТАННЫЙ. В первый раз.

ТОЩИЙ. Да хоть в ноль целых пять десятых! Почему ты не взял запасное колесо? Это, что, так трудно? Взять запасное колесо? Машины, что, теперь не рассчитаны на запасные колеса и от этого сразу ломаются?

УПИТАННЫЙ. Ты же знаешь, я взял ружье. Для разнообразия.

ТОЩИЙ. Я и Василий уже давно об этом догадались.

УПИТАННЫЙ. Я не хотел, чтобы оно лежало в багажнике и светилось.

ТОЩИЙ. Кому светилось?

УПИТАННЫЙ. Всем возможным придуркам святилось. Допустим, они открывают багажник. И в нем ружье. Что они могут обо всем этом подумать?

ТОЩИЙ. Что они могут подумать? Ты это серьезно? Да у нас два мешка набиты предметами, ухудшающими здоровье! Об этом они, допустим, что могут подумали?

УПИТАННЫЙ. Блядь, я не подумал об этом.

Молчат.

ТОЩИЙ. А гранаты зачем?

УПИТАННЫЙ. Мы никогда ничего не взрывали.

ТОЩИЙ. И ты подумал, что сегодня именно тот день? Ты людей наших, что ли взорвать хочешь? Это же будет шумно!

УПИТАННЫЙ. Это пиздец, как будет шумно.

ТОЩИЙ. Тогда зачем гранаты?

УПИТАННЫЙ. Зачем, зачем, для респектабельности! Веник совсем по дешевке спихивал. Это было предложение, от которого невозможно было отказаться.

ТОЩИЙ (берет в руки гранату). А они маленькие.

УПИТАННЫЙ. Маленькие, но сразу обращают на себя внимание. Положи их на место. Еще, блядь, не хватало, чтобы ты ходил с ними и излучал потенциальную опасность.

Тощий смотрит на Упитанного так, что можно понять: Упитанный сильно его обделил этой своей просьбой положить гранату на место.

Тощмй кладет гранату на место.

Сцена четырнадцатая

ТОЩИЙ и УПИТАННЫЙ идут по дороге. Тощий явно устал.

ТОЩИЙ. Скажи ты в какую дыру нас завел? Мы сколько идем. И ни одной машины. Ладно, машины. Ни одного коня не встретили. Это что за тридевятая дыра такая? Или, может, у них кони повымирали?

УПИТАННЫЙ. Да не нуди, блядь! Сам вызвался со мной идти. Хотя, я и без тебя, блядь, героя, мог бы справится.

ТОЩИЙ. Ага, ты бы справился. Убил бы пару человек, невинных. Но справился бы.

УПИТАННЫЙ. Не ной, блядь. Уже скоро твоя деревня появится.

ТОЩИЙ. Деревня? Ты же говорил поселок.

УПИТАННЫЙ. Да какая разница?

ТОЩИЙ. Очень большая разница. Я не хочу общаться с деревенскими лицами. Они меня раздражают. Без зубов, помятые. И на одной волне со своими тупыми коровами.

УПИТАННЫЙ. Сам ты на одной волне с коровами! У них всего лишь свой взгляд на жизнь.

ТОЩИЙ. Плевать я хотел на их взгляд на жизнь. Какой у них взгляд на жизнь? На земле работать? И Сталина хорошими словами вспоминать?

УПИТАННЫЙ. Ты не устал?

ТОЩИЙ. Что не устал?

УПИТАННЫЙ. Пиздеть столько не устал? Мудаком быть не устал?

Тощий показывает Упитанному средний палец. Тот, в свою очередь, хватает Тощего за средний палец. И явно намеревается сломать.

ТОЩИЙ. АААААА! Да я же шутил.

УПИТАННЫЙ. Показывать средний палец — это ни хуя шутка. В вот оставить человека без среднего пальца — это да, это, блядь, шутка.

ТОЩИЙ. Андрей я больше не буду. Честно, не буду больше.

УПИТАННЫЙ (отпуская Тощего). Блядь… ты, как телка.

Сцена пятнадцатая

УПИТАННЫЙ и ТОЩИЙ идут по дороге. Тощий совсем устал. И выражение его лица тоже совсем устало.

УПИАТАННЫЙ. Ты чего своим лицом такой обиженный?

ТОЩИЙ. Мы уже идем черт знает сколько. И никого не встретили.

УПИТАННЫЙ. Да рано еще. Не сильно у нас по утрам в таких местах катаются.

ТОЩИЙ. Сейчас уже не утро.

УПИТАННЫЙ. А как ты, блядь, это назовешь? День? Для меня день это в два часа день. В три часа день.

ТОЩИЙ. Сейчас не день, а ближе к обеду.

УПИТАННЫЙ. Блядь, и, что, теперь это время мы начнем называть «ближе к обеду»?

ТОЩИЙ. Почему бы и нет.

УПИТАННЫЙ. Блядь, ближе к обеду еще как-то можно назвать одиннадцать часов. Одиннадцать часов, правда, ближе к обеду. Но сейчас же ни хуя не ближе к обеду. Это, блядь, все-таки больше утро.

ТОЩИЙ. Семь часов — это утро. А между девятью и десятью — это уже нельзя называть утро. Утро — это только встал. Зубы почистил. На учебу там пошел или на работу, кто как.

УПИТАННЫЙ. Ну, тогда мое утро это все что после «ближе к обеду». В семь часов вставать — это только для тех, кто любит калечит свой образ жизни.

ТОЩИЙ. Ты хочешь сказать, что я инвалид?

УПИТАННЫЙ. Блядь, если тебя это так удивляет, то нет, я не хочу сказать, что ты инвалид. Это твое дело, калечишь ты свой образ жизни или нет. Меня это не касается. А вот то, что по такой жаре наша прогулка ни хуя не райская, это да, это меня касается. Жарко, блядь, еще и энтузиазма не по самую крышу. И тут, бы, блядь, надежду какую-нибудь. А тут, куда не посмотрит твое кислое выразительное ебало.

ТОЩИЙ. Хотя бы инвалидку…

УПИТАННЫЙ. Мотор, что ли? Или, все-таки про коня?

ТОЩИЙ. Какого коня? Ивалидка — это инвалидка. Машина такая.

УПИТАННЫЙ. Это, блядь, для тебя все так просто. А для меня все не так. Ты сказал: Ивалидка. Я и представил себе лошадь с тяжелой степенью инвалидности. Без ноги. На мясо ее надо сдавать или протез делать лошадиный… Но только не повезло лошади, хозяин у нее полный долбоеб. Он на ней скачет. Представь, чувак на лошади без ноги хуяк! Хуяк! По дороге. Километры хуяк… И ты, блядь, такой, хотя бы инвалидку. Вот такие у меня предположения.

УПИТАННЫЙ. Я точно про машину говорил.

Где-то шумит машина. Приближается.

ТОЩИЙ (смотрит назад). Машина, что ли?

УПИТАННЫЙ (тоже туда смотрит). Ты это почему определил?

ТОЩИЙ. Что машина? Так звук же.

УПИТАННЫЙ. А почему нельзя предположить, что это охуенно одаренный конь скачет себе на трех ногах и, блядь, имитирует автомобиль?

ТОЩИЙ. А зачем коню такое надо?

УПИТАННЫЙ. А зачем, блядь, еноту надо было прикидываться мертвым? Конь, что, блядь, хуже енота? Не имеет права поприкалываться? Это же пиздец какая звериная дискриминация… Точно. Мотор. Нет, ну почему не конь?

Стоят, ждут. Потом Тощий выбегает за пределы видимости.

ТОЩИЙ. Эй! Эй!

Слышно, как автомобиль сбавляет скорость, но не тормозит.

ТОЩИЙ (расстроенно) вы куда поехали?.. Гомосексуалист!

Слышно, как автомобиль останавливается, а потом сдает назад.

УПИТАННЫЙ (в сторону, куда убежал Тощий). Нормально все, ты не очкуй, главное. Он поговорить хочет!

Слышно, как автомобиль останавливается.

ГОЛОС МУЖЧИНЫ. Ты сам гандон, понял? И твой друг, который друг гандона, тоже гандон! Ты понял? И ты, гандон через дорогу, понял, что ты гандон?

УПИТАННЫЙ. Что, блядь? Я гандон?

ГОЛОС МУЖЧИНЫ (очень быстро). Не было вас тут, гандонов, а теперь ходят здесь по дорогам и других называют гандонами. Это, что за беспредел такой? Ты понял? Что за беспредел? Не было у нас тут никогда гандонов, ты понял? Не выжили и не выживут, ты понял? У нас все сильные в деревне. Лежат, ты понял? Целыми днями лежат и лежат, но гордые, ты понял? Даже моя мать восьмидесятилетняя и то лежит, ты понял? Езжу ее, навещаю. А она такая сильная. Знаешь. Не умирает, ты понял, гандон? Развелось гандонов.

Слышно, как машина трогается с места. Удаляется.

Упитанный так и стоит, удивленный подобной речью.

Тут и не менее удивленный Тощий подходит.

ТОЩИЙ. И это нормальные люди?

УПИТАННЫЙ. Ну, если теперь гандоны — это нормальные люди… Вообще-то мне въебать ему хотелось. Но, он, блядь, сидит такой в машине и мне даже отсюда видно, что он ни хуя не жокей. И по комплекции н ихуя жокей. Он, блядь, наоборот, тот, на ком может скакать жокей. Он, блядь, как конь здоровый… Хотя, в его словах прослеживается доля правды. Не про меня, гандона, конечно. Я же не гандон.

ТОЩИЙ. Что?

УПИТАННЫЙ. Да ладно тебе. Ты же правда похож.

ТОЩИЙ. На кого похож? На гомосекусалиста? Я похож на гомосексуалиста?

УПИТАННЫЙ. Не прямо уж похож. Но немного. Да, похож. Ты же тощий. Следишь за своим весом. А это всегда навивает на всякие мысли.

ТОЩИЙ. Если я не ем, как ты, все ведрами, то я, что, сразу гомосексуалист? И это справедливо? Ну давай тогда ходить и всех вокруг, кто похудее тебя и меня называть гомосексуалистами! Давай тогда всю команду по художественной гимнастике называть гомосексуалистами.

УПИТАННЫЙ. Ты это где видел мужскую команду по художественной гимнастике?

ТОЩИЙ. Почему сразу мужскую? Я же сказал: кто похудее меня и тебя. Я не сказал, что это не могут быть женщины.

УПИТАННЫЙ. Называть телку гандоном — это, как-то противоречит природе моего и твоего времени.

ТОЩИЙ. А меня называть гомосексуалистом за то, что я худой — это не противоречит?

УПИТАННЫЙ. Все, успокойся! Я так просто, сказал. Никакой ты не гандон.

ТОЩИЙ. Да я сам знаю, что никакой я не гомосексуалист! Каждый день я в себе замечаю то, что я не гомосексуалист. Так, что, за себя я уверен. Но мне обидно. Как ты мог со мной так поступить и назвать меня гомосексуалистом?

УПИТАННЫЙ. А ты, блядь, как смог назвать водилу гандоном?

ТОЩИЙ. Вырвалось.

УПИТАННЫЙ. Вырвалось? Он, блядь, даже по комплекции не очень смахивает на гандона. Только если сейчас не модно быть боровом-гандоном… Тогда у меня тоже вырвалось!

Молчат.

ТОЩИЙ. Я не хочу идти в эту деревню, к братьям и сестрам (обрисовывает руками больших размеров мужчину) этого… Предлагаю двигаться в другом направлении.

Тощий смотрит в том направлении, откуда они с Упитанным пришли.

УПИТАННЫЙ (смотрит туда же). Там же нет ни хуя… Ну, если так подумать, то есть, конечно. Но очень далеко. А так, в основном, нет там ни хуя.

ТОЩИЙ. Но в эту деревню. …

УПИТАННЫЙ. Ты, чего, блядь, очкуешь? Как-будто это не ты людей валишь, а они блядь, тебя. Все валят и валят, а ты все очкуешь и очкуешь. Не очкуй. Это просто деревня.

ТОЩИЙ. Ты, действительно думаешь, что там может быть СТО?

УПИТАННЫЙ. В деревне? СТО? Заебись сказал. Конечно, там есть, блядь, СТО. Причем до хуя и больше. И все возле кондоминиумов. В деревне, причем в любой русской деревне СТО — это, блядь, первое дело.

ТОЩИЙ. Еще и кондоминиумы? А зачем им в деревне, возле земли и коров кондоминиумы?

УПИТАННЫЙ. Зачем, зачем. А орать в деревне откуда можно? Чтобы, блядь, встать и орать на всю деревню. Чтобы все слышали? Нету в деревне, где орать. Там все низкое. И плоское. И работать тоже негде. Вот они и хуячат кондоминиумы в свое свободное от работы время. То есть, все время хуячат. А потом заебись так орут. Сверху…

ТОЩИЙ. Ты же говорил деревню знаешь.

УПИТАННЫЙ. Не просто знаю. Я периодически в ней рос.

ТОЩИЙ. Тогда откуда кондоминиумы?

УПИТАННЫЙ. Плавно вытекли из твоего вопроса про СТО.

ТОЩИЙ. Я просто спросил, есть там СТО или нет…

УПИТАННЫЙ. А почему ты не спросишь, на хуй им надо в деревне СТО?

ТОЩИЙ. Но машины же ломаются…

УПИТАННЫЙ. А руки деревенские для чего нужны? А деньги, что, есть лишние?

ТОЩИЙ. Тогда где ты там возьмешь колесо?

УПИТАННЫЙ. У кого-нибудь. У какой-нибудь доброй души.

ТОЩИЙ. А нас же с собой нет никакого оружия, как мы их души заставим быть добрыми?

УПИТАННЫЙ. Блядь, а мы не будем просить колеса у молодых и здоровых. Старые и немощные подойдут.

ТОЩИЙ. Ты опять меня уговорил.

Тощий идет вперед. Упитанный следом.

Сцена двадцатая

ТОЩИЙ и УПИТАННЫЙ идут по деревне. Тощий все время оглядывается по сторонам. Упитанный занимается этим меньше.

ТОЩИЙ. А мы не на кладбище попали? Люди где?

УПИТАННЫЙ. Где-то, но явно не тут.

ТОЩИЙ. Я сам вижу, что не тут, а где тогда?

УПИТАННЫЙ. Блядь, ты можешь сам себе предложить заткнуться?

ТОЩИЙ. Мне не нравится это место. Я сюда вообще не хотел идти. Где люди?

УПИТАННЫЙ. Работают, наверное. На огородах.

ТОЩИЙ. Правда? А больше похоже на то, что все они выживают. Тихо. И каждый по-своему… Эта деревня вообще не похожа на место, где есть машины. Если только кони есть…

УПИТАННЫЙ. Ты, что, предлагаешь забыть про запаску и угнать пару коней?

ТОЩИЙ. Это не самая плохая идея.

УПИТАННЫЙ. А ты умеешь ездить на конях?

ТОЩИЙ. Не умею, но мог бы. Там же не надо запоминать, где лево, где право. В какую сторону захотел, той рукой дернул. И поскакал… Мне не нравится эта деревня. Она странная.

УПИТАННЫЙ. А, ты много деревень видел, живьем?

ТОЩИЙ. Это первая.

УПИТАННЫЙ. Так какого хуя свою первую деревню ты называешь странной? Может, она такая, как все деревни в этом районе.

ТОЩИЙ. Все деревни в этом районе такие же странные?

УПИТАННЫЙ (вспотев от напряжения, смотрит по сторонам). Блядь, не называй ее странной.

ТОЩИЙ. А как мне ее называть? Не странной? Да тут, как в Чернобыле.

УПИТАННЫЙ. Ты был в Чернобыле?

ТОЩИЙ. Конечно, я не был в Чернобыле… у меня же правильное количество всех органов и частей тела. И выглядят они все правильно… Но в моих представлениях это все очень похоже на ранний, сразу после взрыва Чернобыль. Надеюсь, тут людей не едят.

УПИТАННЫЙ (напрягаясь) В Чернобыле людей едят?

ТОЩИЙ. Да откуда я знаю, едят или не едят. Я просто так сказал… Не просто так, конечно, а потому, что у меня мелькнула такая мысль. Во всех фильмах ужасов постоянно происходят такие вещи.

УПИТАННЫЙ. Я не смотрю фильмы ужаса.

ТОЩИЙ. Ну и как тебя сейчас все это объяснять? Все нормальные люди смотрят фильмы ужасов. И понимают, о чем я говорю. А ты не понимаешь. Потому, что ты какие-то непонятные фильмы смотришь! Ты вообще не заметил, что ты странный?

УПИТАННЫЙ. Я странный? Я не странный. Это ты странный.

ТОЩИЙ. Я не странный.

УПИТАННЫЙ. Хорошо. Сделаем тебе заебись и какое-то время будем считать, что ты не странный. Лишь бы ты только не мучил мою пока еще целую жопу своими одинаково травмоопасными вопросами… (совсем другим, озабоченным тоном). У меня от этой деревни очко жим-жим. Ты заметил, что тут собаки ни хуя лают? А в любой нормальное деревне всегда есть собаки и они всегда лают.

ТОЩИЙ. Ты об этом не мог раньше сказать? А то я уже давно в этой деревне считаю себе мнительным еще и придурком! Тут как в гробу. Уходить надо отсюда.

УПИТАННЫЙ. Без запаски?

ТОЩИЙ. А почему это ты мне напоминаешь, что мы без запаски? Почему ты это сам себе не напоминаешь? Почему ты об этом не мог сам себе напомнить в самом начале, когда у нашей машины еще было запасное колесо?

УПИТАННЫЙ. Ладно, будь чуть попроще. Не надо себя вести так, как будто нас сейчас тут выебут.

ТОЩИЙ (испуганно). А, что в деревнях такое бывает? Но тот мужик, он же все наоборот сказал.

УПИТАННЫЙ. Тебя, блядь, даже не хочешь, выебешь. А если не выебешь, то ты выебешь. Весь мозг… Надо зайти к кому-нибудь.

ТОЩИЙ. За запаской?

УПИТАННЫЙ. А ты думаешь, они коней нам подарят?

ТОЩИЙ. Ну и куда в этом Чернобыле заходить? Ты хоть один нормальный двор, с признаками жизни здесь видишь?

УПИТАННЫЙ. А ты поверь в чудо. Поверь в то, что дальше будет нормальный дом с признаками жизни. В овец в лесу же ты поверил… (что-то вспомнив, расстроенно). Ебанный овцы.

ТОЩИЙ. А ты почему так грубишь овцам?

УПИТАННЫЙ. Каким, блядь, овца я грублю?

ТОЩИЙ. Не знаю. Лесным?

УПИТАННЫЙ. Мы же оба, блядь, знаем, что в лесу не было никаких овец.

ТОЩИЙ. Ты, может, и знаешь. А я нет. В лесу я не видел овец. Но разве это значит, что их там нет?

УПИТАННЫЙ. Блядь, кажется мы опять возвращаемся к старому. Какого хуя овцам делать в лесу? Там же, блядь, опасно.

ТОЩИЙ. Ты думаешь, овцы в этом разбираются?

УПИТАННЫЙ. Нет, конечно, они же, блядь, овцы. Овец же поэтому и называют овцами. Они же ведут себя, как овцы.

ТОЩИЙ. А, если они не разбираются, то тогда как они могут жить в лесу? Я думаю, если они там в лесу есть, то они приспособились выживать.

УПИТАННЫЙ. Если в лесу есть волки. То у овец нет никаких шансов.

ТОЩИЙ. Это у простых овец нет шансов. А у нормальных, приспособленных к жизни в лесу, шансы очень большие. Они медленные. Немного тупые. Но никто не мешает им по деревьям передвигаться. Волки же этого не умеют.

УПИТАННЫЙ. Блядь, а, овцы как-будто умеют! Они, блядь, не обезьяны. Они овцы.

ТОЩИЙ. Ты в этом уверен?

УПИТАННЫЙ. Конечно уверен! Ты видел хоть одну овцу, которая может взяться за свой овечий пенис лапой?

ТОЩИЙ. То что овцы не похожи на обезьян, я тоже уверен… Но я не уверен, что они не умеют лазить по деревьям.

УПИТАННЫЙ. Бляяяя!!! Ты когда закончишь тупить и рассказывать про летающих-будто-обезьяны овец? Вот на на хуя тебе вообще сейчас овцы? Нам, блядь ехать надо. Колесо нам надо. А овцы, тут, блядь причем?

ТОЩИЙ. Ну, ты же назвал почему-то овец нехорошим словом.

УПИТАННЫЙ. Да это вообще не имело никакого отношения к настоящим овцам! Это, блядь, так… ассоциации… Поверить, блядь, не могу, что ты всерьез начал рассказывать про овец на деревьях. Потом дальше что будет? Овцы-разбойники? Овцы-Робин Гуды? Сидят на деревьях, богатых людей караулят? Люди приходят. Они им, хуяк, луком в ногу, чтобы дать возможность посильнее обоссаться… Хотя, это ближе к правде. Овцам же заебись, тетиву между копытами зажал. И стреляй себе.

ТОЩИЙ. Ну, это уже не правда. А кто овец будет учить стрелять из лука? Думаешь, сами овцы смогут это сделать?

УПИТАННЫЙ. Хватит уже. Заебалось. «Придумай и попизди» ты здесь первый начал. А не я.

ТОЩИЙ. А что тут еще делать? Здесь же никого нет. Здесь безлюдно… А если мы так и не найдем дом?

УПИТАННЫЙ. Найдем. Тем более, я уже вижу один, который похож на дом, в котором есть колесо для нашего мотора.

Упитанный вглядывается вперед. Тощий тоже вглядывается вперед.

Сцена двадцать первая

УПИТАННЫЙ стоит под большим и мощным забором. Плотным, без зазоров. Жмет на звонок.

Где-то во дворе слышится характерный звук.

УПИТАННЫЙ (задирает голову, оценивая забор). Двор так двор.

ТОЩИЙ. Это уже не двор. Это крепость. Ты думаешь, здесь есть запаска для нашей машины?

УПИТАННЫЙ. Мне почему-то кажется, здесь есть запаска для Ту-134. И сам Ту-134.

ТОЩИЙ. Не соглашусь на счет ТУ-134. Ту-134 совсем большой.

УПИТАННЫЙ. Что-то дверь нам пока открыл только хуй в пальто. Остальные не спешат.

ТОЩИЙ. Тебе это удивляет? Что остальные не спешат?

УПИТАННЫЙ. Это, если учитывать, что тут пиздец, как многолюдно?.. Сваливаем?

ТОЩИЙ. Это как-то не совсем культурно. Наверное, надо немного подождать. Раз позвонили.

УПИТАННЫЙ. Да я ссать хочу. А до конца деревни бежать пиздец сколько ноги напрягать.

ТОЩИЙ. Так сделай это.

УПИТАННЫЙ. Где? Тут что ли?

ТОЩИЙ. Ну не прямо тут. (показывая рукой в сторону) А чуть туда.

УПИТАННЫЙ. Ты мне предлагаешь поссать прямо возле двора?

ТОЩИЙ. А что, в деревнях разве так не делают?

УПИТАННЫЙ. Конечно, не делают. У них у всех сортиры есть.

ТОЩИЙ. Вот оно как… А зачем? У них же тут вокруг природа. В лес, что ли не могут бегать?

УПИТАНННЫЙ. Каждый раз? И зимой каждый раз?

ТОЩИЙ. Да, ты прав. Зимой тогда по лесу не походишь. Снег белый. А множественные фекалии темные. Прогулка по минному полю.

УПИТАННЫЙ (решившись). Только не смотреть.

Упитанный подходит к забору недалеко от двери. Оглядевшись по сторонам, начинает мочиться.

Журчит.

Тощий, смущенно отводит взгляд в сторону.

УПИТАННЫЙ (не поворачивая головы). Ты, что, блядь, смотришь?

ТОЩИЙ. Не смотрю.

УПИТАННЫЙ. Тогда почему у меня такое, блядь, ощущение, что на меня кто-то смотрит?

ТОЩИЙ. И, что, «кто-то» — это сразу я?

УПИТАННЫЙ (посмотрев на Тощего, прекратив мочиться). Нет, ну тут, конечно, хуй угадаешь кто из этой толпы на меня пялится.

Упитанный опять начинает мочится.

Тощий вовсе отворачивается от Упитанного.

В этот момент со стороны, открыв дверь, появляется БАБУШКА-ПИЛОТ. Незаметно оказывается возле Упитанного. Смотрит на его орган.

БАБУШКА-ПИЛОТ. Пенис?

Тощий поворачивается к Бабушке-пилоту.

УПИТАННЫЙ (застегивая ширинку). Вам показалось.

БАБУШКА-ПИЛОТ. Я давно не видела пенисов. Но все-таки помню, как они выглядят. И это был пенис. Самый настоящий. (повернувшись к Тощему) Ты же видел его пенис?

Тощий смеется, качает головой.

УПИТАННЫЙ (заправившись). Да не видели вы ничего!

БАБУШКА-ПИЛОТ. Не видела? Твоего пениса не видела? А что я тогда видела? Хвост я твой задом-наперед, что ли, видела, демон?

ТОЩИЙ. Он не специально.

БАБУШКА-ПИЛОТ. Не знаю, как сейчас у вас, молодые люди, а в наше время вот так вот показывали пенисы только специально. (Тощему) У него, что-то не так с пенисом?

УПИТАННЫЙ. У меня все нормально с пенисом!

БАБУШКА-ПИЛОТ. Тогда почему ты стесняешься своего пениса? Если из-за величины, то бывают и меньше.

На это Упитанный не знает, что сказать, он обескуражен. Тощий смеется.

Молчат.

БАБУШКА-ПИЛОТ. Вам чего надо? Или вы просто зашли, чтобы показать его пенис? Если все именно так, то знайте, я не против.

Сцена двадцать вторая

ТОЩИЙ, УПИТАННЫЙ и БАБУШКА-ПИЛОТ сидят за столом в летней кухне. ТОЩИЙ и УПИТАННЫЙ с одной стороны. Бабушка-пилот с другой. Чай пьют.

БАБУШКА-ПИЛОТ. В прошлом месяце гараж обвалился. Я не знаю, почему так произошло. Но он обвалился. С таким шумом. И так сильно. Я даже оглохла. И никто из соседей даже не поинтересовался, что произошло. Лежат все.

ТОЩИЙ. Извините, но вы сказали, что поможете нам с колесом.

БАБУШКА. Помогу, конечно. Но я же должна рассказать кому-то про этот гараж. Разве это вообще нормально? Как муж умер. Все, никто даже не заходит. Лежат и лежат. А если бы я умерла?

УПИТАННЫЙ (устало). Нам очень нужно запасное колесо.

БАБУШКА-ПИЛОТ. У меня вообще ничего не происходит! Сижу тут. И ничего не делаю. И знаете почему? Потому, что у меня одна корова всего осталась и то странная. Она ничего не делает. Целый день в потолок смотрит. И не мычит совсем. С сарая сколько раз пробовала выгнать. Ни в какую! Она ничего не делает! Вам надо обязательно на нее посмотреть. Может, ей вдруг станет стыдно.

УПИТАННЫЙ (оживившись). Почему бы и нет.

БАБУШКА-ПИЛОТ (обрадованно). Правда?

ТОЩИЙ (встревоженно и тихо Упитанному). Просто сходишь? Не как с енотом сходишь?

УПИТАННЫЙ. Просто посмотреть. Схожу… (шепотом). Енот себя плохо вел. А коровы себя плохо не ведут.

Тощий колеблется.

ТОЩИЙ (Старушке). Лучше я схожу. Я больше него люблю странных коров… а вы пойдете?

БАБУШКА-ПИЛОТ. Куда же я пойду, если только присела? Там сарай недалеко от кухни.

УПИТАННЫЙ (тихо). Я заебался тут слушать ее такую веселую.

ТОЩИЙ. Но я не хочу, чтобы ты убивал корову…

УПИТАННЫЙ. Блядь, стоило один раз отпиздить енота и теперь я, что, сразу способен на «ни за что ни про что» убийство коровы?

ТОЩИЙ. Но тебя же потянуло к корове.

УПИТАННЫЙ. Ни хуя меня к ней не потянуло. Я просто так сказал…

ТОЩИЙ (Бабушке-Пилоту). Мы решили, что лучше я к ней пойду. У меня к коровам особая страсть.

Тощий уходит из кухни.

Сцена двадцать третья

Темно и тихо.

А потом слышится голос Тощего.

ТОЩИЙ. Да нормальная вроде ты корова… И погладить тебя, наверное, можно, да, корова?

Немного тишины. Потом звуки ударов.

ТОЩИЙ. А-а-а-а!.. А-а-а-а!

Сцена двадцать пятая

ТОЩИЙ И УПИТАННЫЙ в летней кухне. Смотрят на расположившуюся на полу БАБУШКУ-ПИЛОТА. В руке та сжимает дюбельный пистолет.

УПИТАННЫЙ. И с чего начнем? С плохого тебя или с охуительного меня?

ТОЩИЙ.С коровы, может?

УПИТАННЫЙ. Ты просто не умеешь обращаться с коровами. Деревню совсем не знаешь.

ТОЩИЙ. Хочешь сказать, что в своих деревнях ты видел таких коров?

УПИТАННЫЙ. Да, блядь, нормальная она. Только придурков городских не любит.

ТОЩИЙ. Ты ее даже не видел… Тогда и Бабка была нормальная.

УПИТАННЫЙ. У нее был дюбельный пистолет! У какой нормальной бабки в руках может быть дюбельный пистолет?

ТОЩИЙ. Как ты вообще мимо своих ушей пропустил дюбельный пистолет?

УПИТАННЫЙ. Ты вышел. Она встала, сказала, что сейчас чайник поставит. Возвращается. Я как-то весь в своих мыслях. Про корову подумал. Думал, неужели, ты правда подумал, что я могу целую корову завалить, притом случайно? А потом смотрю, и вижу перед глазами дюбельный пистолет. Я, конечно, сразу не понял, что это дюбельный пистолет. Бабка сама сказала, что это дюбельный пистолет. Я, конечно, спросил: для чего. А она сказала, для того, чтобы было что направлять в лоб обладателю пениса. Блядь, клянусь, так и сказала, обладатель пениса. Я подумал, что она шутит. Бабка, наверное, подумала, что я именно так и подумал. Поэтому она выстрелила мне в ухо. Я конечно, сразу заорал: ну там, блядь и все такое. А она мне сказала, что орать не хуй. Потому, что ее и ее дюбельный пистолет подобные выкрики нервируют. Я замолчал. И спросил, что ей надо. А она сказала, что ей нужен мой пенис. Я посмотрел, что рука, в которой у нее находился дюбельный пистолет, вообще не дрожит. И достал свой «попрыгай на мне». Она пододвинулась поближе. Посмотрела на него и сказала, что у нее был муж с хорошим пенисом. Причем глава района. Поэтому и отстроил такой дом с таким забором. А потом муж умер. И она осталась одна. Без пениса. Только с молчаливой коровой. Потом она взяла его в руку. И стала гладить… Я пытался думать о чем-нибудь неприятном. Но мой, блядь, «попрыгай на мне» все-равно, вставал… — совсем расстроенно рассказывал Упитанный.

ТОЩИЙ. И ты, что не слышал мои крики?

УПИТАННЫЙ. Какие, блядь, крики? У меня вставал на восьмидесятилетнюю бабку!

ТОЩИЙ. Но меня укусила корова! Я так орал!

УПИТАННЫЙ. Да лучше бы меня укусила эта ебучая корова! Тебе вообще заебись говорить! Тебя всего лишь укусила корова!

ТОЩИЙ. Ой, ну встал и встал. Секса давно не было. Вот и встал. Мы же не будем всем вокруг рассказывать, про то, как у тебя случилась храбрая эрекция… Хоть, это и мерзко. Тебе вообще повезло, что меня укусила корова. Что я был в шоке и пополз к вам на кухню… А там ты с поднятой калиткой и эта странная восьмидесятилетняя девочка. Вот если бы она не повернулась ко мне, чтобы тогда?

УПИТАННЫЙ. Я бы ее не ударил цветочным горшком по башке.

ТОЩИЙ. Нет. Тогда бы у тебя случилась сперма. А такие воспоминания, это уж точно, на всю жизнь.

УПИТАННЫЙ. Поверь, даже этих, блядь, хватит.

ТОЩИЙ. Я же говорил, что мне не нравится эта деревня. Бабки с дюбельными пистолетами. А что в других домах творится? Может, тут вообще ни одного коня нет. Всех съели.

УПИТАННЫЙ. Кони вкусные.

ТОЩИЙ. Кони вкусные? Кто вообще ест коней? Дети Чернобыля?

УПИТАННЫЙ. Вообще-то все едят коней.

ТОЩИЙ. Ну, да, все едят коней. Почему я тогда не ем коней?

УПИТАННЫЙ. Ну, потому что ты не знаешь, где лево и где право. От тебя вообще неизвестно чего можно ожидать.

Молчат.

ТОЩИЙ. Как ты думаешь, она умерла?

УПИТАННЫЙ. Надеюсь, что, сука, сдохла.

ТОЩИЙ. Это не правильно, если она умерла. У нас не было никакого права ее убивать.

УПИТАННЫЙ. Это был вопрос выживания.

ТОЩИЙ. А ты не мог просто выбить из ее рук дюбельный пистолет?

УПИТАННЫЙ. Из ее рук? Из ее, блядь, охуительно крепких ручищ? Да они у нее вообще не дрожали! Ты когда-нибудь держал в руках дюбельный пистолет? Он же пиздец, какой тяжелый. Руки начинают трястись. А у нее они ни хуя не тряслись. Я не мог рисковать

ТОЩИЙ. И убил бабку?

УПИТАННЫЙ. Не надо из-за этого так сильно расстраиваться.

ТОЩИЙ. Ты опять убил человека, которого не надо было убивать. Как будто мы просто так подбираем людей. Высматриваем их, определяем. А ты, бам-бам и нет у человека больше возможности думать о завтрашнем дне. Это не правильно.

УПИТАННЫЙ. Да, правильно, блядь! Пусть, блядь, лучше бабка будет живой и лучше пусть она мне втыкает дюбели в башку?.. Я предпочитаю «Лучше она, чем я».

Молчат.

ТОЩИЙ. Я хочу убить эту нехорошую корову.

УПИТАННЫЙ. Она же тебя только на зуб попробовала. Нельзя убивать коров за то, что они тебя на зуб попробовали. Тем более, такую интересную корову.

ТОЩИЙ. Ты же ее вообще еще не видел… Она целыми днями пялится в потолок. И кусает людей. От этого она интересная?

УПИТАННЫЙ. Не думаю, что она кусает людей. Похоже, у нее хороший нюх на мудаков. И она кусает только мудаков.

ТОЩИЙ. Я мудак?

УПИТАННЫЙ. Я не говорил, что ты мудак.

ТОЩИЙ. Нет, ты сказал, что я мудак.

УПИТАННЫЙ. Я сказал, что у нее хороший нюх на мудаков. Это по ее мнению ты мудак. Не по-моему.

ТОЩИЙ. А по-твоему, я мудак?

УПИТАННЫЙ. Не без этого. Любой, кто не умеет водить машины в твоем возрасте как минимум чуть-чуть мудак.

Молчат.

ТОЩИЙ. Так что с коровой?

УПИТАННЫЙ. Я не думаю, что мочить коров — это хорошая идея.

ТОЩИЙ. Ты почему-то не спрашиваешь, хорошая идея убивать людей и калечить животных. Ты просто убиваешь людей и калечишь животных.

УПИТАННЫЙ. Не спорю, временами я очень охуительный.

Сцена двадцать четвертая

Двор.

С одной стороны часть летней кухни. Вход в нее.

С другой — часть сарая с дверью.

УПИТАННЫЙ заглядывает в сарай. ТОЩИЙ стоит чуть дальше, чем «недалеко».

УПИТАННЫЙ (подозрительно).Ты почему так далеко стоишь?

ТОЩИЙ. Ты лучше пока как-то сам.

Упитанный заходит в сарай.

УПИТАННЫЙ. Да она нормальная.

ТОЩИЙ (осторожно заглянув). Не надо ее гладить.

УПИТАННЫЙ. Ну смотрит в потолок. Пусть смотрит. Не очень интересно. Но хорошая корова и в нем найдет что-нибудь интересное.

ТОЩИЙ. Эта твоя хорошая корова агрессивно кусается. Ни черта она от этого не хорошая корова.

УПИТАННЫЙ. Она вообще не реагирует! А я ей, между прочим, лопатки глажу. Как такая спокойная корова тебя могла укусить? Ты ей, что, бычий «попрыгай на мне» показал, что ли?

ТОЩИЙ. (тихо, но испуганно) Она смотрит на тебя!

УПИТАННЫЙ. Кто?

Тихо.

ТОЩИЙ (вкрадчиво). Кажется, я скоро увижу, как она тебе руку откусит.

УПИТАННЫЙ (осторожно). Коровы не наделены такими способностями. Канал «Дисквери» … Она меня, что, гипнотизирует?

ТОЩИЙ. Меня она не гипнотизирует.

УПИТАННЫЙ. Блядь, я не могу повернуть голову. Помоги.

ТОЩИЙ. Это не смешно.

УПИТАННЫЙ (отчаянно) Более того, это пиздец, как не смешно. Сделай что-нибудь!

ТОЩИЙ (пятясь). А что я могу сделать?

УПИТАННЫЙ. Ты же мой друг!

ТОЩИЙ. Ты мне сильно помог, когда она меня укусила?

УПИТАННЫЙ. Да я же, блядь, своим хуем развлекал старушку. Я же, блядь, страдал.

ТОЩИЙ (останавливается, начинает красться вперед) Хорошо, сейчас… Я ее отвлеку. Но мне все равно кажется, что ты меня разыгрываешь.

УПИТАННЫЙ. Каким хуем ты ее хочешь отвлечь?

ТОЩИЙ. Ударить по ней.

УПИТАННЫЙ. Это, блядь, твой план? Блядь, это ни хуя не похоже на план. Его даже хуевым не назовешь.

ТОЩИЙ. У тебя есть предложения?

Слышится хлопок. Видимо, Тощий ударил рукой по корове.

УПИТАННЫЙ. Аааа! Ты что, блядь, творишь?! Ты что творишь пиздорогая?! ААААА!

Сцена двадцать пятая

УПИТАННЫЙ ходит туда-сюда возле сарая. Руку, с коровьим укусом поддерживает здорой рукой.

ТОЩИЙ стоит неподалеку. Наблюдает.

УПИТАННЫЙ. Да она совсем охуела! Это, что блядь, за коровы такие пошли! Какой хуя ты мне не сказал, что она умеет гипнотизировать?

ТОЩИЙ. А я откуда знал?

УПИТАННЫЙ. Откуда знал? Да по этой ебанной корове сразу видно, что у нее, блядь, не все в порядке с башкой. Стоит и пялится в потолок. Ей, что, блядь, делать больше нечего? Замануху устроила, сука! Пиздец ей красным знаменем будет. Совсем лютый пиздец! Укусила, блядь, как ебанный енот. Даже, блядь, сильнее. А если бы ты не учился в меде? Да я бы, блядь, сдох от мыслей, что она меня заразила своей кусачей хуйней. Хорошо, что не заразила. Она же не заразила?.. Пиздец, блядь, коровы-собаки пошли. Сейчас, что, мода, вести себя, как собака?

ТОЩИЙ. Я не в курсе. Ты с животными как-то больше ладишь.

УПИТАННЫЙ. Я их сбиваю, ясно. И никак с ними не общаюсь. Потому, что с мертвыми не общаются. Да я вообще не имею никакого представления, что они из себя живыми представляют. Ты же сам видел. Что этот Василий, что эта сука рогатая… Надо ей пизды надавать. Смертельной.

ТОЩИЙ. Ты же говорил, что она нормальная. И у нее просто реакция на мудаков.

УПИТАННЫЙ. Говорил. Было дело. И что, блядь, с того? Ты — мудак, это все знают. Но я-то не мудак. Нихуевая такая неувязка получается. Правильно?

ТОЩИЙ. Я не мудак.

УПИТАННЫЙ (рассуждает). И чем же этой твари смертельной пизды надавать? Гипнозом, сука, ебашит. Надо из далека…

ТОЩИЙ. Не мудак я.

УПИТАННЫЙ. … Да у меня вообще никакого оружия нет. Я же не мог с ружьем столько километров незаметно тащиться? Откуда я вообще, блядь, знал, что попаду в гости к ебанной корове? Мы же за запаской просто шли!

ТОЩИЙ. Мудак…

УПИТАННЫЙ. Что?

ТОЩИЙ. Ты мудак, говорю?

УПИТАННЫЙ. Я мудак?

ТОЩИЙ. Пока ты туда сюда ходил, ты уже три раза мудак.

УПИТАННЫЙ. И это почему я мудак?

ТОЩИЙ. Ты же любил животных.

УПИТАННЫЙ. Я, что, знал, какие они живые? А ты чего мне, блядь, предъявляешь? Ты же сам хотел ее завалить. Или это не ты вызывался эту, блядь, псину с выменем, завалить?

ТОЩИЙ. Ну, вызывался.

УПИТАННЫЙ. Ну тогда, блядь, какого хера? Помоги мне!

ТОЩИЙ. Чем помочь?

УПИТАННЫЙ. Дать ей смертельной пизды! Чем еще помочь? Ну не отсасывать же у нее.

ТОЩИЙ (удивленно). А как у нее это можно сделать?

УПИТАННЫЙ. Вот именно, что никак! И это еще я мудак? Да ты пиздец насколько больше, чем я мудак!

ТОЩИЙ. У меня нет никаких мыслей. На счет коровы.

УПИТАННЫЙ. У меня тоже никаких, блядь, нет. Потому, что эта рогатая сука в сарае стоит там и, блядь, меня бесит. Я не могу думать, когда меня бесит ебучее животное.

ТОЩИЙ. Это с каких пор?

УПИТАННЫЙ. С сегодняшних! Меня еще никогда не бесили животные! Эта тварь решила открыть новую страницу в моей книге про животных. Это нормально вообще? Какое она имеет на это, блядь, право? (останавливается, смотрит на Тощего) Что, вообще нет никакого огнестрельного?

Сцена двадцать шестая

УПИТАННЫЙ просовывает руку с дюбельным пистолетом в сарай. ТОЩИЙ рядом.

УПИТАННЫЙ. Это вообще правильное название: дюбельный пистолет?

ТОЩИЙ (растерянно). Я не знаю. А какая разница? Или есть разница?

УПИТАННЫЙ. Я просто хотел знать, с чего я эту тварь убивать буду. А так разницы нет.

ТОЩИЙ. Точно?

УПИТАННЫЙ. Точно.

ТОЩИЙ. Кажется, тут есть какой-то подвох.

УПИТАННЫЙ. Да нет тут никакого подвоха! Не мешай!

ТОЩИЙ. Да я и не мешаю!

УПИТАННЫЙ. Ну и не мешай, блядь, тогда!

Упитанный просовывает руку в сарай и, видимо, нажимает на курок дюбельного пистолета. Много раз нажимает. Корова лениво мычит. Упитанный комментирует. Тощий отходит в сторону, закрыв глаза и прикрыв руками уши.

УПИТАННЫЙ. Вот так тебе, пизда ушастая! Сдохни, сука. Сдохни, блядь! Не хуй меня кусать! Не хуй, блядь! Мычи, сука, мычи, блядь!

Сцена двадцать седьмая

КОРОВУ не слышно.

ТОЩИЙ заглядывает в сарай, через плечо УПИТАННОГО, стоящего с дюбельным пистолетом.

ТОЩИЙ. Кажется, она не умирает.

УПИТАННЫЙ. Я в эту, блядь, пизду выпустил, все что было в дюбельном пистолете. Если это был правда дюбельный пистолет.

ТОЩИЙ. Я предлагал тебе к ней подойти ближе, но ты не послушал меня.

УПИТАННЫЙ. У нее, блядь, гипноз! Куда уж ближе? Ты хочешь, чтобы эта кровожадная рогатая пизда мне еще и вторую руку надкусила? Или, может, даже откусила ее? Мне, что, блядь, вторая рука на хуй не нужна?.. Ты посмотри, как эта тварь в свой потолок, блядь, пялится! Посмотри, каким охуевшим взглядом!

ТОЩИЙ (как бы между прочим). У меня есть гранаты.

УПИТАННЫЙ. Что?

ТОЩИЙ. Гранаты, говорю, есть. Твои. Из багажника.

УПИТАННЫЙ. Ты притащился сюда с гранатами? Ты, теперь, что, всегда за запаской будешь ходить с гранатами? А если бы эти яйца взорвались по пути?

ТОЩИЙ. Я умею пользоваться гранатами.

УПИТАННЫЙ. Ты, блядь, только удавкой умеешь пользоваться. Ножом хуй замочишь человека… Или ты по мультикам теперь умеешь пользоваться гранатами?.. И в чем ты их тащил?

ТОЩИЙ. В карманах.

УПИТАННЫЙ. В шортах?

ТОЩИЙ. В шортах.

УПИТАННЫЙ. Ты тащил гранаты в шортах рядом со своими яйцами? А если бы они взорвались то ты бы, что, бегал по дороге и собирал свои яйца? И мои, за одно, тоже, долбоеб?

Тощий не знает, что ответить.

Становится темно.

УПИТАННЫЙ. Блядь, корова!

Сцена двадцать девятая

ТОЩИЙ заляпан кровью и еще чем-то темным. Повсюду разбросаны остатки коровы, как будто ее разорвало. Один рог торчит в двери сарая. Часть головы лежит на границе видимой зоны.

УПИТАННЫЙ оглядывается по сторонам. Он ни чем не перепачкан.

УПИТАННЫЙ. Бляя! Когда я говорил, что надо дать смертельной пизды этой пизданутой корове, я не имел ввиду ее взорвать! Я не хотел ее взрывать.

ТОЩИЙ (потерянно) Почему ты не хотел ее взрывать?

УПИТАННЫЙ. Может быть потому, что взрывать корову — это самое бесшумное мероприятие на свете? И ни один, даже самый ушастый из ушастых соседей не услышит, как в этом доме взорвали, блядь, целую корову?

ТОЩИЙ. Я думал, она тебе не нравилась. Хотя бы за то, что она тебя сильно укусила… Ты, что, просто так в нее из дюбельного пистолета стрелял? Гуманничал?

УПИТАННЫЙ. Я стрелял из дюбельного пистолета, потому что он тихий! По нему, что, не понятно, что он тихий? Что он ни хуя не привлечет к себе внимания соседей?

ТОЩИЙ. Такое ощущение, что ты не слышал, как бабка рассказывала про рухнувший гараж. Что никто к ней даже не пришел. Всем на нее какать. Или тут что-то другое?

УПИТАННЫЙ. Нет тут ничего чего-то другого… Ладно… Я не хотел, чтобы все было, как, блядь, у Макдонаха.

ТОЩИЙ. Как у кого?

УПИТАННЫЙ. Макдонаха. Это такой ирландский хуй, который снял короткометражку, в которой взрывается корова.

ТОЩИЙ. Что, точно так же взрывается?

УПИТАННЫЙ. Ты ебнулся? Там у коровы газы. И ее подожгли… Ты хоть в одном своем фильме видел, чтобы взрывали корову? Или там слона. Может, коня ты видел как взрывают?

ТОЩИЙ. Не видел. А ты откуда знаешь, что там никого не взрывают? Ты же сказал, что не смотришь нормальное кино.

УПИТАННЫЙ. Правильно, не смотрю. Но читать-то, я. Блядь, читаю. Если бы в твоих фильмах взрывали коров, то я бы уже давно знал об этом.

ТОЩИЙ. Тогда какие проблемы с тем, чтобы взорвать корову? Мы же ничего не украли у твоего Мак-как-его-там?

УПИТАННЫЙ. Буквально. Не украли. И у Вармердарма мы тоже не украли. Они там человека к зеркалу заднего вида прислоняли, чтобы проверить, живой он или нет. А ты енота.

ТОЩИЙ. Ну, и какие тогда проблемы?

УПИТАННЫЙ. А такие, блядь, что я не хочу, чтобы все думали, что я у кого-то что-то «взял-не-отдал». В конкретном случае у МакдоНаха и Вармердарма. Люди же тупые. Ни хуя не въедут, что это не плагиат. Что в жизни такие вещи просто так сами по себе случаются. И вариантов других не подворачивается.

ТОЩИЙ. Максим, кто не подумает? Тут же ни одного живого человека нет! Или ты думаешь, Ананий вылез из ямы, голову себе на место поставил и теперь следит за нами?

УПИТАННЫЙ. Да что ты, блядь, пристал! Не могу я так и все! Это же кино. И я не хочу, чтобы у нас было, как было в каком-то там, пусть и интересно кино.

ТОЩИЙ. Да все уже где-то было. Не надо из-за этого переживать.

УПИТАННЫЙ. Попизди мне еще тут. Сам ни хуя Макдонаха не видел и пиздит тут, блядь. А я видел. Как мне потом с этим со всем плагиатом жить? Мне он на хуй не нужен! Я по ночам спать нормально хочу. А не видеть каждый раз во сне Макдонаха, который пальцем мне, блядь, показывает, что нехорошо я поступаю, поступая как самый настоящий гандон-плагиатор.

ТОЩИЙ. Эта корова своим появлением из сарая… она совсем не дала нам времени. Если бы дала, то не было бы у нас, как у Мадонаха.

УПИТАННЫЙ. МаКдонаха. Он исключительно ирландский хуй. И поэтому обязательная приставка Мак. Почему ты так уверен, что у нас не было бы, как у Макдонаха?

ТОЩИЙ. Ну, я подумывал этой чертовой корове засунуть гранату в ее травоядную попу. А потом выдернуть чеку. Вначале она получает самый настоящий взрыв попы и только потом взрыв всего остального.

УПИТАННЫЙ. Ты ебнулся?

ТОЩИЙ. А что тут такого?

УПИТАННЫЙ. Да ничего тут, блядь, такого! А ты подумал, что она своей жопой успеет вытолкнуть гранату на поверхность? И кто знает, с какой силой! Ты же никогда долго не видел чертовых коров. И ты не знаешь, как они умеют, блядь, гадить. А они хорошо умеют гадить! Четкой, мощной и дальнобойной струей! Вот ты, блядь, берешь свою гранату. Подкрадываешься к этой мерзкой корове с собачьими зубами. Осторожно, чтобы она не заметила, засовываешь ей в жопу гранату. Выдергиваешь чеку и бежишь из сарая, правильно?

ТОЩИЙ. Ну, правильно.

УПИТАННЫЙ (изображает медленный бег). Бежишь ты бежишь… Хотя проходит всего несколько секунд. И тут вместо далекого «бум» ты слышишь его прямо, блядь, перед своей особой. И знаешь, почему? Потому, что корова тоже не вчера родилась. Она, блядь понимает что ей в жопу засунули что-то не то. И она выталкивает это. И чем вытолкнет? Правильно, своими правильно сформированными жопными мышцами. И причем, вытолкнет это со всей своей силы. Она выталкивает гранату. Та вылетает из двери и приземляется недалеко от тебя. Большой «бум». И нет тебя, без всяких «свет в конце тоннеля включено» … Засовывать корове в жопу гранату — это сильно ее недооценивать. А коров, блядь нельзя недооценивать. Почему ты, это, блядь, не понял? Она тебя укусила. Меня укусила. На дюбельный пистолет ей по хуй… Почему все это, блядь, не натолкнуло на мысль, что нельзя их недооценивать? Я ведь умные вещи говорю.

ТОЩИЙ. Говоришь… Только я не закончил… мысль…

УПИТАННЫЙ. Так закончи, свою, блядь, мысль. Сейчас самое время… Затишье после взрыва целой коровы…

ТОЩИЙ (смущенно). Я подумал про попу. А потом все-таки остановился на ее… писе.

УПИТАННЫЙ. Писе? Кто, блядь, пиздень коровы называет писей. Ты же не маленькая девочка, которая только, что поняла, что у нее есть особое отверстие и с ним придется всю жизнь бок о бок жить. Вот она может назвать это писей, Потому, что она маленькая. Она же в пять лет не подойдет к маме и не скажет: мам, у меня пизда зачесалась. Она подойдет и скажет, мама у меня пися чешется… Пися… Блядь, ты знаешь кто ты? Ты какой-то сверх сранный интеллигент. Ты свой хер как называешь? Писюнишка. Или, может, писюльчик?

ТОЩИЙ. Не называю я его так.

УПИТАННЫЙ. Что-то после твоей писи я сильно в этом сомневаюсь. Может, письлька? Или пописюнчик?

ТООЩИЙ. Не называю я его так… Разве, что орган размножения.

УПИТАННЫЙ. А это да, это заебись название. Тебе ведь тогда с твоей сраной интеллигентностью можно посылать смело людей на хуй. Ты не будешь говорить: идите вы на хуй, ты скажешь: иди те вы на орган размножения… Счастливый ты ублюдок, вот что я тебе скажу.

ТОЩИЙ. Спасибо.

УПИТАННЫЙ (спохватившись). Ты хотел взорвать корову, через ее влагалище?

ТОЩИЙ. Я на нее сильно злился. Ты на нее сильно злился. Такой взрыв писи должен был всех нас успокоить. Все-таки это не просто взрыв. Это взрыв писи. Никто никогда не взрывает коров, через их писю.

УПИТАННЫЙ. Да, а через все остальное коров, блядь, взрывают на каждом шагу?.. Значит, по-твоему, каждая деревенская корова настолько шлюха, что она впускает в свое родное и драгоценное влагалище каждого встречного? И более того, каждый, блядь, встречный предмет, который просто вмещается туда? Это что за философия такая? Нельзя было просто взять и взорвать, без всяких понтов, эту злоебучую корову?

ТОЩИЙ. Но тогда это было бы похоже на МакДонаха.

УПИТАННЫЙ. Да, тогда бы это было похоже на Макдонаха… Но ты же раньше не знал, что есть такой МакДонах, взрывающий коров в кино.

ТОЩИЙ. Не знал. Но теперь знаю.

УПИТАННЫЙ. Да, ты прав, теперь знаешь.

Молчат.

ТОЩИЙ. А дальше что?

УПИТАННЫЙ. А что дальше?

ТОЩИЙ. Старушку может, надо закопать вместе с коровой?

УПИТАННЫЙ. Ты ебанулся? Хорошо, старушку. Но корову? Во-первых, она весит в районе четырехсот-пятисот килограмм. А эта, думаю, четыреста пятьдесят. Во вторых, она, блядь, разлетелась в стороны. И, совсем, блядь, неплохо. По «руки не обхватят» радиусу.

ТОЩИЙ. Мы соберем ее.

УПИТАННЫЙ. Эту летающую корову? Всю? Да у нее остатки башки вынесло на крышу! А теперь представь что случилось с более мелкими ее частями!

ТОЩИЙ. Значит, мы не будем хоронить корову?

УПИТАННЫЙ. А за что ее хоронить? Она при жизни была пиздой, и после она остается пиздой… Ты себя видел? Весь в говне.

ТОЩИЙ (осматривая себя). Вообще-то тут крови много.

УПИТАННЫЙ. Согласен, много. Но говна не меньше.

ТОЩИЙ. Да, ты прав, не меньше. А разве так должны быть?

УПИТАННЫЙ. На «Диквари» не показывали, чем взорванная корова должна заляпать мудака, ее взорвавшего.

ТОЩИЙ. Такое ощущение, что у этой коровы по одним венам течет кровь, а по другим фекалии.

УПИТАННЫЙ. Так не бывает. Ты же знаешь об этом.

ТОЩИЙ. Я знаю об этом. Но тогда почему на мне так много фекалий? Почему на тебе нет фекалий?

УПИТАННЫЙ. Потому, что я находился от этой, блядь, коровы достаточно далеко и не хлопал по ее пизде ушами… На твоем месте я бы вообще не возмущался. Ты взорвал эту короватую пизду и единственное, чем она тебе за это отплатила — это направленным прямо на тебя взрывом кишечника.

ТОЩИЙ. Ты думаешь, во время своего взрыва она думала, как бы напоследок мне посильнее нагадить?

УПИТАННЫЙ. Гадят маленькие животные. Типа маленьких котов. Но не простых котов, а маленьких… А в твоем случае корова тебе наговнила. Причем, она была, наверное, в лучшей своей форме… Тебе не надоело так сидеть? В этом говне?

ТОЩИЙ. Так одеть же нечего.

УПИТАННЫЙ. А как же ее мертвый дед?

ТОЩИЙ. Точно. Дед. Надеюсь, он не слишком давно это сделал.

УПИТАННЫЙ. Что сделал?

ТОЩИЙ. Умер.

УПИТАННЫЙ. А тебе это зачем?

ТОЩИЙ. Я не хочу ходить в одежде, которая переживала свою бурную молодость еще в шестидесятых.

Сцена тридцатая

Все в том же дворе. ТОЩИЙ в одежде из 80-х. Многочисленные подвязки тут, подвязки там не сильно помогают скрыть тот факт, что комплекция Тощего на несколько размеров уступает комплекции хозяину одежды.

УПИТАННЫЙ стоит тут же. Смеется.

ТОЩИЙ. Хватит смеяться!

УПИТАННЫЙ. Бля… ща, ща перестану. Бля… еще чуть-чуть… еще немного… Бляяя!..

ТОЩИЙ. Ты уже десять минут «совсем немного». Я, что, виноват, что у деда в гардеробе в основном только такая одежда? Я даже подумал вначале, что он умер еще тогда, в восьмидесятых. Но потом увидел пару вещей из девяностых. Но они совсем уже большие. Деду в девяностые, наверное, очень хорошо жилось.

УПИТАННЫЙ. Ладно. Я все… давай рассказывай про корову.

ТОЩИЙ (недоуменно). А что рассказывать? Ты же вроде все знаешь? И нам вообще пора. Ехать надо.

УПИТАННЫЙ. Это раньше нам было пора. А теперь больше по хуй. Теперь мы на утренний сеанс к семье уже никак не попадаем. Теперь уже полчаса туда, сюда, — однохуйственно.

ТОЩИЙ. А что рассказывать? Она выскочила. Неожиданно. Ударила мне рогом в попу. Я упал. Она туда-сюда по двору скачет. А потом опять на меня. Ну, я отскочил. Она опять мычит, скачет. А потом я вдруг выдергиваю из гранаты чеку и кидаю в корову. Она останавливается. Смотрит на эту гранату. Проглатывает ее. А потом разлетается в разные стороны.

Молчат. Упитанный перестает смеяться.

УПИТАННЫЙ (серьезно). Скажи, ты знал, что она проглотит гранату?

ТОЩИЙ. Откуда? Я вообще не подозревал, что коровы умеют проглатывать гранаты.

УПИТАННЫЙ. Тогда какая хуя ты это сделал?

ТОЩИЙ. Мне было страшно. Я не знал, что делать.

УПИТАННЫЙ. И ты выдернул чеку и кинул этой ебанутой корове гранату?

ТОЩИЙ. Ну да…

УПИТАННЫЙ. И вот это ты называешь «умею обращаться с гранатами»? Придурок, блядь!.. Никогда-никогда-никогда больше так не взрывай коров! А вдруг какая-нибудь не проглотит? Тогда, что, блядь? А тогда бы мы быстро расползлись бы на кусочки. И нас вынесло бы на хер во все стороны света! Вот же, сука, вислоухий. С этого момента мы не надеемся на жертвенность коров. Ты понял, блядь?

ТОЩИЙ. Понял.

Молчат.

ТОЩИЙ (тихо). Так что мы теперь?

УПИТАННЫЙ. А что мы теперь? Пошли искать запаску. Тут же есть запаска? Сильнорукая же не припиздела нам на счет запаски?

ТОЩИЙ. А бабка? Что с ней делать?

УПИТАННЫЙ. А что с ней делать? Она уже сама все с собой сделала. Она умерла.

ТОЩИЙ. Не сама она умерла…

УПИТАННЫЙ. Ты, меня, что, осуждаешь?

ТОЩИЙ. Не осуждаю. Мне просто бы не хотелось, чтобы люди и дальше умирали просто так. Мы же, все-таки, не в лес за грибами ходим.

УПИТАННЫЙ. Блядь, так и хочется сказать «чья бы корова мычала». Так хуй же скажешь. Потому, что нет твоей коровы, которая мычала. Завалил ты ее, блядь. Взрывом. И теперь мне тут предъявляешь? Заебнулся бы!

ТОЩИЙ. Я защищался! Это не одно и тоже.

УПИТАННЫЙ. Киданием гранат в коров не защищаются! Ты хотел ее убить.

ТОЩИЙ. Хотел, да. Но только на словах.

УПИТАННЫЙ. А на деле, что, вот эта мелконакрошенная корова жива и здорова? Она, что, блядь, подверженная регенерации? Сейчас сама начнет собираться?

ТОЩИЙ. Хватит мне намекать. Я все равно не такой как ты.

УПИТАННЫЙ. Какой не такой?

ТОЩИЙ. Мне не нравится убивать людей.

УПИТАННЫЙ. Да, совсем прям не нравится. А едем мы куда? На пасху? Людей мы валить едем и ты, блядь, в курсе!

ТОЩИЙ. Это другое.

УПИТАННЫЙ. Чем другое? Тем, что мы их сами выбрали?

ТОЩИЙ. Хотя бы так.

УПИТАННЫЙ. И тебе, значит, от этого легче? Думать, что мы едем их валить, потому мы для себя обосновали, почему их можно валить?

ТОЩИЙ. Мне отвечать надо?

УПИТАННЫЙ. Конечно не надо. Я и сам знаю ответ. Странно только, что ты его не знаешь, корововзрыватель!

Молчат.

ТОЩИЙ. Может, бабулю все-таки закопать?

УПИТАННЫЙ. Для чего?

ТОЩИЙ. Ну, чтобы подозрений никаких не вызвать.

УПИТАННЫЙ. Ага, бабку закопали, а корова, которую по всему двору взрывом разбросало, подозрений вызывать не будет?

ТОЩИЙ. Ну тогда давай и ее закопаем.

УПИТАННЫЙ. Когда я говорил, что нам теперь пол часа туда, полчаса сюда — все однохуйственно. Я не имел ввиду, что и три часа туда, три часа сюда — тоже однохуйственно. До вечера же надо управиться. Домой приехать. Пива нормально попить.

ТОЩИЙ. Да, точно, пива Но бабулю все-равно жалко. Сгниет.

УПИТАННЫЙ. Ну, я бы так сильно не расстраивался. Сгнить, не сгниет. Голодные собаки ей этого не дадут сделать.

ТОЩИЙ. Здесь же нет собак.

УПИТАННЫЙ. Я бы в этом не был бы так уверен. Может, они есть. И просто молчат. Может, тут вся деревня молчунов. Люди молчат и собаки за компанию, тоже молчат. Собаки, молчуны… Мы же ничего не знаем об этой странной деревне.

ТОЩИЙ (глядя на руку). У меня мурашки по коже поползли.

УПИТАННЫЙ. Правильно ползут. Сваливать надо отсюда. С запаской… Где запаска?

Тощий уходит в глубь двора. Его не видно.

УПИТАННЫЙ. Ты куда?

ТОЩИЙ. Запаска сама же не придет… Там я машину видел.

УПИТАННЫЙ. Когда ты ее успел там увидеть?

ТОЩИЙ. Ну, не всем же во дворе интересно только на коров смотреть.

Упитанный идет следом.

Сцена тридцать первая

Глубь двора. Виднеется задняя часть автомобиля.

УПИТАННЫЙ ногой проверяет колесо. То не спущено.

ТОЩИЙ неподалеку.

УПИТАННЫЙ. Странные, блядь, вещи. Мотор весь в коррозии. Исходит на нет. А колесо, блядь, одно единственное, заебись целое. Что за приятная подстава? Как ее объяснить?

Тощий весь внимание. Потом вдруг резко оглядывается назад.

ТОЩИЙ. Я кого-то видел.

УПИТАННЫЙ (смотрит туда же). Нет там никого.

ТОЩИЙ. Очень быстро. Вот там. Прямо — вжиу! Очень быстро.

УПИТАННЫЙ. Что-то мой мозг настроен на то, что ты гонишь.

ТОЩИЙ (прислушивается) А это что?

УПИТАННЫЙ (прислушивается) Тишина?

ТОЩИЙ (тихо). Все, что угодно, но только не тишина.

УПИТАННЫЙ. Блядь… На кухне кто-то.

ТОЩИЙ. Мне тоже кажется, что на кухне. Кто-то.

УПИТАННЫЙ. Охуительный способ испортить мне настроение.

ТОЩИЙ. Какой?

УПИТАННЫЙ. Прийти кому-то неожиданно к бабке в гости. Причем, настолько неожиданно, что это неожиданно для нас и неожиданно даже для мертвой бабки, которая при жизни не особо разводила друзей.

ТОЩИЙ. Я туда не хочу.

УПИТАННЫЙ. Я тоже не хочу, а надо. Я не хочу, чтобы нас посадили… Блядь, ты же сказал, что к ней никто не приходит.

ТОЩИЙ. Это она так сказала.

УПИТАННЫЙ. А ты, блядь, мало того, что поверил, ты еще и меня заставил поверить. На хуй, спрашивается, вводить людей в заблуждение?.. Блядь, и как нам? К ним идти?

ТОЩИЙ. Да… я особо боюсь за двухметрового дядьку.

УПИТАННЫЙ. Какого двухметрового дядьку?

ТОЩИЙ. Который, вероятно, там может оказаться.

УПИТАННЫЙ. Какого хуя ему надо вероятно там оказываться? Он, что, вероятно-хуй оказывающийся-дядька?

ТОЩИЙ. Я просто считаю, что надо рассчитывать на двухметрового дядьку. А не на тощую метр с кепкой девяностолетнюю бабушку-соседку.

УПИТАННЫЙ. А было бы заебись. Я еще ни разу не убивал людей щелбанами… А граната?

Тощий смотрит на Упитанного. Потом вытаскивает из кармана старых шорт гранату. Разглядывает.

ТОЩИЙ. Я с ней больше ходить не собираюсь. Второй коровы, случайным образом разбросанной по большому радиусу, мне не надо.

УПИТАННЫЙ. Тогда я возьму.

Тощий прижимает гранату. Пятится.


УПИТАННЫЙ. Это что за хуйня? Дай гранату.

ТОЩИЙ. Не дам.

УПИТАННЫЙ. Почему не дашь?

ТОЩИЙ. А если там человек? Я не хочу, чтобы ты его взорвал.

УПИТАННЫЙ. Не буду я никого взрывать.

ТОЩИЙ. Ага, не будешь.

УПИТАННЫЙ. Дай блядь, гранату, я тебе не пиротехник.

ТОЩИЙ. Не дам. Я сам пойду.

УПИТАННЫЙ (подумав). Ну и заебись…

Тощий крадется, с гранатой на изготовку, к кухне.

УПИТАННЫЙ. Давай только чуть побыстрее. А то мне уже не терпится посмотреть на твою голову, которую тебе отрубят.

ТОЩИЙ (останавливается, испуганно). Кто отрубит?

УПИТАННЫЙ. А я откуда знаю, кто отрубит? Но кто-то же должен тебе ее отрубить… Ты, что, зассал, смертник?

ТОЩИЙ (качает головой, стараясь не показывать свой испуг). Нет.

Тощий со страхом, но идет вперед, к кухне. Скрывает из виду.

Упитанный, чуть проходит вперед. Останавливается. И вглядывается.

Какое-то время ничего не происходит.

Где-то в летней кухне разбивается стекло.

Затем раздается взрыв. Упитанного швыряет на пол.

Сцена двадцать восьмая

Двор. Часть летней кухни. Лежит дверь. А в самом углу торчат ноги БАБУШКИ-ПИЛОТА. Тут же, знакомые останки коровы.

ТОЩИЙ опять с помятым видом сидит на земле. УПИТАННЫЙ тут же. С задумчивым видом. Видимо, в его голову не вмещается весь дебилизм ситуации.

УПИТАННЫЙ. Давай, не делай такой кислый череп. Как будто ты с начала рассказываешь уже семнадцатый раз. А ты хотя бы раз, блядь, рассказал… Как ты, блядь, додумался до взрыва?

ТОЩИЙ. А что мне было делать, ходить с этой гранатой весь день?

УПИТАННЫЙ. А до этого, ты, что, блядь не ходил? И не носил в шортах, рядом с яйцами? Причем, сразу две?

ТОЩИЙ. Так они же с чекой были.

УПИТАННЫЙ. А эта, что, блядь, была без чеки?

ТОЩИЙ. Была без чеки.

УПИТАННЫЙ. А какого хуя она у тебя была без чеки?

ТОЩИЙ. А если бы, кто выскочил? Мне в него, что, гранату с чекой кидать?

УПИТАННЫЙ. А выдернуть чеку, что, блядь, не судьба?

ТОЩИЙ. Да я бы не успел.

УПИТАННЫЙ (задумавшись). Да, точно, ты бы точно не успел. Ты же долбоеб. Кинул бы гранату с чекой. Пощекотал бы чей-нибудь затылок.

ТОЩИЙ. А я про что? Поэтому я выдернул чеку и зашел на кухню… Осторожно приоткрываю дверь. А там еноты.

УПИТАННЫЙ. Как еноты?

ТОЩИЙ. Ну так. Еноты. Целая стая.

УПИТАННЫЙ (показывая на кухню). Там же, блядь, трупы собак.

ТОЩИЙ. Спросить надо было, а не думать, что это трупы собак.

УПИТАННЫЙ. Не умничай, блядь. То, что там лежит. Эти, блядь, обгоревшие трупы, они, блядь, точно похожи на трупы собак. Чуть меньше обычных собак, но собак… А что, еноты в стаях бегают?

ТОЩИЙ. Это ты же у нас «Дискавери» смотришь. Там про енотов, бегающих в стаях, что-нибудь рассказывали?

УПИТАННЫЙ. Мне кажется, что на канале «Дискавери» даже не подозревают о таких енотах. Блядь, это же невозможно…

ТОЩИЙ. Ты это енотам скажи. Скажи, что нельзя собираться в стаю. Что нельзя есть мертвую бабушку. И что нельзя смотреть на меня такими глазами, какими они смотрели.

УПИТАННЫЙ. Еноты жрали нашу старушку?

ТОЩИЙ. Все морды (показывает как) в крови. Они увидели меня и еще так (показывает как) оскалились.

УПИТАННЫЙ. Что, прямо так и оскалились?

ТОЩИЙ. Не так. Сильнее. Только я не енот, у меня сильнее не получится.

УПИТАННЫЙ. Ты, что, фильмов про енотов-убийц насмотрелся?

ТОЩИЙ. Это где ты такие видел?

УПИТАННЫЙ. Нигде я не видел. Но справедливо предположил, что ты видел. Банда енотов, пожирающих старушку. С мордами в кров. Еще и все на тебя скалятся. Ладно, еноты стаями вдруг начали ходить, но, блядь, еноты-канибалы… Это уже совсем пизде не хуй.

ТОЩИЙ. Все, правда, так и было.

УПИТАННЫЙ. Так и было, ага! И кто теперь нам подтвердит, что все так и было? Может, спросим у тех енотов, что ты взорвал? Или, может у нашей бабули? Ей же мало было просто умереть. Ей надо было еще и на куски разлететься! Мертвая, блядь, бабушка-пилот! Ноги, вон, хотя бы вместе лежат. Признаемся, что ее ногам немного прямо повезло.

ТОЩИЙ. А что мне было делать? Они на меня смотрят так. Еще этот Василий. Пищит им что-то на своем языке. Они к двери подбегают. Я гранату в кухню. А сам дверь прикрываю, чтобы не вылезли…

УПИТАННЫЙ. Ты хочешь сказать, что на кухне был наш Василий?

ТОЩИЙ. Был… А что тут такого? Ты же в курсе, что про него Ананий рассказывал. Нельзя его вывозить было… Это точно был Василий.

УПИТАННЫЙ. Ну, допустим, в эту херню, с енотами, пожирающими бабушку-пилота, я с трудом, но верю… Но, блядь Василий. Откуда такая уверенность, что это Василий?

ТОЩИЙ. Ты же ему сломал челюсть.

УПИТАННЫЙ. Чтобы, он, сука, мучился! И у этого тоже было сломана челюсть? Может, это был другой енот, но такого же пидарастического поведения? И ему кто-то другой челюсть сломал?

ТОЩИЙ. Нет. Это точно был Василий.

УПИТАННЫЙ. Я не пойму, откуда такая уверенность в Василии?

ТОЩИЙ. У него взгляд был такой. Такой… полный ко мне ненависти. У меня нет ни одного знакомого енота, который мог бы на меня держать зло.

УПИТАННЫЙ. Челюсть-то вроде я Василию сломал.

ТОЩИЙ. Мне кажется, он знает, что если доберется до меня, то доберется и до тебя.

УПИТАННЫЙ. Надеюсь, этот енот-ебырь хотя бы не думает, что, раз мы едем вместе в одной машине, то мы сторонники однополого брака. Как ты считаешь?

ТОЩИЙ. А еноты в таком разбираются?

УПИТАННЫЙ. Еще, блядь, как разбираются. Сам видел передачу на «дискавери». Про то, как еноты выходят во взрослую жизнь. Безлесную взрослую жизнь. Как они сталкиваются с людьми. И как они изучают многополые и однополые браки…

ТОЩИЙ. Господи…

УПИТАННЫЙ. Точно, блядь, Господи! Какого хуя ты во всю эту хуету веришь?.. Еноты, блядь-канибалы. Василий-вожак стаи. В окна прыгает, когда видит гранату… Может, теперь каждый, блядь, взрослый енот знает и про гендерное неравенство?

ТОЩИЙ. Но Василий, правда, выпрыгнул из окна.

УПИТАННЫЙ. Как он это, блядь, может сделать? Он, что, блядь, разбирается в гранатах? Знает, что от них прыгать надо? Остальные еноты, которые с ним были, значит, не знали, а он знал, так, что ли, получается?

ТОЩИЙ. Василий особенный. Ананий, думаешь, просто так сказал, что нельзя его или любого другого квадратного енота вывозить за пределы заповедника.

УПИТАННЫЙ. Поверить не могу, ты опять нудить-опровергать мою единственно правильное решение? Енот был мертвым. И я рассчитывал на его тушку. Все я правильно сделал… У тебя еще гранаты есть?

ТОЩИЙ. Нет.

УПИТАННЫЙ. Точно «нет»? Или все-таки, такое «нет», которое у тебя в башке появляется после того, как тебя чем-нибудь заебали? Если я тебя чем-нибудь заебал, то прости меня, пожалуйста…

ТОЩИЙ. Две всего было. Теперь закончились.

УПИТАННЫЙ. Хорошо. А то я уже совсем устал от твоих, блядь, игр в «бомбермана». Не особо хочется еще раз столкнуться со взорванным домом, набитым енотами. Откуда тут, блядь, еноты? Да еще и знакомые…

ТОЩИЙ. А можно я расскажу?

УПИТАННЫЙ. И что ты расскажешь? Что ты, блядь, нормального расскажешь? Что квадратные еноты — дети франкенштейна?

ТОЩИЙ. Нет. Не это я хочу рассказать.

УПИТАННЫЙ. Точно?

ТОЩИЙ. Абсолютно.

УПИТАННЫЙ. Ну ладно тогда, давай. Только… я за тобой слежу…

ТОЩИЙ. Думаю, Василий на тебя сильно обиделся. Ведь ты, все-таки, сломал ему челюсть.

УПИТАННЫЙ. Бляяя…

ТОЩИЙ. Не перебивай, хорошо? Потом все спросишь.

Упитанный кивает.

ТОЩИЙ. Ты сломал ему челюсть. Дал уйти. Он быстро освоился на новой территории. Нашел нескольких енотов. Точнее, целую стаю енотов по-проще, не квадратных. И побежал за нами.

УПИТАННЫЙ. Как он, блядь, мог побежать за нами? Он, что, со своими енотами автостопом нас преследовал? Пальцем большим кверху машины останавливал?

ТОЩИЙ. Я же просил, не перебивать!

УПИТАННЫЙ. Очень трудно не перебивать, когда люди мне на уши хуйни накладывают… Ну, даже, допустим, он и вправду умеет кататься автостопом. Но машин-то никаких за нами не было! Неувязочка получается.

ТОЩИЙ. Да я…

УПИТАННЫЙ. Хотя, какой автостопом? Если бы он умел кататься автостопом, то он бы уже давно свалил с той заповедной территории. Значит, до нашего прибытия он точно не умел это делать… И что же это получается? Он, что, так быстро освоился с автостопом? Это в любом случае не мог быть Василий. Другой енот со сломанной челюсть, да… но не Василий.

ТОЩИЙ. Это точно был он.

Молчат.

УПИТАННЫЙ. Ладно, по херу на все эти логические неувязочки. Пусть будет твой Василий. Теперь-то его нет. И он нас не будет беспокоить.

ТОЩИЙ. Я в этом не уверен.

УПИТАННЫЙ. По-твоему, он нам опять мстить будет? Мало того, что он долбоеб, так он еще и упертый долбоеб. Так, что ли?

ТОЩИЙ. Ты сломал ему челюсть. Я взорвал его енотов…

УПИТАННЫЙ. А тебе понравилось, да?

ТОЩИЙ. А?

УПИТАННЫЙ. Взрывать енотов тебе, блядь, понравилось, да?

ТОЩИЙ. Не думаю.

УПИТАННЫЙ. Что ты не думаешь? У тебя на роже написано, что понравилось.

ТОЩИЙ. Это была самооборона.

УПИТАННЫЙ. Дверь закрыть — вот это самооборона. А закрыть дверь после того, как закинул внутрь гранату. Без чеки. Это уже далеко не самооборона. Это массовый геноцид на одной маленькой территории… Вначале корова, потом стая енотов. Я уже не в первый раз не знаю, чего от тебя дальше ожидать.

ТОЩИЙ. Василия вывез с территории ты. Хотя нас и предупреждали.
УПИТАННЫЙ. Вообще-то я вывозил Василия с расчетом на то, что он был мертвым. Откуда я мог тогда знать, что этот квадратный енот умеет прикидываться мертвым?.. Ты, что, уже, блядь, думаешь, часть своей вины за этих мертвых енотов на меня перекинуть?

ТОЩИЙ. Из-за тебя я убил этих енотов! Я же говорил тебе: давай не будем его вывозить. А ты все за свое, давай будем, давай будем,

УПИТАННЫЙ. Ты, блядь, маньяк! Смирись с этим уродством. Не еноты бы полетели в разные стороны, так кто-нибудь другой.

ТОЩИЙ. Кто бы говорил про маньяков. Ты вообще людей убиваешь просто так… по пути.

УПИТАННЫЙ. Ой, а ты, блядь, не убиваешь?

ТОЩИЙ. Но не людей же по пути!

УПИТАННЫЙ. Заебись, конечно, у тебя прикрытие. Людей ебашить можно, а вот тех, что по пути нет… Да ты же первый начнешь людей на даче умерщвлять. По глазам твоим ни-хуя-не-человеколюбивым вижу.

ТОЩИЙ. Иди ты… На хуй ты иди!

Тощий уходит.

УПИТАННЫЙ. Блядь, обиделся! Пальцем раз тыкнули на то, что сам ни хуя не видит. Придурок… И куда ты попиздил? Надеюсь за колесом ты попиздил, а не за очередным животным!

Упитанный тоже уходит в ту же сторону, что и Тощий.

Сцена тридцать седьмая

Темно совсем.

Кто-то время от времени пинает, похоже, колесо. То катится.

Слышатся голоса.

УПИТАННЫЙ. Хуйня какая-то, а не деревня. Мы убили бабушку-пилота. Взорвали корову. Потом взорвали кухню с енотами и мертвой-бабушкой пилота. А тут, блядь, вообще ни одной рожи. Не гуманно как-то. Не социально. Блядь, я даже не переживаю, что бабушку-пилота найдут. Не найдут ее ни хуя. Тут вообще, наверное, ни хуя не находят. Мертвые лежат, наверное, а всем добродушно срать. Ты скажешь что-нибудь, любитель взрывать животных, или нет? Ты хотя бы немного переживаешь из-за жизнерадостных трупов, которые мы так лежать и оставили?.. Блядь, молчун…

Кто-то по-прежнему пинает ногой колесо. То по-прежнему катится.

Сцена тридцать пятая

Уже знакомая дорога. Только теперь движение происходит в обратную сторону.

ТОЩИЙ время от времени пинает колесо. То катится вперед. Рядом идет УПИТАННЫЙ.

УПИТАННЫЙ. Хоть слово скажи. Одно, маленькое. А то тут совсем ебанешься. Вообще никакой жизни. Если только бетон теперь не считается жизнью.

Тощий, останавливается, забыв про колесо. Смотрит вперед.

УПИТАННЫЙ (останавливается, тоже смотрит вперед). Мотор?

Судя по звуку где-то очень и очень далеко едет автомобиль.

УПИТАННЫЙ. Может, это звуковой мираж? Если посчитать туда и обратно, то мы по этому пейзажу в сумме совсем нехуево прошли. Солнце по башке тепловым лучом вполне могло пиздануть. Желание увидеть на этой дороге машину тоже могло пиздануть по башке.

ТОЩИЙ. Звук знакомый.

УПИТАННЫЙ. Что?

ТОЩИЙ. Побежали, говорю.

Тощий, схватив колесо, бежит в лес. Бежать ему тяжело. Колесо все время пытается выпасть.

УПИТАННЫЙ (провожает взглядом Упитанного). Долбоеб.

Тощий поворачивается, продолжая идти к лесу.

ТОЩИЙ. Это джипы друзей Анания.

УПИТАННЫЙ. Это откуда у тебя такая информация?

ТОЩИЙ. Звук одинаковый.

УПИТАННЫЙ. Допустим… И что нам сделают эти друзья Анания? У нас на руках нет ни одного мертвого енота. Мы даже не пахнем мертвыми енотами. Мы вообще давно не держали енотов на руках… Так, что, блядь, любое их поведение будет нам будет казаться необоснованным. На твоем месте я бы пораскинул мозгами и пришел бы к выводу, что на этот раз в лесу с животными можно и не разговаривать.

Тощий машет рукой. Разворачивается. Бежит, по-прежнему, с колесом. В лес. Там и скрывается.

УПИТАННЫЙ. Придурок! Нет, ну и хрен туда бежать без енота? (поворачивается к предполагаемым машинам, затем обратно, к лесу). Как вообще можно по звуку… по такому далекому звуку определить, что едут моторы друзей Анания? Никак.

Звук приближающихся автомобилей становится громче.

Упитанный поворачивается. Всматривается. Вот, что-то видит. Вот, бежит в лес. Скрывается.

Через какое-то время слышится, как Упитанный падает. И начинает мычать.

Сцена тридцать пятая

Как и прежде, УПИТАННЫЙ и ТОЩИЙ идут по дороге. Тощий, как и прежде, используя ногу, катит колесо.

УПИТАННЫЙ. Я бегу вниз, к лесу. К тебе бегу. А потом нежданчик в виде судороги. Меня сразу к земле силой притяжения. Я ору. Ты даже не представляешь, как меня калечило.

ТОЩИЙ. Представляю.

УПИТАННЫЙ. Ты, что, видел все?

ТОЩИЙ. Ну, видел.

УПИТАННЫЙ. Тогда какого хуя я там катался по земле и орал? Мне же ногу судорогой свело. Причем так, что я, блядь, забеспокоился о своей способности ходить!

ТОЩИЙ. Ты все время беспокоишься о своей способности ходить.

УПИТАННЫЙ. Ты на меня наезжаешь? А кто меня, как собаку, оставил подыхать?.

ТОЩИЙ. Это всего лишь судорога.

УПИТАННЫЙ. Всего лишь, блядь, судорога? Всего лишь? Да ты, знаешь, ты кто? Ты, блядь, ебаный лесной человек! В лес упиздил! Ты, что, блядь, популяцию партизанов восстанавливаешь?

ТОЩИЙ. Ты сам в лес с Василием бегал.

УПИТАННЫЙ. То, другое, блядь, дело! И вообще, не переводи стрелки!

ТОЩИЙ. Ты побежал в лес с Василием. Я сделал тоже самое только с колесом. Оно тяжелее. Я вообще, получается, трудяга.

УПИТАННЫЙ. Ни хуя ты не получаешься трудягой. Я енота спасал, причем, квадратного! Чутье у меня на этого Анания было. И не подвело же мое охуительное чутье. Нехорошим человеком оказался Ананий. Увидел бы енота у нас на руках, не видеть нам не только енотов… ничего нам вообще не видеть бы… А ты с колесом по непонятной мне причине…

ТОЩИЙ. Это для тебя по не понятной тебе причине. А я побежал туда по понятной мне причине. Стал бы я в лес бежать по непонятной мне причине… Эти друзья Анания. Они же могли немного знать о закопанном Анании…

УПИТАННЫЙ. Как они могли, блядь, знать о немного закопанном Анании? В лесу зверюшки нашептали? Обиженный енот нас сдал?

Тощий пожимает плечами.

УПИТАННЫЙ. Ясно. Значит, упиздил ты в лес. С колесом из-за зверюшек. Не надо переоценивать зверюшек. И енотов квадратных тоже не надо переоценивать… Ананий, блядь, тебе сказал. Ну, а если бы он перед смертью тебе бы сказал периодически жопу свою на ветки насаживать, для поддержания простаты в форме. Ты бы это тоже делал? И верил бы в эту, блядь, по-Ананию-научную хуйню?

Тощий пожимает плечами.

УПИТАННЫЙ. Бляя… Ты иногда такой пиздой думаешь. Такой. Что меня удивляет, почему ее у тебя до сих пор нет… Ну настолько ты пиздой думаешь. Прямо, как будто родной пиздой… Которой, опять же, у тебя нет… У тебя точно сейчас нет пизды? Хотя бы маленькой такой пизденки?

Тощий вдруг останавливается, как вкопанный. Смотрит на пах, а потом, спохватившись, идет за приостановившимся Упитанным. Идут дальше. Молчат какое-то время.

УПИТАННЫЙ (вдруг начинает рассказывать). А я стою на асфальте, и думаю, а что, если эти два мотора остановятся. Что, если из них вылезут два агрессивно настроенных друга Анания? Что, если они подойдут ко мне и дружелюбно спросят: не тот ли вы джентльмен, который помог уйти нашему любимому другу Ананию в мир иной? И что, если они еще спросят: вы тут случайно не видели стаю последних десяти вымирающих енотов? Я представляю, как спрашиваю: «вымирающих»? А они такие: Да, последние десять. В России и даже в Европе. Есть еще самец и самка в зоопарке на Аляске, но их так затрахали природоохранные организации, что они уже не могут трахаться… А потом они по моему поведению понимаю, что я еще тот, блядь, любитель уши соседям заворачивать. Что я с Ананием знаком, причем в последние минуты его жизни. И со стаей вымирающих енотов знаком, причем, тоже в последние минуты их жизни. Друзья Анания быстро понимают всю мою добродетель и, долго не думая, стреляют по мне из охуенно здоровых стволов. Из таких, которые не спрячешь за поясом или за пазухой, и даже в наплечной кобуре не спрячешь. А этим по хуй. Они берут и вытаскивают, как, блядь, опытные волшебники. А потом уже-бам, бам, бам. — это стрельба у них такая. По мне. Я еще живой. Но меня уже конкретно во все стороны трясет, как тряпку. Все из-за пуль. Охуенно крупнокалиберных пуль. Такими можно по танку ебашить. Как по яблоку… Короче, вот такая вот нездоровая хуйня меня беспокоит в тот момент, когда моторы уже показываются. И я вижу, что это действительно моторы, а не кляча с выпадающими зубами, которая запряжена в римскую колесницу… И знаешь что?

ТОЩИЙ. Что?

УПИТАННЫЙ. Я, блядь, проникся твоим лесом. Сразу захотелось на природу. Поближе к безопасности. Поэтому я побежал в лес. К тебе… Бегу, значит, бегу. В мыслях про свою хорошо развитую интуицию думаю, про то, как я все вовремя понял. И тут — хуяй! — и ногу сводит… Все, передвижения заканчиваются. Я ору… Ногу все сводит и сводит. А потом появляются эти. Я, конечно, весь такой сразу… короче, я охуел сразу… Думаю, хоть, бы не спрашивали про енотов. И про Анания тоже не спрашивали бы. А то момент для них, пиздец, какой подходящий… А они такие без вопросов, ногу назад поставили…

ТОЩИЙ. Я видел все.

УПИТАННЫЙ. Не переживай, о том, что ты лесной гандон, я теперь не скоро забуду.

ТОЩИЙ. Мне, что, надо было вылезать из укрытия?

УПИТАННЫЙ. Надо не надо, но ты гандон. Лесной гандон. Запомни это… А если бы они определили, что я знаком с целой стаей мертвых енотов? Думаешь, тогда бы они делились со мной своей добротой? Ладно, по хер… Значит, они мне делают ногу. Спрашивают, откуда и куда. Я говорю, у машины пробило колесо. Один из них спрашивает: а это не оттого, что вы случайно сбили енота? Кого, спрашиваю.Думаю, у меня получилось убедительно сыграть это «кого». Енота, они мне говорят. Тут есть еноты, спрашиваю? А они такие, там — и показывают рукой назад — есть дорожный знак: Еноты. Вы его должны были видеть. Видел, говорю. То, что, правда, дорожный знак «еноты»? Такие знаки, что, бывают? А один из них такой типа по секрету: ну, вообще-то нет. Только в виде исключения. В виде нашего исключения. Он весь такой при этом охуенный стал. Как будто только что большого быка кулаком в лоб завалил. Мне конечно, не хочется, но я спрашиваю то, что должен бы спросить в такой ситуации человек. А вы кто? Мы охуительные пацаны, вдруг говорит второй. Он в таких очках от солнца. И весь такой блядь, шериф. И говорит, как Клинт Иствуд.

ТОЩИЙ. Как кто?

УПИТАННЫЙ. Как Клинт Иствуд, дебил. Блядь, люди теперь даже Клинта Иствуда не знают.

ТОЩИЙ. Почему, знают.

УПИТАННЫЙ. Ты же не знаешь.

ТОЩИЙ. Почему? Знаю. Вспомнил только что.

УПИТАННЫЙ. Ну, и кто он тогда?

ТОЩИЙ. Человек?

УПИТАННЫЫЙ. Бляяядь… Это, что, вопрос? Ты, правда, что ли, у меня спрашиваешь, Клинт Иствуд человек или нет? Поверить не могу. Хотя, чему тут не верить? Все знают, что есть Клинт Иствуд, а вот кто он такой, хуй его знает. В лучшем случае знают что он ковбоев постоянно играл… Клинт Иствуд, это, как у нас Михалков. Ты знаешь, кто такой Михалков?

ТОЩИЙ. Знаю. Режиссер.

УПИТАННЫЙ. А что он снял?

ТОЩИЙ. … «Утомленные солнцем» два. И «Двенадцать», кажется.

УПИТАННЫЙ. А что еще он снял?

ТОЩИЙ. «Утомленные солнцем» один?

УПИТАННЫЙ. А ты, смотри, какой, оказывается, логичный. А что кроме всего этого?

Тощий молчит.

УПИТАННЫЙ. Вот-вот. Клинт Иствуд, как Михалков. Все про него что-то знают, а что он снял, да хуй его знает… Короче, я им такой говорю. Вы знаете, я енота не сбивал. Точно, спрашивает, тот что не Клинт Иствуд. Я бы запомнил, отвечаю. Думаю, запомнил бы, смотрит он на Клинт Иствуда. Клинт Иствуд смотрит на меня, так, что я, блядь, про себя почти обоссался, а потом кивает. Они уходят. Я такой, хочу еще у них кое-что спросить. А этот, что Клинт Иствуд поворачивается и говорит: Нам в другую сторону… Сука, откуда он догадался, что я хотел их попросить меня подбросить до мотора?

ТОЩИЙ. Ты хотел меня тут бросить? С колесом?

УПИТАННЫЙ. Ты же меня бросил, с колесом. Тем более, я не хотел тебя бросить. Я просто хотел немного сократить себе дистанцию.

ТОЩИЙ. Временами — ты нехороший человек. И сейчас именно эти времена.

УПИТАННЫЙ. Ты вообще, козел, молчал бы. Чуть что сразу в лес, к зелени. И по хуй на коллектив.

Молчат.

ТОЩИЙ. Если бы мне было, как ты говоришь, на коллектив… то стал бы я тогда с колесом столько времени возится?

УПИТАННЫЙ. Ты же временами долбоеб. Ты бы стал.

ТОЩИЙ. Может ты тоже немного поучаствуешь в жизни коллектива?

Тощий берет в руки колесо и протягивает его Упитанному.

УПИТАННЫЙ. Ты мне колесо предлагаешь? Колесами не участвуют в жизни коллектива. Ведут беседы с друзьями Анания — вот это участвуют. Так что тащи сам эту хуйню. Тем более, я ставить ее буду. Или ты ставить будешь? (смотрит на Тощего). Нет, ты ставить не будешь. Ты, блядь, как обезьяна, к таким вещам не приспособлен.

Упитанный уходит чуть вперед.

Тощий ставит колесо на землю. И опять его катит ногой.

Сцена сорок восьмая

Автомобиль Упитанного и Тощего возле дороги.

Напряженный УПИТАННЫЙ очень коряво прикручивает колесо. Ему явно не достает опыта в подобных делах. ТОЩИЙ стоит чуть в стороне и смеется.

УПИТАННЫЙ (не отвлекаясь от колеса). Заебал ржать. Ржать надо, когда тебе хотя бы твое телосложение позволяет колеса менять. А тебе ни хуя не позволяет. Так что, хорош ржать.

Упитанный резко поворачивается к лесу.

УПИТАННЫЙ (что-то увидев). Еп твою мать.

Тощий тоже поворачивается к лесу. Всматривается.

ТОЩИЙ. Что ты там увидел? Ничего там нет…

Упитанный лезет в багажник. Вытаскивает оттуда ружье. Быстро заряжает.

ТОЩИЙ. А это еще зачем?

УПИТАННЫЙ (не обращает внимания на Тощего, лесу). Василий! Ты слышишь меня? Не подходи, блядь! Ни в коем случае! Твоим лесным богов клянусь, Василий, сделаю в тебе дыру. С дырой долго не протянешь, Василий! Дыра — это ни хуя не сломанная челюсть, Василий!

ТОЩИЙ. Что тут вообще происходит?

УПИТАННЫЙ. Я его видел (показав на лес). Он там.

ТОЩИЙ. Василий?

УПИТАННЫЙ. С каких, блядь, это пор обращение к кому-то «Василий» означает, что этот кто-то может быть не Василий? Я видел только что в лесу эту охуевшую рожу. И надо сказать, безопасным взгляд этой охуевшей рожи не назовешь… (доверительно и обеспокоенно). Сваливать надо отсюда.

ТОЩИЙ. Может, лучше успокоиться? Это же всего лишь Василий.

УПИТАННЫЙ. Этот всего-лишь-Василий крови хочет. Человеческой.

ТОЩИЙ. Откуда ты взял… что он крови хочет, человеческой?

УПИТАННЫЙ. Я по глазам его видел. Таким, блядь, глазам с такой, блядь, ненавистью. (в лес) Василий, извини меня за сломанную челюсть! Если подумать, я не хотел! Хуем своим клянусь, что, если подумать, я не хотел, Василий!

ТОЩИЙ (с новыми силами вглядывается в лес). Я стараюсь, но, все-равно, его не вижу.

УПИТАННФЙ. И я тоже. Но это не значит, что его там нет. Это значит, что ебаный енот настроен серьезно и что он надеется на элемент неожиданности. Надо сваливать, пока он не стал развивать свой элемент неожиданности.

Упитанный, отложив ружье, торопливо снимает с болта на колесе ключ. Затем садится в автомобиль. Тощий тоже садится в автомобиль. Пытаются завести машину/Та сразу не заводится. Все это время идет разговор.

ТОЩИЙ. Да это же просто енот.

УПИТАННЫЙ. Просто енотом он был первое время. Потом мы узнали, что он квадратный енот. Потом, что он, как собака кусается. А потом, что он умеет руководить другими, более тупыми енотами. В каком месте Василий просто, блядь, енот?

ТОЩИЙ. Он, что, нам теперь мстит? Енот?

УПИТАННЫЙ. Я других логических объяснений не вижу… А у бабушки-пилота со стаей енотов-каннибалов он как оказался? По счастливой случайности? Кому, блядь, не расскажи, не поверят в такую счастливую случайность… Ты же сам, блядь, говорил, что он нам мстит. Когда мы были в гостях у бабушки-пилота, разве нет?

ТОЩИЙ. Я немного паниковал. И это было самое логичное объяснение нашей с ним встречи. И его поведения… А с енотами-каннибалами — это немного другое…

УПИТАННЫЙ (не обращая внимания на последние слова). Уверяю тебя, сейчас ситуация точно такая же. Только, похоже, что, блядь, Василий, совсем злой стал, как «Рэмбо».

ТОЩИЙ. Ты видел «Рэмбо»?

УПИТАННЫЙ. Зачем мне видеть «Рэмбо»? Будь логичен. Для того, чтобы говорить: «злой, как Рэмбо» мне надо видеть «Рэмбо». Про то, что он, блядь, на коне, с луком вместо базуки на танк скакал, еще кто-то не знает?.. В такой ситуации, на коне, с луком, против танка надо быть или слишком злым или слишком долбоебом. Второе мы сразу убираем — потому, что в американских фильмах герой вьетнамской войны не может быть долбоебом. Это же американцы… Герой вьетнамской войны должен быть всегда при уме и понимать, что он делает… И единственное логическое объяснение, почему Рэмбо скакал на коне на танк, это то, что он был злым. Не просто злым, а злым и еще пиздец-каким-бесстрашным. Вот такую злость я и видел в глазах Василия.

Упитанный заводит автомобиль. Тот заводится.

Сцена пятьдесят третья

В автомобиле. ТОЩИЙ и УПИТАННЫЙ.

Едут.

Какое-то время молча едут.

ТОЩИЙ. Теперь ты сожалеешь об этом?

УПИТАННЫЙ. О чем? О том, что я не видел «Рэмбо»? Я не видел «Рэмбо», но если бы видел, то, наверняка сожалел бы. По слухам, еще то говно. Причем все части. И даже в самой лучшей — первой — один полет с хуй-знает-на-сколько-двадцатидметровой высоты на деревья чего стоит? Пролетел, упал. На деревья. А потом еще поморщился от боли. Типа, блядь, я не герой, я человек — поцарапался… Блядь, да если настоящие живые люди целым семейством прыгнут с такой высоты, им же совсем не получится жить. Даже если они друг друга в качестве подушки при приземлении будут использовать… Ну, блядь, как кино с такой вот хуйней может быть не говном?

ТОЩИЙ. Нет, я не об этом… Я о том, что это ты взял Василия к нам в автомобиль…

УПИТАННЫЙ. Я сделал все правильно. А если ты думаешь, что, если бы я послушался Анания, я бы сделал все правильно. То ты глубоко, очень глубоко заблуждаешься… Я не жалею о том, что я сделал. Мгновения, проведенные с Василием, в будущем покажутся мне бесценными.

ТОЩИЙ. А то, что благодаря тебе кровожадные еноты разгуливают на свободе и пытаются нас убить, тебя никак не убеждает в моей и Анания правоте?

УПИТАННЫЙ. Ни хуя! И знаешь почему? Потому, что со стороны только ты. И не тебе меня, блядь, судить! Я прекрасно все сам вижу? А Василий… Он просто ебанутый на всю голову енот. Эти енотолюбы так и сказали: похоже, у одного из наших енотов наблюдается психическое расстройство.

ТОЩИЙ. Ты не говорил, что они такое тебе говорили.

УПИТАННЫЙ. Блядь, так надо было не в лесу сидеть и общаться с братьями нашими меньшими, а слушать, что люди говорят. Я говорили они следующее: Один из наших енотов прошел курс реабилитации в специальной лечебнице для енотов. И кажется, все согласились с тем, что он готов вернуться в лесной социум. Все-таки восстановление популяции квадратных енотов… которых тут мать-природа не думала даже придумывать… Отпустили его в лес. А он, не долго думая, воспользовался нашей неосведомленностью. И съебался из своего леса в лес соседний.

ТОЩИЙ. А ты точно про енота говоришь? С каких это пор еноты проходят курсы реабилитации?

УПИТАННЫЙ. А с таких, что человечеству делать не хуй. Со СПИДом сделать ни хуя не могут. С раком тоже. А вот енотам помочь — это запросто. Именно, блядь, с таких пор. Скоро, блядь, найдут у енотов или СПИД или Рак. А потом лечить начнут. И еще и найду, как лечить. Чтобы каждый во всем мире ходил и думал про западло. Про то, что, енотам на хер не нужно лекарство от СПИДа и Рака и, тем не менее, оно у них есть. А вот у людей, как не было, так и нет… А пока вот только курс реабилитации для енотов придумали.

ТОЩИЙ. Но, наверное, не просто так Василий проходил курс реабилитации?

УПИТАННЫЙ. Говорят, башку у него как-то снесло. Говорят, в лесу он как-то раз спал. На земле, под деревом. Никто же ему не объяснит, что нормальные еноты так не спят. А он сам по себе, думает, на своей не от мира сего волне. Просыпается как-то оттого, что на него какает 12-летний мальчик. Мальчик не видел енота. Енот не видел мальчика. Со всеми бывает. Тем более, если разобраться, Василий еще и виноват. Надо спать, как все еноты в правильных местах… Василий с тем, что он виноват, видимо, не согласился. Укусил мальчика за какающую жопу, а потом несколько раз пробовал накинуться на все семейство. Более, того, он залез к ним в багажник. А потом, в гараже, когда отец семейства открыл багажник, неожиданно на него прыгнул и откусил ухо. Его, конечно, поймали с этим самым ухом во рту. Отправили в центр. Редкое же, все-таки, животное. А потом отпустили… Эти Клинт Иствуд и Не Клинт Иствуд вообще считают, что, возможно, кто-то очень сильно разозлил Василия. И что теперь все может обернутся очень и очень нехорошо. Для местных.

ТОЩИЙ. Каких местных? Мы же были в деревне. Мы много видели местных?

УПИТАННЫЙ. Клинт Иствуд и не Клинт Иствуд говорят, что у них второй год на огородах ни хера не растет. Вначале скотину всю сожрали. Потом собак всех. А теперь вот лежат по домам и умирают.

ТОЩИЙ. Но в лесу же, если постараться, много еды.

УПИТАННЫЙ. Клинт Иствуд и не Клинт Иствуд местным так и сказали: если постараться, в лесу до самого хуя еды. А местные в ответ: сами идите в лес. Сами идите охотьтесь. А мы лежать будем. И ждать, когда неурожаи закончатся. Вот так и умирают. Но зато с охуенным чувством собственного достоинства и полного превосходства над другими.

ТОЩИЙ. Ого.

УПИТАННЫЙ. Пожалуй, словом «ого» не передать весь кретинизм ситуации. Тут лучше говорить: ни хуя себе.

ТОЩИЙ. А почему тогда про них по новостям не показывают?

УПИТАННЫЙ. Разве такое можно показывать? Представь, что всей стране показали.


Другие статьи из этого раздела
  • Украинская современная драматургия

    TEATRE и Лаборатория Современной Драматургии (ЛСД) представляют новый проект, посвященный украинской драматургии,  — «Драматурги Онлайн». Здесь мы будем размещать лучшие, на наш взгляд, работы молодых украинских авторов, предлагая отечественным театрам и театральным компаниям выбирать для себя постановочный материал.

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?